— Ты с ума сошёл? — тихо пролепетала мать.

— Было бы с чего сходить, — усмехнулся Всеволод.

— Паша, это безумие, — уверенно произнёс Александр.

И только отец смотрел на меня молча странным и непривычным взглядом. Прошлая память тела, в котором я по странному стечению обстоятельств оказался, подсказывала, что отец ещё никогда не смотрел на меня с таким уважением, как сейчас, всегда считал меня бесполезной бездарной пустышкой, обделённой ко всему прочему и интеллектом.

— Спасибо за вкусный ужин, — сказал я, и на самом деле потеряв аппетит. — Но я, пожалуй, пойду.

Я забрал со стола кожаный тубус, встал и вышел из комнаты под гробовое молчание. Лишь когда за мной закрылась дверь в столовую, послышались приглушенные голоса, продолжавшие спорить.

— А, пришёл, — сказал, довольно улыбаясь, Андрей, продолжая начищать новые хромовые сапоги. — Вот батя мой только доделал обновку для твоего старшего братца Александра, чтобы тому не стыдно было служить князю, да в походы на монстров ходить.

Хаос, монстры. В сказку попал, просто великолепно! Только, судя по всему, в страшную.

— Глянь-ка вот это, — сказал я, вручив ему тубус, а сам присел на свободную от обувных заготовок скамейку.

Андрей отложил в сторону второй до блеска начищенный сапог и осторожно извлёк депешу из футляра.

— Господи, — пролепетал Андрей и поднял на меня резко расширившиеся глаза. — Это вот князь называет наградой? Да это же казнь в неприкрытом виде.

— Я должен туда идти, я это чувствую, — честно признался я. — Поясни мне ты хоть, чем это опасно?

Андрей глубоко вздохнул, убирая депешу обратно в футляр, одарил меня сочувствующим взглядом и начал излагать.

Слушая его подробный рассказ, я понял странный комментарий Всеволода, да и вообще отношение окружающих к уму Паши, в теле которого я оказался. При пояснениях основ мироустройства, у меня в голове даже никаких образов и ассоциаций не возникало, словно впервые слышал об уничтожении былой могучей цивилизации порождениями Хаоса несколько сотен лет назад, о «заражённых землях», которые тянулись за пределами Томского княжества во все стороны насколько хватало глаз и вообще неизвестно, остались ли другие люди на планете или нет.

Само-то княжество возродилось только за счёт особых живительных Кедров, которые препятствуют продвижению Хаоса и дают жизненную энергию земле. А за пределами их влияния, то есть за «Границей», лишь буйно разросшийся лес и монстры, порождения Хаоса, да мутировавшие лесные звери, нормальных почти не осталось. Жизнь за Границей физически невозможна. Но поговаривают, что в некоторых сёлах неподалёку оставались жильцы, выживающие просто чудом и приспособившиеся к такому существованию.

— Так что гиблое это дело, Паша, — подвёл итог Андрей. Он был единственным простолюдином, который обращался ко мне прямо так, по-простецки, чисто по имени, без всяких «ваших благородий». — Не стоит ходить в эту Дубровку, смерти подобно. Но и игнорировать дарование князя совсем не приветствуется, возникнут серьёзные проблемы.

— Выходит, надо идти, — твёрдо сказал я. — Я так решил. Даже не спрашивай меня почему, я чувствую, что так надо.

Что я такое горожу вообще? Все твердят, что это практически верная смерть, а я стою на своём. Передалось слабоумие от пресловутого Паши, который теперь я?

— С тобой пойду, — сказал Андрей и загадочно улыбнулся.

— Спасибо, конечно, — ухмыльнулся я, наблюдая за его неожиданной и странной реакцией. — А теперь поясни.

— Это твой шанс, Паша, — тихо сказал Андрей, словно нас кто-то может подслушать. — Всё правильно ты решил. Раз там люди жили, значит есть способ. Отстроим деревню, привлечём других людей, будем охотиться на монстров и станешь ты настоящим бароном, несмотря на отсутствие дара. А там, глядишь, в таких условиях в тебе и дар проснётся, который здесь в Агеевке не смогли пробудить.

— Значит решено, — уверенно кивнул я. — Завтра выходим. Составь список вещей, что надо взять с собой, и собирайся.

— Будет сделано, ваше благородие! — громким шёпотом сообщил Андрей, вытянувшись передо мной по стойке «смирно». — Разрешите приступить?

— Не паясничай, — усмехнулся я, махнув на него рукой.

— А насчёт утра ты правильно решил, — сказал Андрей, когда я уже стоял в дверях. — Надо под ярким солнцем успеть дойти, пока монстры спят или сильно ослаблены, так у нас шансы есть.

— Хорошо, до завтра, — ответил я и вышел из дома сапожника, закрыв за собой дверь.

Что брать с собой в дорогу я и без списка приятеля соображу, в походы ходил, будучи студентом, но мнение человека лучше меня ориентировавшегося в столь суровых условиях тоже пригодится.

Вечером, когда всё семейство уже ложилось спать, я осторожно прокрался в гостиную, где до этого приметил книжный шкаф. Корешки обветшалых книг при свете свечи делились информацией о своём содержимом весьма неохотно, но я всё же выбрал три книги, казавшиеся мне жизненно необходимыми. Это были «История Томского княжества», «Основы магии стихий» и «Учение о строительстве и аграрном хозяйстве». Прямо идеальная трилогия для выживальщика в чужом мире.

Улёгшись в кровать и чуть не утонув в толстой перине, я решил почитать перед сном. Однако общая усталость и стресс от осознания попадания в другой мир довольно быстро погрузили меня в тревожный сон.

Солнце уже уверенно поднималось над горизонтом, когда мы вышли за околицу. Отец сделал мне подарок с барского плеча — выделил не самую молодую лошадь и на ладан дышащую подводу, одно колесо которой нещадно скрипело.

На дно мы сложили нехитрый инструмент типа топоров, пил, лопат и даже небольшого ржавого плуга. Поверх легли несколько мешков с зерном, картошкой и другими овощами. Похоже мать всё же верила, что я какое-то время там продержусь, а возможно даже и выживу. Вдоль борта я положил своё охотничье оружие — пара копий и лук со стрелами. От меча остались лишь ножны, но я всё равно сложил их сюда, вдруг пригодятся.

Запасную одежду мать складывала в отдельный добротный мешок при мне — штаны, рубахи, пара курток и… Валенки? Вы шутите? А я точно барон? Впрочем, в русскую зиму это самая тёплая обувь, лучше не придумаешь.

Свёрток с теми тремя книгами я осторожно подпихнул под мешок с одеждой, чтобы никто не заметил. В этот момент в голове проплывали фразы про Границу, Хаос, магию, охотников, таинственные Кедры. Почитаю об этом обязательно, но немного позже.

Зато на мне сейчас красовались настоящие доспехи, тускло поблёскивая в лучах восходящего солнца, прямо настоящий средневековый барон. Похожий доспех был и у Андрея, но не из стали, а из очень плотной бычьей кожи полсантиметра толщиной.

— Даже не верится, — с неким необъяснимым восторгом от предстоящего путешествия произнёс Андрей, поправляя свою тяжёлую сумку с книгами, которая норовила свалиться с подводы.

— Ты рад? — спросил я, с интересом наблюдая за реакцией друга.

— Не то слово! — воскликнул парень, давая волю чувствам, так как от деревни мы отошли уже довольно далеко и подходили к лесу по той самой дороге, по которой я вчера пришёл. — Полная свобода, делай, что хочешь!

— А тебе не кажется, что это всё каким-то детством попахивает? — спросил я.

— Что именно? — удивился Андрей и сразу нахмурился.

— Я имею ввиду твою радость, — признался я. — Все ведь считают, что мы на смерть идём.

— В какой-то мере они правы, — задумчиво произнёс Андрей, но потом снова улыбнулся. — Но я знаю, что надо делать. Ой, посмотри, так это же твой меч там валяется!

Мы уже миновали то место, где я вчера очнулся и проследив за взглядом приятеля, я увидел в стороне от дороги под вековыми соснами тусклый блеск металла. Я быстрым шагом свернул с дороги и подошёл к нему. Меч довольно неплохой, но со следами ржавчины возле гарды. Было видно, что за ним ухаживали, скорее всего это последствия утренней росы.

В ножны меч вошёл, как домой, оно и понятно, родные. Перед тем, как приторочить заново обретённого железного друга на пояс, я нарисовал им в воздухе пару восьмёрок. Тело помнило вес оружия и его габариты, взмахи были быстрыми и уверенными, это хорошо, значит будет толк, память тела сейчас играет на моей стороне.