Краткое до неприличия руководство по сотворению запоминающихся образов от добродушного, лысеющего дядюшки Джина
Создание образов сложно? Выкиньте эту мысль из головы раз и навсегда. Отчего в историях, которые вы читаете, так плохо с хорошими, добротно выписанными персонажами? Причин тому две, и первая из них – поверье, будто для этого непременно нужно умение летать на метле. Самое трудное в литературных занятиях – рассказывать стоящие, интересные истории и умело писать. Остальное – сюжет и особенно образы – проще простого.
Вторая причина заключается в том, что многие, очень и очень многие из писателей интересуются только самими собой. Нет, интересоваться собой – дело, конечно, хорошее, однако интерес только к себе самому для писателя фатален.
Создание образов нацелено на три вещи. Если любые две из трёх целей достигнуты, считайте, что дело в шляпе.
Во-первых, характер. Характер отличает одного персонажа от прочих, особенно в диалогах. К примеру, Робкая Дженис разговаривает (и действует) совсем не так, как Дерзкая Джейн или Доблестная Джоан:
– Сделай! Возьми да сделай! Как только начнёшь, сама удивишься: чего тут бояться?
– Но что скажут люди? Матушка…
– Плевать на матушку! И на Ральфа тоже плевать. Давай, малышка, займись уже собственной жизнью.
Вот. Понимаешь, кто тут что говорит? Разумеется, понимаешь!
Во-вторых, выписывая образ, мы знакомим читателя с душевным складом героя, создаём ощущение, будто герой знаком нам многие годы:
– Ещё один рот! А, провались оно…
Сдвинув на затылок старую, сплошь в пятнах пота шляпу, Джейк поднял рыжего котёнка и почесал его за ухом.
– Сдаётся мне, уж ты-то нас не объешь, – пробормотал он.
В-третьих, образ, индивидуальность, не оставляет читателя равнодушным к происходящему с персонажем, внушает симпатию и сочувствие, успехи и неудачи героя становятся успехами и неудачами читателя:
Даже если всё выйдет как надо, его тоже могут повесить на вершине башни. Кого в таком случае ему ждать? Только вонючих стервятников.
С этими мыслями он ощупал потёртую, видавшую виды верёвку. На рынке за неё не выручишь и медяка, однако верёвка ещё крепка. Сойдёт. Выдержит.
Но нет. Нет. Дурацкая это затея. В городе только и дожидаются, чтоб их отыскали, сотни друзей куда умнее, куда богаче его, а когда Лиан уже не сможет отбиваться от стервятников, сам он ровным счётом ничего не почувствует. Нет, не пойдёт он туда. Не пойдёт. На такое отважится только дурень из самых зелёных.
Однако к тому времени, как эта мысль завершилась, он уже размашисто мчался вдоль улицы Шорников, и отступать было поздно.
Короче говоря, образ рисуют, ПОКАЗЫВАЯ персонажа действующим, говорящим, думающим в характерной манере. О персонаже читателю не РАССКАЗЫВАЮТ, его ИЗОБРАЖАЮТ. Это самое главное. Ничто другое так явственно не отличает опытного писателя от новичка.
Ну а поскольку это так важно, я разжую всё до конца. В кашицу. Не нужно писать, что Джок – пёс храбрый и послушный. Изобразите Джока храбрым и послушным.
Тем более не нужно изображать его храбрым и послушным, а потом писать об этом прямым текстом. Упоминать о сих качествах не нужно вообще. Их нужно просто продемонстрировать.
Всё это – дело отнюдь НЕ МАЛОЕ. НЕ МЕЛОЧЬ. Это чрезвычайно важно. Я говорил, что яркие образы создавать просто, – да, так и есть. Ещё я говорил, что делается это крайне редко, и это тоже чистая правда. Последуете моим советам, ваши рассказы окажутся на голову, на две головы выше средних рассказов из издательского самотёка. Будете делать это последовательно и усердно предлагать рассказы издателям, в скором времени вам придётся заглядывать в записи, чтоб вспомнить, шестая это у вас публикация или уже седьмая.
Успешных писателей время от времени спрашивают: в чём секрет, как это вам удаётся писать рассказы и продавать их, хотя у прочих ничего не выходит? Секрет именно в этом. Прямо здесь, на сих страницах, у вас перед глазами. Перечитайте ещё раз.
Помните историю с Саймоном? Вот. И не говорите, что вам никто ничего не объяснил.
Невоспроизводимые истины Вулфа касательно романов
Всякий, способный написать хороший роман, способен написать и хороший рассказ, однако многие, способные писать замечательные рассказы, написать роман не способны даже под страхом смерти. Роман требует последовательной работы в течение многих месяцев и даже лет. К примеру, Харлан Эллисон и Гарднер Дозуа рассказы пишут великолепные, тонкие, но вот романы писать им, очевидно, не под силу.
Создание любого произведения – акт немалого мужества. Романист – всё равно что коп либо солдат. Обычной минутной храбрости тут мало: храбрость нужна и сегодня, и завтра, и на следующий день, и на следующий.
Работать, если только это возможно, следует каждый день, пускай хотя бы по десять минут. Конечно, за десять минут многого не напишешь, однако десять минут серьёзной работы поддерживают мысленную сосредоточенность на романе, а это жизненно важно.
Забудьте о себе. Что думает на ваш счёт литагент, редактор или читатель, не должно волновать вас ни в коей мере.
Не волнуйтесь за вашу матушку. Если вашей книги не издадут, матушка её не увидит. Если же издадут, подумает, что вы просто чудо (и то же самое, кстати, подумаю я).
Те, кто дожидается вдохновения, пишут за всю жизнь по одной книге, если вообще доводят её до конца. Работайте усердно и быстро, и вдохновение поспешит вдогонку само.
«Обычный» объём романа – около восьмидесяти тысяч слов, или примерно триста двадцать машинописных страниц. Длиннее – лучше. Минимум – сорок тысяч. Максимума не существует. Однако…
Действительно длинные романы приносят гораздо больше денег, будучи порезаны на трилогии, циклы – как больше нравится.
Деньги – в романах. Посему писатели, сделавшие себе имя, в основном пишут романы, освобождая поле рассказов и повестей для вас.
Опубликовать сборник рассказов, если за вами не числится хотя бы один успешный роман, очень и очень трудно.
Романы могут издаваться в электронном виде, но денег это пока не приносит.
Все популярные, успешные романы – о персонаже. Кроме тех, что о сюжете. Или о некоем месте. Или о собаках, или о чём-то вроде.
Сюжет лучше, чем бессюжетность, но бессюжетность лучше, чем сверх меры сложный сюжет.
Великие романы посвящены любви и смерти, романы мелкие, проходные – сексу с насилием.
Любовь и смерть есть секс и насилие в руках великого романиста.
Любовь без секса лучше, чем секс без любви.
Продать роман, отправив издателю одну главу и синопсис, если у вас уже не написан и не опубликован хотя бы один полноценный роман, крайне трудно. Многие люди (см. выше), способные написать замечательную главу и превосходный синопсис, написать хороший роман неспособны. Редакторам это прекрасно известно.
Если вы всё-таки посылаете в издательство главу с синопсисом, глава должна быть Главой Первой. Это бессмысленно, но правда. Посылать другую главу, неважно, насколько она хороша, напрасная трата времени.
Если отправленная на рассмотрение глава нехороша, нет совершенно никакой разницы, насколько замечательной изображена в синопсисе прочая, будущая часть романа, поскольку читать синопсис не станет никто.
Роман, который скучно писать, скучно будет читать. Слёзы, хихиканье, прыжки на стуле перед клавиатурой – приметы хорошие, все без исключения.
Закончив первую редакцию и приготовившись к вычитке, распечатайте рукопись и помечайте нужные места простым карандашом, сидя в покойном кресле. Если со временем не удивитесь происходящему далее, дела ваши плохи.
Начинать можно, только закончив.
Всё волшебство заключено во второй редакции.
Любители боятся шокировать, профессионалы – вогнать читателя в скуку.
