А значит, Клейн резонно полагал: Хейзел либо прикоснулась к какой-то проклятой реликвии, либо, благодаря своему спесивому нраву, приглянулась некому могущественному кукловоду. И этот некто, действуя исключительно через мир грез, шаг за шагом втянул ее в ряды Потусторонних, умышленно утаив базовые законы выживания. Заодно этот же таинственный голос и надоумил ее рыскать по зловонным канализационным стокам в поисках неведомого клада.

Железобетонную уверенность в этой теории подкрепляли два факта. Во-первых — наводка самого Уилла Осептина. А во-вторых — пятая ступень Пути «Мародера» носила гордое имя «Похититель снов»! И вряд ли арсенал этого ранга ограничивался лишь банальной кражей чужих намерений!

Хейзел безмолвно выслушала рассказ Дуэйна Дантеса. Ее губы на мгновение приоткрылись, но она тут же их плотно сжала. Лишь спустя долгий десяток секунд девушка проронила:

— Отчего же вы тогда не обратились в храм Богини?

«Как я и думал, тема сновидений задела ее за живое. Впрочем, девчонка держится молодцом, лишнего не сболтнула…» — Клейн выдавил горькую усмешку:

— Увы, поблизости не нашлось ни единого святилища Богини. Те края находились под безраздельным покровительством Бога Пара и Машин.

Хейзел не стала развивать этот разговор. Всецело переключив внимание на танец, она, казалось, с головой растворилась в льющейся мелодии.

Клейн последовал ее примеру. Замолкнув, он продолжил непринужденно парить по паркету в компании юной барышни под чарующие звуки оркестра.

Едва отзвучали финальные аккорды, он галантно сопроводил Хейзел на прежнее место. Почувствовав пересохшее горло, сыщик направился к длинным фуршетным столам, намереваясь угоститься стаканчиком сладкого чая со льдом.

Именно там его взор выхватил епископа Электру, который с видимым удовольствием пригублял красное вино.

В отличие от суровых жрецов Церкви Повелителя Бурь или фанатиков Бога Войны, духовенству Богини Вечной Ночи строжайше воспрещалось напиваться допьяна. Любой крепкий дистиллят был под абсолютным табу, дозволялось лишь в умеренных дозах баловать себя шампанским, пивом да красным или белым вином.

— Ну, как впечатления? Сдается мне, это ваш первый столь грандиозный бал в роли хозяина? — с теплой улыбкой поинтересовался епископ Электра, приветственно салютуя бокалом.

Клейн с мягкой усмешкой отозвался:

— Хлопотно, но, признаться, весьма увлекательно. Главная беда в том, что отплясать столько танцев кряду — та еще пытка. Пот льет градом, а в горле пересыхает так, что готов выпить целое море.

Епископ Электра добродушно, раскатисто рассмеялся:

— Перебравшись в Баклунд, ни в коем случае не забрасывайте физические упражнения. Порой светские рауты выматывают куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд.

На этих словах лицо священника озарилось лукавой, поддразнивающей улыбкой:

— Мадам Орори рассыпалась в таких дифирамбах в ваш адрес! Заявила, что ваша внутренняя глубина ничуть не уступает вашей безупречной внешности.

«…Моя глубочайшая признательность за столь лестный отзыв…» — Клейн, на долю секунды опешив от такого поворота, не нашел ничего лучше, чем отшутиться:

— Боюсь, чтобы разглядеть истинное нутро человека, одного танца явно маловато.

Не дав епископу расплыться в понимающей, сугубо мужской ухмылке, юноша виртуозно сменил тему:

— Ваше Преосвященство, недавно я ввязался в одну коммерческую авантюру. Боюсь, эта сделка может перейти дорогу весьма влиятельному господину. Признаться, меня это слегка тревожит.

Сыщик изящно намекал на ту самую возню вокруг компании «Коим» и барона Синдраса.

Епископ Электра, неспешно пригубив рубиновый напиток, философски изрек:

— Отбросьте страхи. Баклунд зиждется на силе закона. И, что куда важнее, Богиня укроет вас Своей дланью.

— Ваши слова — словно бальзам на душу. Да восславится Богиня! — Клейн с абсолютной, непоколебимой серьезностью начертил на груди символ Алой Луны.

Дождавшись, пока епископ ретируется в сторону танцпола, юноша позволил себе сбросить маску. Его взгляд потяжелел, а с губ сорвался беззвучный, горестный вздох.

И дело было вовсе не в затаенном страхе или ненависти к кому-либо. Клейна банально грызла совесть. Как-никак, вплоть до этого момента Церковь Богини Вечной Ночи относилась к нему на редкость благосклонно. Пусть фундаментом этой дружбы и служили звонкие пожертвования, но и поддержка с их стороны была вполне осязаемой, вплоть до обещаний прямого покровительства. А он, в ответ на эту заботу, прямо сейчас хладнокровно выстраивал планы, как бы ловчее обвести вокруг пальца Внутренних Стражей, одурачить ядро печати за Вратами Чаниса и умыкнуть оттуда реликвию!

«Эх… Если эта афера затянется надолго, мне и впрямь придется записаться к мозгоправу на постоянной основе. Иначе кукушка точно поедет…» — Клейн, отстраненно препарируя собственные эмоции, едва заметно покачал головой.

…………

Район Джовуд. Внутри неприметного жилого дома.

Сио с глухим стуком опустила на обеденный стол свежекупленный фенепотский пирог вкупе со сладким чаем со льдом из залива Диси и бросила Форс:

— Налегать на подобную стряпню на регулярной основе — затея скверная. Для здоровья неполезно.

— Это еще с какой стати? — недоуменно промычала Форс, вгрызаясь в сочный ломоть пирога, щедро начиненного фруктами и ветчиной.

— В каком-то журнале вычитала. Для профессионального охотника за головами держать себя в безупречной форме — вопрос выживания, — Сио на долю секунды замялась, но всё же не удержалась, подхватив кусок и поднеся его ко рту.

Форс фыркнула, едва не подавившись от смеха:

— Да ты же Потусторонняя, заточенная под чистую боевку, а не какой-то там рядовой наймит! С твоим-то обменом веществ фигура и так никуда не денется, даже напрягаться не придется!

— Хотя… может, именно из-за таких диет ты и прошляпила свой последний шанс вытянуться в рост? Ах да, я тут краем уха слыхала, что зелья Пути «Воина» действуют как убойные стимуляторы роста! Сама посмотри на этих фейсакских варваров — вымахали как на дрожжах!

Сио слегка опешила, а затем издала тяжелый, обреченный вздох:

— Увы, я с пеленок была наполовину «Арбитром». Путь «Воина» для меня наглухо закрыт.

Судя по всему, девушка и впрямь всерьез ломала над этим голову.

Увидев, что нечаянно разбередила старые раны подруги, Форс торопливо сделала вид, будто ничего не говорила, и с удвоенным усердием набросилась на свой поздний ужин.

Набив живот до отвала и сноровисто прибрав со стола, писательница решительно утянула Сио в свою спальню. Деликатно прочистив горло, она торжественно объявила:

— В последнее время ты столько раз выручала меня из беды, что я твердо решила отплатить тебе добром. Я приготовила для тебя подарок.

— И в какую грязную авантюру ты намереваешься втянуть меня на этот раз? — Сио с ледяной настороженностью поправила свои непослушные светлые волосы.

«…» Форс растерянно захлопала глазами, внезапно почувствовав жгучий укол совести за свое извечное, беззаботное тунеядство.

Выдавив из себя пару сухих смешков, она произнесла:

— Это за всё прошлое… за то, что было раньше.

Не дав Сио и рта раскрыть, писательница под подозрительным взглядом подруги выудила на свет квадратную металлическую коробочку — из тех, в которых обычно держат сигареты.

— Я не курю, — решительно замотала головой охотница за головами.

Форс лишь неопределенно хмыкнула и откинула крышку, явив взору покоящуюся внутри бледно-голубую, полупрозрачную шестигранную призму.

Взгляд Сио мгновенно заледенел. Неотрывно глядя на то, как в недрах кристалла то и дело вспыхивают крошечные искры, до боли напоминающие разряды молний, она на чистых инстинктах выпалила:

— «Дознаватель»?

— В точку. На одной подпольной сходке Потусторонних мне подвернулся продавец, сбывавший её по дешевке. До смерти боясь упустить такой шанс, я тут же ударила по рукам, — Форс ни на йоту не кривила душой, выкладывая чистую правду. — Сама знаешь, недавно наставник щедро наградил меня за одно дельце, так что в деньгах я нынче не стеснена.