— У меня тоже мало воспоминаний, — добавила Броня. — Я так испугалась, что мне было не до того, как выглядели нападающие.

— А что вы делали перед тем, как вас схватили? — продолжил Демор. Его голос стал чуть тише, интимнее, но это только усилило гнетущее ощущение. — Были ли в вашей жизни какие-то необычные события?

— Нет, ничего такого, — я пожала плечами. — Обычная жизнь.

Демор прищурился. На его лице не было видно явного недоверия, но глаза говорили об обратном. Мужчина сделал еще один шаг к нам, и я почувствовала, как мое сердце забилось чаще.

— Интересно, — прошептал он почти у моего уха. — Фурнисёры ошиблись? Или всё-таки нет?

— Вам лучше спросить у них, — равнодушно произнесла я. — Мне кажется, они единственные, кто знает ответ на этот вопрос.

Меня вдруг пронзила догадка. Демор что-то ищет в нас. Что-то, что может быть опасным именно для него. И он не остановится, пока не найдёт. Что, если он замешан в чём-то незаконном сам? Или глава Тайного департамента связан с теми самыми фурнисёрами?

Демор замолчал. В воздухе повисла звенящая тишина, нарушаемая только мерным ходом больших напольных часов. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он снова заговорил. Его лицо приобрело официальное, немного отстранённое выражение, хотя напряжение никуда не делось.

— Что ж, ваши показания приняты. Однако, согласно Закону о перемещенных лицах , я обязан доложить Совету об обнаружении двух незарегистрированных особ, прибывших из иного мира. Совет примет решение о вашей дальнейшей судьбе.

Мне стало совсем дурно. Это звучало еще более угрожающе, чем просто допрос.

— И что нас может ожидать? — Броня напряжённо наблюдала за главой Тайного департамента.

Лорд Демор медленно повернул голову.

— Это может означать разное, девушка, — ответил он ровным голосом, в котором, однако, не было ни капли сочувствия. — Совет может решить оставить всё как есть, учитывая обстоятельства вашего появления.

Он сделал паузу, и мне показалось, что напряжение в воздухе стало почти осязаемым.

— Или же, — продолжил Демор, и его голос стал чуть жестче. — Совет решит, что вы представляете интерес для нашего общества. В таком случае вас представят джентльменам. На выбор. Согласно закону о перемещенных женщинах. Доклад будет сделан сегодня же.

После этих слов он повернулся к лорду Блэквилю, коротко кивнул и быстрым шагом покинул кабинет.

После ухода Деморта в комнате повисла тяжёлая тишина. Лорд Блэквиль, до этого момента сохранявший невозмутимое выражение лица, наконец, позволил себе тихо выругаться. После чего он обратился к нам: - Девушки, я понимаю, насколько непростая для вас складывается ситуация. Но я даю вам слово, что не оставлю вас без поддержки. У меня есть определённое влияние в городе, и я постараюсь использовать его с максимальной пользой для вас. То, что вы здесь оказались не по своей воле, накладывает на меня некоторые обязательства. Мы с Броней переглянулись. Лорд Блэквиль удивил в который раз.

— Мы будем вам очень благодарны, милорд, — сказала я, но он поднял руку, останавливая меня.

— Пока не стоит благодарностей. Вы можете идти. Я хочу подумать.

Что ж, я вполне его понимала. Ситуация была непростой и очень запутанной.

На следующее утро Демор появился неожиданно рано. Нас с Броней пригласили в кабинет хозяина клуба ещё до завтрака.

Немного волнуясь, мы переступили порог и сразу увидели главу Тайного департамента, стоящего напротив двери. Его нефритовые глаза вперились в нас, сканируя каждый сантиметр. Лорд Блэквиль и Мэйсон тоже находились в комнате.

— Совет принял решение, — объявил без предисловий лорд Демор, его голос звучал сухо и официально. — Учитывая необычные обстоятельства вашего появления в городе и отсутствие документов, подтверждающих ваше происхождение, Совет считает необходимым интегрировать вас в общество более традиционным способом.

Он сделал паузу, словно наслаждаясь нашим напряженным ожиданием. После чего продолжил:

— Совет предложил трудоустройство в городе. Это позволит вам стать полноправными членами общества, платить налоги и доказать свою благонадежность. До тех пор ваше пребывание в клубе "Золотая Луна" считается нежелательным.

Я почувствовала, как сжался желудок. Это было изгнание, завернутое в красивую обёртку социальной интеграции.

— Какого рода трудоустройство? — голос Брони звучал спокойно, хотя я знала, что внутри она кипит.

— В целях безопасности и соблюдения общественного порядка, — продолжил Деморт, будто не слыша её вопроса, — вам запрещается занимать должности, связанные с обучением детей, работой с документами или секретарскими обязанностями. Совет считает неразумным допускать лиц без подтвержденного происхождения к подобным ответственным позициям.

Я почувствовала, как Броня рядом со мной напряглась.

— То есть мы недостаточно благонадежны для работы с бумагами, но достаточно благонадежны, чтобы жить в городе? — я не смогла сдержать иронии.

Демор остановился и смерил меня холодным взглядом:

— Вам будет предложен список одобренных Советом вакансий. Это позволит влиться в общество подобающим образом. Разумеется, вы будете платить все полагающиеся налоги и сборы.

— Но почему девушки не могут работать в клубе? — процедил лорд Блэквиль. — Здесь нет детей, и нанимать их секретарями я не собираюсь.

— Клуб «Золотая Луна» не место для экспериментов с благонадежностью. Вы должны понимать это, ваша светлость. Несмотря на то, что занимаетесь этим делом совсем недавно, — отрезал Демор, поворачиваясь к нам. — Вы должны покинуть стены клуба в течение трех дней.

Глава Тайного департамента снова посмотрел на лорда Блэквиля.

— Совет особо подчеркивает: никто из членов клуба не имеет права использовать свое влияние для их трудоустройства. Эти дамы должны найти работу самостоятельно. Из одобренного списка, разумеется.

Я заметила, как у Блэквиля задвигались скулы. Он явно испытывал неприязнь к Демору. И тут меня пронзила догадка: а что, если Демор методично отрезает все пути, которые могли бы оставить нас под защитой влиятельных членов клуба? Сначала запрет на работу в "Золотой Луне", теперь запрет на помощь с трудоустройством... Он словно выталкивает нас из безопасного круга в неизвестность, где мы останемся без поддержки.

— Как предусмотрительно со стороны Совета, — холодно произнес лорд Блэквиль. — И очень странно.

На мгновение мне показалось, что в глазах главы Тайного департамента мелькнуло что-то похожее на настороженность. Он что-то ищет. И для этого ему нужно, чтобы мы оказались без защиты.

— Напоминаю, у вас есть три дня на то, чтобы покинуть клуб, — бросил Демор, поворачиваясь к двери. Он протянул Блэквилю документ. — Это список возможных вакансий. Всего доброго, ваша светлость. Мэйсон.

Когда дверь за ним закрылась, я не выдержала:

— Ваша светлость, нам нужно кое-что вам рассказать.

— Я слушаю, — хозяин клуба всё ещё нервничал. Его руки были сжаты в кулаки, а брови сошлись на переносице.

— Вчера мы видели... — я запнулась, подбирая слова. — Из особняка лорда Демора выбежала женщина. Её силой затащили в карету. Её звали Белла.

— Вы уверены, что именно так всё и происходило? — уточнил Мэйсон.

— Абсолютно, — твердо ответила Броня. — Мы обе это видели.

— Я понимаю, что это безумие… Но всё же, — Блэквиль быстро подошел к массивному шкафу, достал толстый альбом в кожаном переплете. — Это портреты всех девушек, привезенных фурнисёрами за последние три года, — произнес он, раскрывая альбом. — Посмотрите внимательно. Может, среди них есть эта женщина?

Мы с Броней склонились над альбомом, перелистывая страницу за страницей. На третьем развороте я замерла.

— Вот она, — мой палец упёрся в портрет светловолосой девушки с большими карими глазами. — Это точно она.

Броня кивнула:

— Да, те же черты лица.