— Нет, — он схватил её за плечи. — Я не позволю тебе снова исчезнуть. Не после того, как нашёл тебя.

— У тебя нет выбора, — её голос звучал глухо. — Я любовница Наума. Я принадлежу ему. И если ты продолжишь копать под него, если не оставишь это дело…

— То что? — в его глазах появился опасный блеск. — Угрожаешь мне?

— Я пытаюсь спасти тебе жизнь, чёрт возьми! — она ударила его кулаками в грудь. — Почему ты не можешь просто послушать меня? Почему всегда такой упрямый?

— Потому что я люблю тебя, — просто ответил он. — И не собираюсь отступать.

Настя замерла, глядя на него расширенными глазами. Эти слова… Она столько лет мечтала их услышать, и теперь они причиняли невыносимую боль.

— Любовь не спасёт тебя от пули в голову, — прошептала она. — Не спасёт от того, что он сделает с тобой, когда узнает…

— А что насчёт тебя? — Дмитрий не отпускал её. — Что он сделает с тобой?

— Я знала, на что шла, — горько усмехнулась Настя. — У меня не было выбора тогда, нет его и сейчас.

— Выбор есть всегда, — он притянул её к себе. — Позволь мне помочь. Мы можем организовать тебе защиту, новые документы…

— Нет! — она резко оттолкнула его. — Ты не понимаешь. Я знаю слишком много. Видела слишком много. И есть причины… причины, по которым он никогда не отпустит меня.

— Какие причины? — Дмитрий нахмурился. — Что ты скрываешь?

Настя отвернулась, обхватив себя руками:

— Не спрашивай. Пожалуйста, просто не спрашивай.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Дмитрий смотрел на Настю, пытаясь разгадать тайну, которую она так отчаянно скрывала. Двенадцать лет назад она просто исчезла из его жизни, а теперь появилась в объятиях одного из самых опасных людей города.

— Знаешь, что самое паршивое? — наконец произнёс он, проводя рукой по волосам. — Я ведь искал тебя. Каждый грёбаный день просыпался с мыслью, что сегодня найду хоть какую-то зацепку.

Настя прикусила губу до крови, сдерживая рвущиеся наружу слова. Она хотела рассказать ему всё: почему исчезла, через что прошла, какую цену заплатила за свою свободу. Но не могла. Эта правда убьёт их обоих.

— Хотя бы скажи мне одно, — его голос звучал почти умоляюще. —ты по своей воле с ним?

Она начала лихорадочно собирать разбросанную по квартире одежду, путаясь в простыне. Нужно было срочно занять себя чем-нибудь, чтобы не сорваться, чтобы не разрыдаться перед Севером. Что она могла ответить? Что выбрала Наума, потому что у неё не было другого выхода? По большому счету — да, по своей воле, но в то же время и не по своей…

— Какая разница? — наконец ответила она. — Это ничего не изменит.

— Для меня — изменит всё, — Дмитрий подошёл ближе. — Если он держит тебя силой, если угрожает…

— Не надо, — оборвала его Настя. — Чем меньше ты знаешь, тем дольше проживёшь.

— Да плевать мне на мою жизнь! — он с силой ударил кулаком в стену рядом с её головой. — Я не могу смотреть, как ты разрушаешь себя рядом с этим ублюдком!

— А я не могу смотреть, как ты идёшь на верную смерть! — крикнула она в ответ. — Думаешь, мне легко? Думаешь, я не мечтаю послать всё к чёрту и уйти с тобой? Но я не могу! Не имею права!

Её голос сорвался на последних словах. Дмитрий притянул её к себе, крепко обнимая. Она уткнулась лицом в его грудь, вдыхая родной запах, от которого кружилась голова.

— Тогда давай уедем, — прошептал он ей в макушку. — Прямо сейчас. Я знаю людей, которые помогут нам исчезнуть.

— Он найдёт нас, — глухо ответила она. — Он всегда находит то, что считает своим.

— Ты не его собственность!

— Нет, — она горько усмехнулась. — Я его страховка. Его гарантия безопасности. Пока я рядом с ним, некоторые тайны останутся тайнами.

Дмитрий отстранился, внимательно вглядываясь в её лицо:

— О чём ты говоришь? Какие тайны?

— Неважно, — она покачала головой. — Просто… просто забудь обо мне. Закрой дело Наума. Уезжай из города.

— Ты же знаешь, что я этого не сделаю.

— Тогда мы оба покойники, — она невесело усмехнулась. — Потому что я не смогу смотреть, как он уничтожает тебя. А он это сделает, Дима. Обязательно сделает.

Она потянулась к его губам, целуя его с отчаянием человека, который знает, что это их последний поцелуй. Дмитрий ответил с такой же страстью, словно пытаясь удержать момент, остановить время.

Когда она отстранилась, её глаза были полны слёз:

— Я найду способ вытащить тебя оттуда, — произнес он твердо. — Хочешь ты этого или нет.

Когда дверь за ним закрылась, Настя прижала ладони к губам, сдерживая рвущийся наружу крик, медленно опускаясь по стене вниз на пол. Она знала, что он не остановится. Такой уж он человек — упрямый, принципиальный, готовый идти до конца. Именно за это она полюбила его когда-то. И именно поэтому сейчас должна держаться от него подальше. Потому что если Наум узнает… Если он хотя бы заподозрит…

Настя закрыла глаза, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Воспоминания накатывали волнами, затягивая в водоворот прошлого. Больничная палата, пропитанная запахом антисептика. Уколы, таблетки, смирительная рубашка и эти шрамы, которые теперь с ней навсегда. Она осторожно провела рукой по широкому браслету на левой руке, который она носит не снимая. Сняв его, она кончиками пальцев дотронулась до белесых шрамов на запястье и сжав левую руку в кулак, прижала к груди.

— Черт, — выругалась она, стирая слёзы. — Соберись, Настя. Соберись.

Но как собраться, когда всё внутри кричит от боли? Когда каждая клеточка тела помнит прикосновения Димы, когда сердце рвётся к нему, а разум твердит, что нужно держаться подальше?

Она вспомнила их первую ночь после долгой разлуки. Как дрожали руки, когда он раздевал её. Как замирало сердце от каждого поцелуя. Как она плакала потом в душе, понимая, что делает только хуже — им обоим.

Но разве можно было устоять? Разве можно было не поддаться этому чувству, которое она пыталась похоронить все эти годы? Дима был её первой любовью, её мечтой, её несбывшимся счастьем. И теперь, когда он снова появился в её жизни, старые чувства вспыхнули с новой силой.

Наум сидел в полумраке своего кабинета, нервно постукивая пальцами по дорогой столешнице красного дерева. Его обычно холодное, расчетливое лицо исказила гримаса ярости. Только что он получил информацию, которая перевернула весь его мир с ног на голову. Череп, следивший за домом Насти, доложил нечто невероятное — она встречается со следователем Северским.

Горький смех вырвался из его груди. Какая ирония — следователь, который охотится за неуловимым киллером по прозвищу «Призрак», делит постель с этим самым «Призраком». Но смех быстро сменился глухой яростью. Настя, его Настя, которую он считал своей собственностью, своим личным сокровищем, предала его с каким-то ментом.

«Какая же ты дрянь, Настенька», — пронеслось в его голове. — "Играешь в верную любовницу, а сама спишь с ментом

Воспоминания о ночах, проведенных с ней, захлестнули его сознание. Её изящное тело, страстные стоны, властный характер — всё это сводило его с ума. Она была его наркотиком, его одержимостью. А теперь эти картины в его голове сменились другими — Настя в объятиях Северского, их страстные поцелуи, жаркие ночи любви.

Она оказалась идеальной для роли «Призрака» — кто заподозрит красивую женщину в серии профессиональных убийств? Кто поверит, что за маской светской львицы скрывается хладнокровный киллер? Наум вложил в нее много сил и средств — научил стрелять, маскироваться, заметать следы. А она отплатила ему предательством.

Наум резко встал, опрокинув стакан с коньяком. Янтарная жидкость растеклась по дорогому ковру, но он даже не заметил этого. В его голове уже формировался план. Нужно было действовать осторожно, но решительно. Сначала убедиться, что это не какая-то хитрая игра Насти, не часть её собственного плана. А потом… потом она узнает, что значит предать его.