– Хор-рошая девочка! – заверил собравшихся Орев.

– Боюсь, для этого требуется решение суда, – заметил Лори.

Шелк отрицательно покачал головой.

– Наше правительство отчаянно нуждается в средствах, советник. Вдобавок к обычным расходам города нам нужно вести войну, а еще мы, перед тем как распустить по домам бойцов генералиссимы Мяты, выдали каждому по две карточки.

– Щедро же ты распоряжаешься деньгами налогоплательщиков, – хмыкнул Лори.

– Дабы осуществить это, мы взяли в свои руки фиск. Ответственность за неактивные счета и счета, открытые по доверенности в пользу других лиц, наподобие счетов кальда Чесучи, берет на себя город. Счета членов Аюнтамьенто, как тебе известно, арестованы. Если угодно, можем обсудить этот вопрос немедля.

– Нам нужно продолжить разговор о воздушном корабле, – напомнил Шкиехаан. – Дело безотлагательное. Вот этот Потто сказал, что захватит его, но через один месяц. У нас же есть максимум несколько дней. Не более.

– Почему? – спросила его Гиацинт из-за плеча Шелка.

– Да пускай уж сначала насчет денег вопрос разжуют до конца, – возразил Шкиехаану Чистик, – чтоб больше о них не вспоминали.

– Человек… мудр-р-р! – восхитился Орев.

Шелк постучал по столу.

– Ну так что у нас дальше? Воздушный корабль или ваши счета? Лично я предпочел бы разобраться с претензиями генералиссимо Оозика, генералиссимы Мяты и полковника Бизона к Сийюф. Опыт показывает, что вначале лучше всего сбыть с рук дела мелкие, иначе они, как верно заметил Чистик, туманят всем головы.

– О том, что ты ограбил нас, нам известно, – ответил ему Лори, – однако мы понимаем: протесты против ограбления бесполезны.

– То есть вам все-таки хочется достичь примирения, – объявила майтера Мята.

– Навряд ли. Однако мы готовы предложить вам новые условия капитуляции, гораздо либеральнее тех, предлагавшихся на вилле Крови, призванных послужить попросту отправной точкой для переговоров.

– В то время ты говорил, что они не обсуждаются, – напомнил Шелк.

– А как же. Так говорится всегда. Итак, выслушать предложение Потто ты был готов, а соизволишь ли выслушать также наше, общее?

– Разумеется.

– Тогда для начала позволь объяснить, отчего тебе следует принять его. Ты заявляешь, что у тебя есть стратегический план, гарантирующий победу, однако если и последуешь ему, то крайне неохотно. Ты ошибаешься, а мы – нет. У нас есть собственный план. План, гарантирующий твое поражение максимум через год.

– Ничего подобного у вас нет, – вмешался Оозик, – иначе вы уже дали бы этому плану ход.

Шелк согласно кивнул.

– И помогли нам с ним вы сами, – с улыбкой продолжил Лори, – за что мы вам соответствующим образом благодарны.

– Мы тоже раздаем пулевые ружья! – осклабившись, пояснил Потто.

– Вот именно, – подтвердил Лори, – а также другое оружие – по большей части иглострелы. С полдюжины оружейных складов до сих пор в наших руках, но их местонахождение я, уж извините, сохраню в секрете.

– Раздаете, стало быть? А кому? – полюбопытствовал Бизон.

– Минутку. Вначале необходима некоторая подготовка. Недавно ты, полковник, побывал в подземельях сам, но сознаешь ли, насколько они обширны? Уверяю, ты даже тысячной их доли не видел.

– Слыхал я, что кальд спустился под землю через святилище у берега озера, а генералиссима Мята, попав в подземелья из дома на севере города, дошла ими до Палатина. Если все, что видели оба, соединено меж собой, выходит, подземелья довольно велики.

– Согласно рассказам Паука, куда больше, – сообщила ему майтера Мята.

– Кстати, Паука я хочу получить назад, – вмешался Потто. – Кроме того, мне нужен летун. Я предлагал вам за них воздушный корабль, но от него вы отказались. Назовите свою цену.

Шелк тяжко вздохнул.

– Как я уже говорил, тривиальные вопросы склонны затмевать суть дискуссий. Этот вопрос как раз из таких, а посему давайте избавимся от него поскорее. Паук – наш пленник. Мы готовы обменять его на пленника равной ценности во время сего перемирия либо другого, будущего. Есть ли вам что… вернее, кого предложить? Кто он?

Потто покачал головой.

– Но вскоре будет, – пообещал он. – Верните Паука, и, как только я разживусь кем-нибудь подходящим, получите вдвое больше.

– Нет! – в гневе отрезала майтера Мята, пристукнув по столу кулачком.

– Врозь, крыса вица, врозь, низ лис! – урезонил ее катахрест Гиацинт, подняв над краем стола мохнатую голову.

– Разумеется, нет, – подтвердил Шелк, – но я мог бы предложить вполне приемлемую альтернативу.

– Так предлагай. Послушаем.

– Минутку. Еще тебе нужен Шкиехаан.

– На время, только на время, – захихикал Потто. – На две недели, не больше! За каждый день задержки пени готов выплачивать! Как за библиотечную книгу! Что скажешь? Денег у меня до сих пор куча: тебе даже трети украсть не удалось!

– Про тебя я от майтеры много чего слыхал, и Шкиехаана тебе никто не отдаст, – объявил Чистик.

– Слово Чистика весит не меньше моего, – подтвердил Шелк. – Его слово – наше общее слово. Шкиехаан – свободная личность…

– Свободный человек, – поправил его Лори.

– Именно. Именно свободный человек, и я им не распоряжаюсь. Здесь, во дворце, он – мой гость, не более, но и, должен отметить, не менее. Считаете, что он в заключении, спросите его самого.

Ремора откинул со лба жидкую черную челку.

– «Священны пред Пасом жизнь и достояние странника, коего ты приютил»!

– И, мало этого, он бы изрядно тебя разочаровал. Так как уже был бит и допрошен генералиссимой Сийюф, надеявшейся узнать, как действуют двигательные блоки летунов. По той же причине советник Лемур убил Илара, еще одного летуна, которого мне довелось исповедовать перед смертью. Но, поскольку Лемур сам вскоре погиб, ты вполне можешь об этом не знать… или все-таки знаешь?

Лори пожал плечами.

– Конечно, о поимке летуна мы узнали сразу. К несчастью, все, что Лемур сумел от него узнать, погибло вместе с Лемуром.

– Лемур не узнал от Илара ничего, и именно поэтому убил его. Сегодня я побеседовал об этих двигательных блоках со Шкиехааном. Да, он без утайки признал, что принцип их действия весьма важен и, очевидно, принес бы нашему или любому другому городу немало выгод, но ему этот принцип, как и покойному Илару, неизвестен. Ученые, изготавливающие двигательные блоки, не покидают Майнфрейма, а значит, в плен их не захватить. Летунов, ими пользующихся, держат в неведении относительно их устройства, что сами они понимают и вполне одобряют. Элементарнейшая предосторожность… и, полагаю, тебе с коллегами-советниками следовало ее предвидеть. Скажу более: о ней первым делом подумал бы всякий, кто не ослеплен жаждой власти. Хочешь узнать, как действуют эти устройства – что ж, раздобудь одно из захваченных тривигантцами и разбери по частям, но лично я там вряд ли хотя бы, как говорится, отличу лист от корня…

– Естественно, вряд ли, – захихикал Потто, – у тебя-то небось двигательного блока нет! Называй цену за Паука. Сотня карточек, а? Говори, не томи. И цену на двигательный блок, если он вдруг у вас есть, назови тоже.

– Увы, у нас его нет. Советник Лори, советник Лемур утверждал, что он вовсе не хем, а био. Ты тоже?

– Безусловно.

– Несмотря на мраморную подставку для книг, сломанную в гостиной у Крови?

– Это тело не мое. Не природное. Сам я сейчас на нашей лодке, куда вам в жизни не дотянуться. Ну, а тело, стоящее перед тобой, – с этими словами Лори коснулся груди под черным бархатом рубашки, – если угодно, хем. Не возражаю, простоты ради можешь называть его так. Управляю я им, не поднимаясь с постели, а оно движется и разговаривает в точности как я, когда был помоложе.

– По-моему, я все это уже объясняла, – напомнила Шелку майтера Мята.

– Так и есть, майтера, за что я весьма тебе благодарен. И за что тебя должен от всего сердца благодарить Паук.

– Кабы это на волю помогло выйти, – буркнул Паук.

– А что ж, вполне, вполне может помочь. Судя по донесениям генералиссимы Мяты, прежде главной твоей заботой была контрразведка. Однако я не настолько наивен, чтоб полагать вашу организацию – вернее, ее остатки – непригодными для других целей… тем более что советник Потто, планируя захват воздушного корабля генерала Сабы, потребовал твоего возвращения.