— А вам обязательно жениться на девушках своего круга? — это была не ирония, я действительно хотела понять как устроен этот мир.

— Понимаете, Ирина, мы должны думать не только о себе, но и о своих потомках. Дети, рождённые от матери более низкого сословия, никогда не будут стоять в одном ряду с детьми чистокровных лордов.

— Но я не собиралась ссорить их окончательно. Я лишь хотела, чтобы Эленор поняла, что Виан достоин лучшего отношения. Она же обращается с ним, как со слугой!.. И мне кажется, у меня получилось.

— Не факт. — лицо Артура уже не было таким напряжённым, но и радоваться он не спешил. — Но даже если она действительно что-то поняла в отношении Вианеля, то ночной горшок она вам точно не простит. А вы сейчас не в том положении, чтобы тягаться с бароном де Туаре.

— Но я не виновата! Она сама ворвалась в мою комнату, смела всё со стола, и накинулась на меня с обвинениями.

— А разве у неё не было оснований?

— Не было. Мы с Вианом не дали ей ни одного веского повода думать, что между нами есть что-то, кроме обычного общения. Мы вели себя прилично, не позволяя ничего такого... Ну если только совсем чуть-чуть, и то это была лишь игра. И ей же во благо. А то, что Виан ей грубо ответил, когда мы вернулись из города, вообще целиком её вина. Она первая начала ему хамить. Она и со мной общается так, словно я у неё грязь под ногами. Поэтому пусть скажет спасибо, что отделалась лишь водой, выплеснутой в лицо. Она заслуживает гораздо большего наказания. И нет, мне её нисколько не жаль. Не такая уж и страшная участь быть женой Вианеля. Есть гораздо худшие варианты. Взять хотя бы Ириану.

Артур на мгновение сощурился и чуть подался вперёд. С губ сорвалось хриплое:

— Он поднимал на вас руку?

— На меня?! Нет. Пусть бы только попробовал. — усмехнулась, вспомнив сковородку и Ваську с «печатью» на лбу. — А насчёт Ирианы — не знаю. Но было нечто более отвратительное… — Я вспомнила рассказ Маруни: как её муж-кобель изменял ей прямо в их доме, пока она спала в соседней спальне.

— Я не уверена, могу ли вам об этом рассказать — это слишком… — запнулась. Засомневалась, что в этом обществе женщины вообще разговаривают с мужчинами о сексе. Но поймала красноречивый взгляд Артура, и спохватилась. — Нет, нет! У меня с этим подлецом ничего не было! И я не знаю, как он себя вёл в этом плане с Ирианой. Но любовницу он в дом точно таскал…

Глаза лорда недобро потемнели.

— Да и то, как он обошёлся со своей женой, о многом говорит. Ведь он знал, что Ириана перед ним ни в чём не виновата. Так что Вианель, по сравнению с Филиппом, просто душка.

На пару минут повисла тишина. Потом Артур заговорил:

— Я вам признателен за такую заботу о моём младшем брате, Ирина, но… вам всё равно придётся извиниться перед Эленор.

Возмутилась:

— С какой это стати?! Не буду я перед ней извиняться! Я её не трогала. Я защищала и защищалась. И если она вздумает жаловаться своему папочке, уж поверьте, я смогу его впечатлить рассказом о поведении его дочери.

По виду лорда поняла: он поверил. А ещё то, что своей помощью я существенно усложняю ему жизнь.

Вздохнула.

— Ладно, я попытаюсь с нею поговорить.

— Спасибо. Я был уверен, что вы меня поймёте правильно. А теперь, когда мы всё прояснили, может вы мне покажете потайной ход к узнику?

— Да, конечно. — подорвалась, не желая больше возвращаться к разговору о брюнетке. Направилась к полке с той самой неприметной книгой, которая оказалась ключом к подземелью. Нажала. Замок щёлкнул, тяжёлый шкаф пришёл в движение, и явил нам чёрную бездну.

Артур осторожно положил на диван спящего кота, умудрившись его не разбудить, и направился к пыльному проходу.

— Нужно взять с собой свечи. — подсказала. — А в идеале факел. Там очень темно.

Артур изучил пыльные ступени, ведущие вниз и согласился:

— Вы правы. — и… пошёл в подземелье.

От удивления не нашла слов. Просто смотрела ему в спину. Не понимая, что делать мне.

Пока я соображала, Артур вернулся с факелом. Прошёл к столу, достал из задвижки длинную коробочку, а из неё — такую же длинную спичку. Раньше мне такие видеть доводилось только на картинках. Кажется, их называют каминными. Не думала, что тут есть такие, и вообще — спички. В моей комнате служанка всегда поджигала свечи от другой свечи — принесённой с собой. А откуда здесь вообще берётся огонь, как-то не задумывалась.

Пронаблюдала как лорд мастерски высек искру, заставляя спичку загореться, и поджёг одну из свечей, стоявших в канделябре на столе. Затушил остаток палочки, но не выкинул, а положил обратно в коробок. А подожжённую свечу поднёс к факелу. Поняла, что спички здесь — дефицитный товар.

Как только огонь свечи коснулся макушки факела, он сразу вспыхнул и … потух. Но Артур упорно не убирал источник огня. И добился своего: «немного подумав» местный светильник лениво потянул на себя пламя, укрывая им всю поверхность ткани, венчавшей древний светильник, словно покрывалом. Но и после этого местный фонарь не стал похож на факел, в привычном для меня понимании: никакого остроконечного пламени так и не появилось. Огонь просто лизал комок задеревенелой тряпки.

— А он точно не потухнет? — поинтересовалась с сомнением.

— Не потухнет. Сейчас сгорит внешний затвердевший слой смолы, и огонь станет ярче. И потушить его можно будет только перекрыв приток воздуха — порыв ветра или сквозняк ему не страшен.

Посмотрела на творение местных умельцев с бо́льшим уважением.

Жестом не дала лорду затушить свечу. Подожгла остальные свечи в канделябре, и воткнула её на место. Подхватила тяжёлую подставку с потрескивающими огоньками и поинтересовалась:

— Ну что, идём?

— Вы уверены, что хотите туда спуститься снова? — поинтересовался Артур, пытаясь взглядом определить степень моего желания.

— Нет, не уверена, но поскольку это моя находка, я обязана вам её представить в полном объёме.

Артур усмехнулся.

— Ну, если обязаны, тогда представляйте.

На правах первооткрывателя пошла первой.

Пока кружили по нескончаемой лестнице думала о том, что с Артуром мне совершенно не страшно спускаться в этого глубокое подземелье. И знала наверняка: это не потому что я в курсе того, что нас ждёт внизу. Просто рядом с ним мне вообще ничего не страшно.

Дойдя до решётки, замерла, ожидая пока лорд преодолеет последние ступеньки — он немного отстал, так как поджигал некоторые из факелов, попадающиеся по пути. Для него это не представляло никаких проблем — роста он был немаленького, да плюс длина факела...

Скелет лежал там же, где мы с Маруней его застали в прошлый раз. Впрочем, не удивительно — к моему счастью, в этом мире не было некромантов, способных оживлять покойников. Моя психика этого не выдержала бы.

— Вы были правы, Ирина, это очень похоже на тюрьму. — раздалось над ухом, и я едва не подпрыгнула. Не слышала, как он подобрался так близко.

— Кажется, я вас напугал. Простите. — и без всякого перехода скомандовал: — Отойдите в сторонку, я попробую найти механизм, открывающий дверь в камеру.

Отступила. Артур принялся светить факелом на решётку и на стену, тщательно их изучая.

— Я в прошлый раз здесь всё осмотрела, но не нашла ни кнопок, ни рычагов, ни замков. — «порадовала» лорда. — Тут нет даже намёка на вход. Такое ощущение, что решётку установили уже после того, как поместили сюда узника.

— Или решётка опускается с потолка. — внёс ещё одну версию Артур. — И я больше склоняюсь к этому варианту. К тому же его ведь как-то должны были кормить. Судя по тому, что тут есть мебель и писчие принадлежности, он тут был заточён не ради мучительной смерти. Он явно вёл какие-то изыскания.

— Почему вы так решили? Может он просто мемуары писал, чтобы хоть как-то скоротать время. А камеру могли обставить мебелью задолго до его заточения. Возможно, тут когда-то хранились какие-то секретные документы.