Мужики зашевелились, заозирались. Гаврила сжал копьё, Илья выругался вполголоса.

– Первая десятка и ополчение остаётся в центре со мной, – начал я, быстро распределяя силы, – вторая и третья десятки прикрывают левый и правый фланги.

Мужики закивали, разбиваясь на группы.

– «А мне что делать?» – прозвучал голос Лили прямо в моей голове, и я вздрогнул от неожиданности.

Вот ведь, совсем забыл, что у нас с Лилей есть такая необычная мысленная связь. А ведь и правда, зачем отдавать команды голосом, если можно постоянно быть на связи с Лилей по такой внутренней ментальной рации.

– «А тебе вязать корнями самых крупных», – послал я мысль целительнице, поворачивая голову к Лиле, которая смотрела на меня большими глазами. – «Держать меня постоянно в курсе того, что ты делаешь и больше применяй удар жизненной силой, который у тебя в прошлый раз так хорошо получился».

Наверняка, есть и ещё применение у этой нашей общей способности, надо будет подумать, как следует. Но позже, сейчас некогда.

– «Хорошо, ваше благородие», – послала мне мысль Лиля и тепло улыбнулась. – «Я буду стараться».

Твари атаковали синхронно. Три мелких огарка и выползень бросились на нас в лоб, а два крупных, гуцуп и вепрь Хаоса, двинулись за ними, прикрываясь для начала мелочью, как щитом. Одновременно с флангов, завершив охват, к нам рванули низкоранговые монстры.

– По мелким огненными стрелами! Огонь! – скомандовал я, выстреливая очень и очень жарким огненным шаром в гуцупа и тут же послал мысль целительнице: – «Лиля, корни на большого правого!»

В гуцупа я попал, проделав тому дымящуюся дыру в груди, и он взревел, его передняя пара ног подломилась, и он упал замертво. Ого! С одного выстрела! Вот что значит больше маны и жарче шар.

– «Держу правого, ваше благородие!» – пришла мысль Лили и тут же увидел, что вепрь Хаоса, кабан‑переросток размером с быка забился, пытаясь освободить задние ноги, туго обхваченные толстыми корнями.

Тут же вонзились огненные стрелы в низкоранговых тварей, это взялась за монстров первая десятка.

Справа раздались крики. Борис с Ильёй как‑то пропустили в ближний бой двоих монстров, которые заходили с фланга. Один из них, скрежень, успел полоснуть когтями по руке ельгинского мужика, и тот вскрикнул, отступая. Но Илья тут же прикрыл его, ткнул копьём в морду твари, а Борис поддержал его вторым ударом. Кто‑то наконец выстрелил огненной стрелой в заднее бедро скрежня и тот взвыл, оседая кормой на землю.

Левая десятка тоже, судя по победным воплям, вроде справлялась.

– «Ваше благородие, монстр перекусил корни, сейчас выберется!» – мысленно крикнула мне Лиля.

Действительно, впереди все мелкие монстры перебиты, а самый большой освободился от пут и попёр прямо на нас с Лилей. Копейщики кучнее сжались, готовясь принимать на копья несущуюся тушу, а стрелки поливали монстра стрелами. Только вот огненная стрела мелькнула только одна. Закончились что ли?

– Лиля, бей магией жизни! – крикнул я, готовя заклинание.

Я ударил магией огня и тут же монстр как будто врезался в невидимую стену и отлетел назад. Я на секунду замер, не ожидая такого эффекта от шара, но тут же применил каменные шипы, пронзая бок слегка контуженного монстра.

– «Получилось!» – послала мне радостную мысль Лиля.

Мой огненный шар в голову монстра прервал его агонию и всё стихло.

– Кажись, всё! – выдохнул Игорь, тяжело дыша.

– Проверить монстров, добить, если ещё дышат, – скомандовал я, спешиваясь и помогая слезть с коня Лиле. – Собрать стрелы и трофеи. Миша, проверь окрестности, не осталось ли ещё кого.

Я оглядел поле боя. Мужики стояли, тяжело дыша. Лиля уже прикладывала ладони к руке ельгинского мужика, у которого была рассечена рука и кровь текла ручьём.

– Рядом никого! – доложил Миша, открывая глаза.

– Хорошо, – кивнул я и повернулся к Сергею. – Все целы?

– Двое легко раненых, – доложил Сергей, подходя. – Остальные целы.

– Хорошо. Ядра собираем и двигаемся дальше. Нам ещё до Врат идти.

Игорь с Андреем принялись потрошить туши. Я подошёл к ним, когда они закончили.

– Что там? – спросил я, глядя на горсть ядер в ладони Игоря.

– Огненные есть, воздушные, зеленые, – ответил Игорь, перебирая крупицы. – Чёрных нет. Жаль.

– Жаль, – согласился я, забирая ядра. – Ладно, и на том спасибо. Идём дальше.

Лиля закончила с раненым, и мы свернули с просеки на северо‑запад, углубляясь в лес в сторону Врат. Шли тихо, без разговоров. Каждый шаг отдавался в ушах, каждый хруст ветки под сапогом казался оглушительным. Лес вокруг стоял мёртвый, ни птиц, ни зверья, только серый мох под ногами и корявые стволы, покрытые слизким налётом. Воздух густел с каждым шагом, становился тяжёлым.

Верный бежал впереди, низко припадая к земле, шерсть на загривке у него стояла дыбом.

Я потянулся к нему мыслью, и дал команду дальше углубиться в лес. Картинка поплыла перед глазами и через минут десять бега собаки показался завал из мёртвых деревьев, тот самый, что мы видели в прошлый раз. А перед ним, у самого входа в логово, стояли двое. Крупные, третий ранг. Гуцуп с крокодильей мордой на длинной шее, и жвальник, жук‑переросток с жвалами и щупальцами, торчащими из пасти.

Стояли спокойно, не метались, не рыскали. Ждали чего‑то.

Я дал команду Верному возвращаться назад и обернулся к дружине.

– Впереди двое, третий ранг, – сказал я негромко, но так, чтобы слышали все. – Гуцуп и жвальник. Пасутся у Врат. Или охраняют, или ждут подмогу.

– Всего двое? – удивился Илья, перехватывая копьё.

– Так мы их проредили в деревне, – предположил Гаврила, – не успели в больших количествах новые повылазить.

– Ваше благородие, чувствую монстров! – громко зашептал Миша, хватая меня за руку и тыча пальцем в сторону леса. – Слева, вон там, бегут к нам! Много!

И тут же я услышал треск ломаемых веток, с северо‑востока к нам и правда приближалась целая толпа. Смотреть через птицу было некогда, разберёмся кто там к нам бежит на месте.

– Засада, – выдохнул Андрей, бледнея. – Они нас ждали! Они знали, что мы придём!

– Не паникуй, – отрезал я, оценивая обстановку. – Дружина, стройся в сторону звука! Прикрыть фланги!

Дружина развернулась, копейщики выдвинулись вперёд и присели на колено, выставив копья, лучники заняли позиции за их спинами. Я встал в центре, Лиля рядом, готовая в любой момент пустить корни и остановить крупняк.

Среди деревьев показались монстры. Я насчитал с десяток второго ранга, и одного третьего, большого долгонога‑кузнечика на тонких лапах, который прыгал позади всех, как будто подгоняя своих. Не такой уж и сильный у них отряд, справлялись и не с такими.

– Лучники, бей по ближним огненными стрелами! – скомандовал я дружине и тут же послал мысль Лиле. – «Лиля, корни на долгонога!»

– «Поняла, ваше благородие», – пришла звонкая мысль Лили. – «Не так уж и много их».

Первые огненные стрелы оранжевыми росчерками ушли в полёт, вонзаясь в особо шустрых монстров, бежавших впереди. Каждое точное попадание если не убивало монстра сразу, то резко снижало его подвижность, а то и вовсе останавливало.

Я кинул порыв ветра сбивая с ног вторую волну второранговых и давая тем самым нашим лучникам время наложить новую стрелу. Долгонога воздушный удар поймал в длинном прыжке, заставив того перегруппироваться, чтобы приземлиться на ноги. У него это получилось, но тут сработали корни Лили, которые обвили лапы долгонога в тот момент, когда он уже присел для следующего прыжка.

– «Держу кузнечика!» – пришла громкая Лилина мысль.

– «Отлично, молодец!» – мысленно похвалил я Лилю, выцеливая ещё одного быстрого монстра.

Пока выцеливал, его уже свалили огненной стрелой. Да, тут конкуренция, монстров почти не осталось, а отличиться хочется всем.

– Слева ещё монстры! – неожиданно закричал Миша, тыча стрелой в сторону Врат. – Двое больших!