Первым делом заглянула под кровать. Ну, так, на всякий случай. И принялась ходить по комнате, думая над тем, куда мог деться младший Детервин, и почему так себя ведёт старший.

Кот тихо сидел в кресле, и настороженно за мной наблюдал. С этим блудней разберусь позже.

Метания прервала Маруня.

— Госпожа, пора одеваться к обеду. — сообщила, едва переступив порог. Потом увидела погром, и растерянно замерла. С испугом посмотрела в мою сторону.

— Это не я. — успокоила. — Баронесса в гости приходила. Порезвилась немножко. Не обращай внимания, у этих богатых свои причуды.

Девушка ошарашенно молчала всё время, пока убиралась в комнате. А я ещё немного покружила, и пошла в уборную умываться — сама после сна ещё та красотка.

За обедом все были погружены в свои мысли. Артур опять хмурился. Эленор сидела как мышь — смотрела в свою тарелку, и иногда украдкой — на жениха. Но теперь не взглядом царицы, а глазами побитой собаки. Жених этого не замечал — был погружён в какие-то думки, иногда настолько, что на время переставал жевать. А Дарий то и дело поглядывал на меня и улыбался. И если мы случайно пересекались взглядами, то ещё и подмигивал. То тех пор, пока мне это не надоело, и я не подмигнула ему в ответ. Но не так игриво, как он, а передразнивая, и от того сильно утрируя действие. И, кажется, чуток перестаралась — он подавился.

Закончив грустную трапезу, собралась к себе. Заняться мне было нечем, и я решила почитать. Но, едва мы вышли из столовой, жизнь стала чуточку веселей.

Не обращая внимание на зрителей, Эленор вцепилась в рукав Виана, и с милой улыбкой потянула его в глубину замка. Подозреваю, что во внутренний двор. Виан сопротивлялся активно, но безуспешно. И помогать ему никто не спешил, как он не взывал несчастным взглядом. Я тоже не стала. Пусть поговорят. В конце концов он не маленький мальчик, и я ему не нянька.

С улыбкой проводила их за угол, и собралась к себе. Но тут же оказалась на месте Вианеля: Артур тоже взял меня под локоток и настойчиво потащил в сторону коридора, ведущего в библиотеку. А гад Дарий сделал вид, что его тут нет.

Сопротивлялась молча, пока он меня не втянул в длинный коридор — галерею. Сразу появилась догадка, но всё же решила уточнить, продолжая сопротивляться и сопеть:

— Куда и зачем вы меня тащите? — ну мало ли, — у них тут столько потайных ходов.

— В библиотеку. — очень подробно объяснил Артур, продолжая буксировку.

Поняла, что быстрее сотру каблуки, чем он отцепится, и перестала оказывать сопротивление. Теперь просто бежала рядом.

— И что мы там будем делать?

— Увидите.

Да он сегодня прямо образец красноречия.

— Она горит? — поинтересовалась срывающимся голосом, потому что уже запыхалась, а замедлится не могла, так как он крепко держал за локоть.

И тут до него наконец дошло, что я не скаковая лошадь, и уже устала — сбавил шаг.

— Давайте постоим, а? — взмолилась, тяжело дыша. И попыталась затормозить. И высвободить руку. На этот раз получилось. Согнулась пополам, уперевшись руками в колени.

Всё-таки эти светские наряды хорошо весят. Сейчас подол моего платья ощущался по весу, как церковный колокол.

Артур тоже остановился. А я продолжила шумно дышать, потому что дыхание не спешило восстанавливаться. Подозреваю, что набитый желудок — тоже был в числе виновников такой отдышки.

Уже почти выровняла дыхание, когда неожиданно почувствовала, как что-то сначала врезалось в подол платья сзади, потом проскочило между ног, и ткнулось в переднюю часть наряда. Почему-то вспомнилась огромная крыса из подземелья. Сердце остановилось, я вытаращила глаза, «заплясала» на месте и завизжала.

Артур напрягся, не понимая, что случилось, и от чего или от кого меня спасать.

Когда, скача, наступила на что-то мягкое, и оно истошно заорало, я тоже сначала добавила громкости, и только потом сообразила:

— Барсик, паразит!

Кот продолжил истошно орать. Немного приподняла подол, оценила, переступила, и кот пулей вылетел из-под юбки. Воткнулся в ноги лорда, сел, и принялся нализывать лапу. Поняла, что потопталась не только по хвосту.

— Как же ты меня напугал! — села на корточки. — Сильно болит?

Потянулась, чтобы погладить кота, но тот посмотрел на меня глазами, полными ужаса, и так вжался в ноги Артура, что я передумала к нему прикасаться.

— Ну прости, пожалуйста. Я не специально... Зачем ты вообще полез ко мне под юбку? Не мог обойти что ли?

Кот, кажется, меня совсем не слушал — долизал лапу и принялся за хвост.

Вздохнула и приняла вертикальное положение. Позже грех замолю. Простит, никуда не денется. В конце концов, он сам мне под ноги полез.

— Вы отдохнули? — нетерпеливо поинтересовался Артур, и подхватил кота на руки. Тот даже сопротивляться не стал. Замер на руках мужчины лапками кверху.

— Смотря для чего. — отозвалась настороженно. Потому что по его каменной физиономии вообще было непонятно, что он собирается делать со мной в библиотеке.

— Для разговора. А дальше посмотрим.

— Что значит, дальше посмотрим? — выпучила глаза.

Под этим «посмотрим» могло скрываться всё что угодно. А мне хотелось бы понимать к чему готовиться.

Но Артур не спешил объясняться. Опять буркнул:

— Идёмте.

— Ну хорошо, идёмте. Мне тоже не терпится узнать, что с вами происходит.

Пристроилась рядом и скосилась на Артура. Он шёл с отрешённым взглядом и поджатыми губами.

Угу, значит в галерее мы разговаривать точно не будем. Что ж, идти осталось недолго, потерплю.

Едва за нами закрылась дверь, снова активизировалась:

— Я вас слушаю, фир.

— Давайте присядем. — предложил, и не дожидаясь ответа пошёл в мягкую зону.

Посеменила следом. В душу закрались нехорошие подозрения. Кажется, я где-то сильно накосячила.

Артур сел в кресло. Кот остался у него: свернулся клубочком и прикрыл глаза.

Тоже села. Напротив. Сложила руки на коленях, вздохнула, и дала разрешение:

— Давайте, начинайте меня четвертовать.

— Четвертовать? — в голосе Артура наконец промелькнула хоть какая-то эмоция.

— Это значить казнить по частям.

— Это как?

— Сначала человеку по очереди отрубают руки, потом ноги, и только потом голову.

Мужчина нахмурился.

— Так делают в вашем мире?

— Мы пришли сюда, чтобы обсуждать мой мир?

Ну, а чего он в самом деле? Я же сейчас инфаркт отхвачу, перебирая в уме, что сделала не так. Вариантов то уйма — я только за сегодняшнее утро столько натворила, что иные за жизнь не успевают.

Визави вздохнул и внимательно вгляделся в моё лицо. Я состроила постную мину — не только он умеет отмораживаться.

— Я не собираюсь вас казнить по частям, Ирина. Хотя отшлёпать очень хочется.

Подавилась воздухом. Пока кашляла, представила, как он меня шлёпает, и в довершение ещё и вспотела.

Артур дал мне отдышаться и продолжил:

— Но не буду этого делать, так как отчасти сам виноват. Я должен был объяснить, чем ваши действия могут обернуться для меня, Вианеля, и остатков нашего герцогства.

Вскинулась. Так вот в чём причина его холодности — ему уже прилетела претензия от барона де Туаре?

— Эленор нажаловалась отцу? — я не очень представляла, как поддерживают связь в этом мире, возможно при помощи почтовых голубей, но раз Артур зол, значит барон как-то прознал про мою выходку.

— Она при всём желании не успела бы этого сделать. Но обязательно сделает. И для нас это может обернуться крупными неприятностями.

— Например. — поинтересовалась настороженно.

— Например, он расторгнет договор. И Виан останется без невесты.

Фыркнула.

— Тоже мне потеря!

Артур вздохнул и посмотрел на меня, как на несмышлёное дитя.

— Ирина, Вианелю не приходится выбирать. Не многие девушки его круга захотят выйти за него замуж.