— Что вы, сэр?! И я всего лишь простая девушка.

— Он действительно очнулся?

— Да. Думаю, вас это устраивает.

— Меня больше устроило бы, если бы он умер. — На мгновение Таугу стало дурно от страха. — Я собираюсь убить Гиллинга, а поскольку я мужчина, мне придется убить его в честном бою. — Последние слова вырвались у него словно помимо воли, и жалкое существо, трусливо съежившееся и плачущее в нем, оказалось посаженным под замок. — А значит, бой должен состояться, когда он выздоровеет, когда получит возможность защищаться. Я не стремлюсь приблизить этот момент.

— Господин Тауг. — Баки опустилась на колени перед ним.

— Не надо, — сказал Тауг. — Вдруг нас кто-нибудь увидит?

— Я вижу. — Мани зевнул. — Интересно знать, видите ли вы сами себя со стороны.

— Встань, пожалуйста. — Тауг взял Баки за руку. — Ты хотела забрать сэра Эйбела в Эльфрис, поскольку сами вы не можете сразиться с… — Он забыл имя и попытался вспомнить.

— С Гарсегом, господин. Сетром. Мы можем сразиться с ним и с теми, кто по-прежнему хранит ему верность. Но мы не можем одержать победу без воина вроде сэра Эйбела. Или вас.

На помощь Таугу пришел Мани:

— Что скажет сэр Свон, когда обнаружит твое отсутствие?

Тауг шумно сглотнул и кивнул:

— Ты прав. Они пошли к королю. Мне надо поспешить.

Вистан ждал его у подножия лестницы.

— Ты там секретничал с девушкой-рабыней. Я нарочно отошел подальше, чтобы ничего не слышать.

— Спасибо.

— Странное здесь место, правда?

Тауг кивнул, начав подниматься по лестнице вслед за товарищем.

— И дела творятся странные. — Вистан кашлянул.

— Ты про то, что сэр Свон и сэр Гарваон ведут переговоры с великаном? Мне больше нравилось сражаться с ними.

— Мне тоже. — Вистан на мгновение задумался, словно собираясь переменить тему. — Ты ему доверяешь?

— Нет. Нисколько. Я бы скорее поверил Сиксниту.

Вистан остановился:

— Кто такой Сикснит?

— Один человек из моей деревни. Вор.

— Ясно.

— И трус вдобавок. Тогда я так не думал, поскольку на словах он был очень смелым. Теперь-то я понимаю, что он просто пытался сам себя убедить в своей смелости, но я ему верил. Тогда я был гораздо моложе.

— Я понимаю.

Вистан протянул руку Таугу, чтобы помочь взобраться на следующую ступень. Тауг помотал головой, отклоняя помощь.

— На самом деле это было не так давно. Просто кажется, что прошло много времени. Столько всего случилось.

Пару минут они поднимались по лестнице в молчании, потом Вистан сказал:

— А она недурна собой, верно?

— Королева Идн?

— Нет, рыжая девушка. — Вистан ухмыльнулся.

— А, Баки.

— У большинства девушек темные волосы. Это вовсе не плохо, но рыжие волосы или золотистые вносят приятное разнообразие.

Тауг ничего не ответил.

— Конечно, у рыжих веснушки. Многим веснушки не нравятся, но я лично не вижу в них ничего плохого. Она ни разу не подняла взгляда, ты заметил? Во всяком случае, пока там находились наши хозяева, великаны и я.

— Ну да, — признал Тауг. — При посторонних она не поднимала взгляда.

— В глаза не смотрят, когда не хотят выдать свои мысли.

— Я не знал.

— Значит, ты знаешь, о чем они думают. Но я только хотел сказать, что не собираюсь рвать твои цветы.

Вистан преодолел еще пару ступеней.

— Не пытайся сорвать этот, — предупредил Тауг.

— Не стану. Мы же друзья, верно? Нам не стоит ссориться, поскольку мы с тобой здесь единственные оруженосцы.

На сей раз Тауг принял протянутую руку.

— Но я хотел задать тебе несколько вопросов. Например, про голоса. Когда мы вышли — два великана, наши хозяева и я, — в караульной остались двое: ты и девушка.

Тауг сосредоточил внимание на следующей ступени.

— Я не слышал, что вы говорили, но я слышал голоса — три голоса. Один твой, другой женский и еще один голос, тонкий и скрипучий.

— Как ты думаешь, что скажет король? — Тауг остановился, чтобы перевести дыхание. — Насчет Шилдстара и остальных восемнадцати?

— Что-нибудь да скажет, — пожал плечами Вистан. — Тебе-то незачем беспокоиться.

— Я и не беспокоюсь, — решительно заявил Тауг.

— Там в углу что-то было. Ты видел?

— Кот короля.

— Разве он принадлежит королю? Я не знал. Хорошо, что ты сказал; мне придется оставить его в покое. Нет, я имею в виду другое, что-то такое в тени.

— В тени всякое может померещиться.

— Но я отчетливо видел какое-то существо. Это его голос я слышал?

— Да, — сказал Тауг. — Голос существа, которое ты видел в углу.

Вистан снова умолк. Тауг карабкался по ступеням по возможности быстрее, надеясь опередить товарища.

— Говорят, ты был слугой сэра Эйбела. А когда сэр Эйбел посвятил сэра Свона в рыцари, он сделал тебя оруженосцем сэра Свона. Сэр Эйбел не похож на обычных людей.

Тауг согласился.

— В тебе тоже есть что-то особенное.

Волна гордости захлестнула душу Тауга.

— Я выше тебя по положению. Если ты не признаешь мое старшинство, мы можем выяснить отношения прямо сейчас.

— Ты стал оруженосцем раньше меня, — согласился Тауг.

— То существо в углу. Иногда оно походило на женщину. Что это было?

— Призрак, наверное.

— Чей?

— Не знаю.

— Мы, люди знатного происхождения, сражаемся мечом. — Голос Вистана звучал холодно. — И даем другим возможность обнажить меч. Обнажи свой.

— Я не хочу драться, — заявил Тауг, — и, уж конечно, не хочу убивать тебя.

— Трус! — Рука Вистана лежала на эфесе.

Тауг отступил на шаг и прижался спиной к холодной каменной стене.

— Я сдаюсь.

— Если бы ты принял вызов, я бы одержал верх! — Вистан задыхался от ярости.

— Я знаю, — сказал Тауг. — Я сдаюсь.

— Ты сражался с ангридами.

— Ты тоже, — кивнул Тауг. — Я и это знаю.

— Но не хочешь сразиться со мной?

— Нет. — Тауг помотал головой. — Возможно, нам обоим скоро придется сражаться с великанами. Я прошу не забирать у меня оружие. Клянусь, я не использую его недостойным образом.

Вистан торжествующе ухмыльнулся:

— Отдай мне свое оружие.

Тауг кивнул и расстегнул перевязь.

Вистан протянул руку, ухмыляясь еще шире.

— Это не меч, — сказал Тауг. — А палица. По имени Мечедробитель. — Он немного помолчал, поглаживая эфес. — Я отдам тебе Мечедробитель, но сначала хочу сказать одну вещь. Когда мы с сэром Эйбелом были мальчишками, я и еще один парень пытались ограбить его. Он поколотил нас и отнял у нас наше оружие.

— Ты врешь! Сэр Эйбел гораздо старше тебя!

— Сейчас — да, — кивнул Тауг, — и когда мы с ним встретились позже, он меня не вспомнил. А если и вспомнил, то ничего не сказал.

Вистан не стал кивать.

— Раньше Мечедробитель принадлежал сэру Эйбелу, — добавил Тауг, протягивая палицу Вистану. — Потом он отдал Мечедробитель мне. Я сказал, что не заслуживаю такого подарка, но не объяснил почему. Возможно, именно поэтому я теряю его таким образом.

Вистан внимательно разглядывал палицу.

— Надеюсь, ты позаботишься о нем. Он действительно раньше принадлежал сэру Эйбелу.

— Там, в подвале, водохранилище, — сказал Вистан. — Говорят, оно такое глубокое, что никогда еще не наполнялось доверху. Я намерен бросить твою палицу туда при первой же возможности.

Тауг смотрел Вистану в спину, покуда тот не скрылся из виду.

Таугу не позволили войти в королевскую опочивальню, но он так яростно пререкался со стоявшим на страже великаном, что Свон услышал и приказал впустить его.

Явившееся взору зрелище потрясало воображение — комната, превосходящая размером самый большой амбар в Гленнидаме и богатством убранства напоминающая ларец с драгоценностями: огромная позолоченная кровать выше Таугова роста, на которой лежал мертвенно-бледный король, обложенный шелковыми подушками величиной с матрас; расшитые золотом занавеси из алого бархата (столько ткани, и такой богатой, Тауг в жизни не видел), раздвинутые и притянутые к столбам балдахина толстыми золотыми цепями; Шилдстар (свирепый, как волк, грязный, как бродячий пес, и своими размерами втрое превосходящий самого высокого и могучего мужчину, какого только можно представить), склонившийся над постелью с заботливым видом, приличествующим лучшей из сиделок; Тиази, сдержанный и настороженный, с непроницаемым лицом человека, посвященного во многие тайны; исполненные решимости рыцари и толпящиеся поодаль рабы, вытягивающие шеи и напрягающие слух. Один из рабов отвел Тауга в сторону.