Слуги начали уносить блюда, а я шепнула Броне:

— Пошли в буфетную. Посмотрим, как гость отреагирует на ужин!

Мы вышли из кухни и почти бегом направились в комнатку рядом со столовой. Осторожно выглянув в дверное окошко, я увидела сидящих за столом лорда Блэквиля и мужчину с азиатскими чертами лица. Строгий европейский костюм идеально сидел на стройной фигуре. Гладкая, чуть желтоватая кожа, чёрные волосы зачёсаны волосок к волоску. И, конечно же, сдержанность в каждом движении.

Я обернулась, услышав стук тарелок.

— Куда?! Сначала овощи! — прошипела я, увидев, что слуга собирается вынести первыми роллы. — Дай, я сама!

Тот закатил глаза и вышел из буфетной.

Я подала блюдо в окошко. Когда слуга поставил овощи на стол, гость поднял удивлённый взгляд на лорда Блэквиля, как будто спрашивая глазами: "Что это вообще такое?".

Я подала следующее блюдо — мои нигири с тунцом на белой тарелке. У азиата глаза на лоб полезли! Вот это реакция! Он снова перевёл взгляд с тарелки на лорда Блэквиля, потом обратно на тарелку. Да он точно не ожидал увидеть такое! У Блэквиля тоже глаза увеличились в размерах. И тут, прежде чем прикоснуться к еде, гость вдруг достал из внутреннего кармана своего пиджака… собственные палочки! Да-да, самые настоящие, лакированные, явно привезенные с собой! Ну конечно! Для него это не просто столовый прибор, а важная часть культуры!

Сначала мужчина попробовал овощи, а потом взял нигири. Было такое ощущение, будто он изучает его со всех сторон. После гость поднёс нигири к носу, слегка втянул воздух, оценивая аромат. Затем, обмакнув в соус, очень аккуратно положил его в рот и стал медленно жевать, закрыв глаза. На лице азиата появилось выражение полного сосредоточения. Лорд Блэквиль наблюдал за гостем с нескрываемым любопытством. Мы же с Броней даже забыли, как дышать.

Я опомнилась и быстро подала роллы. Лицо азиата вытянулось. Он что-то быстро сказал лорду Блэквилю, и тот, кивнув, подозвал слугу. Господи… неужели что-то не так?

— Не дрейфь! — Броня толкнула меня локтем. — Ему точно понравилось! Я же видела его реакцию!

Но меня уже начинало потряхивать от волнения. Дверь в буфетную открылась, и слуга тихо сказал:

— Антония, господа желают тебя видеть!

Я глубоко вдохнула и вышла в гостиную. Глаза мужчин практически сканировали меня.

— Это приготовила ты? — спросил азиат, кивая на стол.

— Да… — я вспомнила, что нужно вести себя более вежливо. — Господин.

— Как это называется? — азиат не сводил с меня тёмных глаз.

— Овощи-темпура, роллы с морским окунем и нигири с тунцом, — ответила я. Почему он спрашивает? Неужели этот человек не знает, что такое суши?

— У нас нечто подобное называется нигиридзуси. Один повар начал подавать на улице с лотка свежую рыбу, уложенную на рис, приправленный уксусом, — продолжил гость. — А до этого в нашей стране рыбу мариновали в перебродившем рисе, который потом выбрасывали. Но то, что я попробовал сегодня…

Азиат вдруг встал и поклонился мне. Лорд Блэквиль, наблюдавший за этим, изумлённо приподнял брови. Я инстинктивно сделала ответный реверанс, чуть не ударившись о край стола. — Это… невероятно! — воскликнул гость, выпрямившись. — Я никогда не думал, что за пределами Аматерасу встречу такое удивительное блюдо! Ты усовершенствовала нашу кухню! Лорд Блэквиль, все еще немного ошеломленный, с улыбкой произнёс:

— Что ж, теперь я просто обязан это попробовать! Антония, ты можешь идти.

Я еще раз присела в корявом реверансе и вышла из столовой.

— Я тебе говорила! — Броня бросилась обнимать меня. — Ты молодец, Тонька! Просто молодец!

У меня внутри всё дрожало от переполнявших эмоций. Маленькое, но признание! Мы с Броней снова прильнули к окошку. И тут я похолодела.

— Я хочу купить у вас эту женщину, — сказал азиат, обращаясь к лорду Блэквилю. — И заплачу очень хорошо.

Я затаила дыхание, наблюдая за происходящим через маленькое окошко буфетной. Чего?! Купить меня?! Этот рабовладелец вообще понимает, что говорит о живом человеке?! А что если здесь это в порядке вещей?

По коже пробежал мороз.

— Тонь, ты только не нервничай! — прошептала Броня. — Пусть только попробуют провернуть это мерзкое дело! Мы сбежим сразу! Но перед этим я япошке морду-то начищу!

— Я и сама приложусь… — прошипела я, навострив уши.

— Прошу прощения, господин Танака, но это невозможно, — голос лорда Блэквиля прозвучал подчеркнуто вежливо, но твердо. — В Талассии не принято торговать людьми. Девушка — свободный человек. Я почувствовала, как Броня ободряюще сжала мою руку.

— Я готов предложить очень щедрую сумму, — тем временем продолжал настаивать гость, его голос стал почти вкрадчивым. — В Аматерасу такой талант бесценен. Ваша повариха обладает исключительным чутьем к нашей кухне. Это дар, который нельзя приобрести только обучением. Лорд Блэквиль медленно отложил столовые приборы. В его глазах появился стальной блеск.

— Господин Танака, — произнес он с холодной учтивостью. — Я понимаю, что в вашей стране могут быть иные обычаи. Но здесь, в моем доме, каждый человек волен распоряжаться своей судьбой сам. Девушка — не товар для продажи. Давайте лучше поговорим о наших торговых делах.

Я прижала ладони к пылающим щекам, чувствуя признательность к лорду Блэквилю. Броня тихо выдохнула.

— Хорошо, оставим эту тему, — голос господина Танаки не выдавал своих эмоций. — Поговорим о чае. Я знаю, что ваша компания «Империал» ищет поставщиков по всему Востоку. А я имею плантации, которые обеспечат стабильные поставки высшего сорта чая.

— Очень интересно. И какое же у вас предложение? — сразу заинтересовался лорд Блэквиль.

— Я предлагаю эксклюзивный контракт на десять лет с фиксированной ценой, — продолжил тем же вкрадчивым голосом господин Танака. — Взамен «Империал» обязуется закупать весь объём только у меня. А я гарантирую цену на пятнадцать процентов ниже рыночной. Это отличное предложение.

Я нахмурилась, прислушиваясь к их разговору. Броня тоже.

— Фиксированная цена на десять лет вперед? Но цены на чай могут расти. Вспомни викторианскую эпоху! — прошептала я. — И почему такая жёсткая привязка к единственному поставщику? А если его плантации пострадают от непогоды или болезней растений? Компания останется без товара, но не сможет закупать у других!

— Да это же кабальный договор! — соглашаясь, кивнула Броня. — Через пару лет компания окажется полностью в руках этого профуры!

— Я подумаю над вашим предложением, — уклончиво ответил лорд Блэквиль. — А вы пока погостите в моём клубе. Завтра здесь будет приём. И вы, господин Тан, сможете познакомиться со многими полезными людьми.

Я дёрнула Броню за юбку, привлекая внимание.

— Давай уйдём отсюда. А то ещё обвинят, что мы подслушиваем.

Уже в коридоре, направляясь на кухню, я задумчиво произнесла:

— Нам нужно предупредить лорда Блэквиля. Он не должен принимать предложение Танаки.

— Думаешь, он станет нас слушать? — усомнилась подруга. — Каких-то служанок?

— Наше дело предупредить, а Блэквиль пусть сам решает, — со вздохом ответила я. — Иначе меня совесть замучает.

— Тоже мне, борец за справедливость, — фыркнула Броня. — Пусть бы обанкротился…

— Не будь злюкой, — подтолкнула её локтем. — Ты же не такая.

— Такая-такая… — широко улыбнулась девушка. — Ладно, поговорим с Блэквилем. Он всё-таки сегодня показал себя с хорошей стороны. Как резко ответил этому япошке!

Я улыбнулась, вспомнив, с какой резкостью светлость отмёл предложение господина Танаки. Может, и правда не всё так плохо?

Время уже приближалось к одиннадцати, когда на кухню вошла одна из служанок.

— Лорд распорядился подать чай в кабинет. Они с мистером Мэйсоном обсуждают какие-то дела уже второй час! А гость не вылезает из ванной! Только и просит, чтобы ему подливали горячую воду!