Вот это да! Как всё закручивается! А ведь те, кто похитил нас с Броней, тоже имели татуировки лабиринта!

Белла взяла со стола старую флягу и отпила из неё. А потом, прокашлявшись, продолжила:

— Я вылезла из окна, добралась до ворот, но тут меня схватили. Я отбивалась, царапалась... И у меня получилось вырваться! Даже удалось выскочить на улицу! Но, как вы понимаете, шансов всё равно не было. Через мгновение подкатил экипаж. Дверца распахнулась, и меня, как мешок, швырнули внутрь.

Белла закрыла лицо руками, пытаясь сдержать рыдания.

— Что было дальше, Белла? Кто это был? Что они хотели от тебя? — дрожащим от напряжения голосом спросила Броня.

Я пыталась кричать, но меня несколько раз ударили, заставив замолчать. А потом один из похитителей прошипел мне прямо в ухо: «Ты думала спрятаться в доме главы Тайной Канцелярии? Глупая девка. Мы везде. И да, твой покровитель велел передать огромный привет. Он оказался очень добр к тебе и к твоему щенку. Ты не сдохнешь, а отправишься на хлопковые поля, находящиеся на острове Хрустальных Песков. Незаконнорождённого выродка уже отвезли на соседний остров, где растят будущую рабсилу.».

В сарае воцарилась тишина. Несмотря на жару, моя кожа покрылась мурашками. Вся мерзость этого мира раскрывалась перед нами во всём своём ужасном откровении…

Эту тяжёлую тишину нарушила Броня. Она посмотрела на нас с Беллой внимательным взглядом и сказала:

— Нам нужно как-то выбираться отсюда. На остров могут вернуться люди Бертрана Вэйла. Если нас здесь обнаружат, нам не поздоровится.

— Что ты предлагаешь? — я попыталась представить, как можно покинуть остров, но кроме того, как смастерить плот, в голову ничего больше не приходило. Только вот чтобы его сделать, нам понадобятся крепкие верёвки, брёвна и ещё много чего.

— На острове были лодки. Их использовали для рыбалки. Рабы под контролем надсмотрщиков ловили сибаса, а потом его отправляли на продажу в порт Велуара. Правда, я не уверена, что лодки уцелели после такого пожара, но стоит проверить, — вдруг сказала Белла, вытерев слёзы. — Я уже думала об этом, но из-за страха открытого моря всё время откладывала поход в бухту.

— Ну и чего сидим? — я решительно поднялась. — Идём!

Мы вышли из сарая, и Белла кивнула в сторону береговой линии:

— Там, в самом конце есть небольшая каменистая бухточка. Возле нее был старый лодочный сарай. Пойдемте, я покажу дорогу.

Обходя обгоревшие стволы деревьев, мы двинулись по довольно широкой тропе туда, где нас, возможно, ждало спасение. И вскоре нашим взглядам открылась бухта, которую с обеих сторон, словно гигантские стражи, обрамляли отвесные скалы. Небольшой галечный пляж, усыпанный обломками ракушек и выбеленными морем корягами, был не тронут огнём. Вдоль берега, ближе к скалам, стоял небольшой, почти сливающийся с пейзажем, лодочный сарай.

Мы бросились к нему, загораясь хрупкой надеждой. Но стоило подойти ближе, как она начала стремительно таять. Ворота были распахнуты настежь, рядом валялись лодочные обломки. С волнением мы заглянули в сарай. Внутри царил полумрак, пахло затхлой водой и старой древесиной. Явно лодки оставили незакреплёнными, и во время шторма стихия безжалостно побила их о прибрежные скалы. Пожар, к счастью, не дошел до этого укрытия, вот только буря сделала свою разрушительную работу. Но тут моё сердце радостно ёкнуло.

Среди обломков и разбитых досок в самом дальнем углу стояло одно единственное уцелевшее судёнышко. Но оказалось, что оно тоже была повреждено. Не так сильно, как остальные, но в днище зияла рваная пробоина, размером с ладонь.

— Что же нам теперь делать? — прошептала Белла, присаживаясь на край лодки. — Неужели это всё?

— Выход есть всегда! — бодро заявила Броня, глядя по сторонам. — Давайте осмотрим сарай. Может, найдётся что-нибудь полезное.

— Например, смола, — предположила я. — Лодки ведь ремонтировали.

Большие куски смолы действительно нашлись на полках, заваленных всякой всячиной. А вместе с ними и жестяное ведро, кусок парусины и моток верёвки.

— Отлично! — подруга радостно потёрла ладони. — Теперь нужно развести огонь!

— У меня вот что есть! — Белла достала из кармана фартука старое треснутое зеркальце и протянула его Броне.

— Идеально! — тут же воодушевилась подруга. — Всё у нас получится, девочки!

Мы быстро соорудили небольшое углубление в песке, обложили его камнями и положили туда сухие водоросли и перья чаек, найденные на берегу. Броня поймала зеркальцем яркий луч полуденного солнца и навела его на всё это «богатство». Время тянулось очень медленно. Маленький солнечный зайчик прыгал по перьям, а потом появился едва уловимый запах дыма, затем тонкая сизая струйка. И, наконец, вспыхнул крошечный огонёк. Подруга подложила тонкие прутики, а после добавила более крупные ветки, раздувая при этом пламя.

Поставив на камни ведро с кусками смолы, мы стали наблюдать, как твердые комки постепенно размягчаются, превращаясь в густую блестящую массу.

Пока смола плавилась, я нашла более или менее подходящую деревяшку и с помощью острого камня постаралась обтесать края, чтобы она хоть немного повторяла контуры пробоины. Когда наше варево стало достаточно жидким, мы приступили к самому ответственному моменту. Набирая горячую смолу палкой, Броня и щедро обмазала ею края пробоины изнутри лодки, а я быстро приложила деревянную заплатку, плотно прижимая её к корпусу. Сверху Белла быстро наложила кусок парусины, который должен был служить дополнительным слоем герметизации. Еще немного смолы было нанесено поверх ткани, чтобы она полностью пропиталась и приклеилась. Затем мы прижали заплату камнями. Теперь оставалось только ждать, пока смола остынет и окончательно затвердеет, надежно запечатав пробоину.

Вернувшись в сарай, где нас ждал сэр Рэджинальд, мы перекусили фруктами, у которых оказалась кисло-сладкая мякоть с необычным вкусом, и устроились на полу. Нужно было набраться сил перед опасным путешествием. Разговаривать не хотелось. Слишком много переживаний обрушилось на нас за столь короткий срок.

Когда последние лучи заходящего солнца окрасили небо в багровые и золотые оттенки, мы отправились в бухту, чтобы проверить, как схватилась смола. Заплата выглядела вполне прочной, но чтобы окончательно убедиться в этом, нужно было спустить лодку на воду. С трудом, но мы сделали это. В тот момент, когда деревянный корпус коснулся прохладных волн, я затаила дыхание. Минута, другая... Вода не просачивалась!

— Вроде бы держит! — с облегчением воскликнула Броня. — Ура! Ура!

Мы засмеялись, обнимая друг друга.

Но радость была недолгой. Подруга задумчиво посмотрела на бескрайнее море и прошептала:

— Вот только мы не знаем, в какую сторону плыть. Где Велуар?

— Если найти Полярную звезду, она всегда укажет на север, — вспомнила я школьные годы и уроки географии. — А если мы знаем, где север, то можем определить и остальные стороны света. Полярная звезда часть созвездия Малой Медведицы.

— Это хорошо, но в какой стороне света находится Велуар? — снова задала тот же вопрос Броня.

— Когда мы плыли на остров, один из охранников упомянул, что корабль идёт на юго-запад. Значит, если мы отсюда плывем туда, то нам и нужно искать северо-восточное направление, — предположила Белла, взволнованно глядя на нас.

— Молодец, что запомнила! — похвалила я её. — Значит, нам нужно хотя бы примерно держаться северо-востока! Велуар находится не так далеко, ведь мы видели пожар на острове из порта. Но самое главное — мы увидим маяк!

Солнце уже наполовину погрузилось в море, окрашивая небо в невероятные неземные цвета. Горизонт горел: пламя закатных облаков переливалось от огненно-красного до нежно-розового и глубокого индиго. Морская гладь казалась бархатной, отражая небесный свод, словно огромное зеркало. Мы набрали в роднике воды, взяли с собой фруктов, ведро, верёвку и, конечно же, корзину с сэром Рэджинальдом.