На том конце замерли, а затем коротко ответили:

— Поняла.

Трубка щёлкнула, связь оборвалась. Леон остался стоять, не сразу сообразив, что уже несколько секунд барабанит пальцами по краю стола, будто пытаясь выплеснуть бурю внутри. Он редко позволял себе такие реакции, но сейчас эмоции пробивали холодную броню привычного самоконтроля. Морок. Она сама пришла. Не пришлось высылать приглашения, устраивать ловушки, тянуть за связи и убеждать через третьих лиц. Сама. Своим ходом.

Леон замер у окна, глядя вниз, на город, и позволил себе медленную улыбку. Вчерашний разговор с Рауфом ясно звучал в памяти: «Главное — не давить, иначе соскочит.» И вот, она сама сделала шаг навстречу. «У меня нет права на ошибку,» — подумал он, сжимая кулак. Внутри зашевелился азарт, тот самый, что толкал его к сделкам века. Скоро дверь откроется, и в его кабинет войдёт девушка, которая может стать ключом к новому проекту… и, возможно, к куда большему.

Ария затянулась в последний раз, выдохнув сизый дым в холодное, низкое небо. В мыслях всё еще витали обрывки недавних событий, и она даже слегка вздрогнула, когда рядом неожиданно возникла секретарша и мужчина в дорогом, сидящем идеально костюме — словно вырезанный из глянцевого журнала.

— Госпожа Кинзбурская, позвольте нас проводить, — голос секретарши был подчеркнуто учтивым, почти приторным.

Ария прищурилась, бросила окурок в урну, словно точкой поставила в этом моменте, и лениво выдохнула:

— Ну, ведите.

Её чуть удивила перемена в поведении той самой секретарши, что час назад говорила холодно и отстранённо. Теперь же девушка буквально рассыпалась в услужливости: предлагала чай, кофе, даже намекнула, что можно заказать доставку чего только будет угодно дорогой гостье.

— Не нужно, — спокойно отрезала Ария, даже не замедлив шаг.

Она шла за ними, чувствуя резкий контраст: по коридорам расхаживали сотрудники — мужчины и женщины в одинаковых идеально сидящих чёрных костюмах, с ровными прическами, уверенными улыбками. Мир стерильного блеска и власти.

И посреди всего этого шла она — в кожаной косухе, с сигаретным запахом на пальцах, с лёгким презрением во взгляде. Как будто кто-то чуждый и слишком живой случайно забрёл в аквариум с хищными золотыми рыбками.

У массивной двери секретарша остановилась и постучала мягко, но с подчеркнутым уважением.

— Господин Оуэнн, госпожа Ария, — почти торжественно произнесла она, затем повернулась к певице.

Секретарша чуть склонила голову, жестом указывая на дверь, и с вежливой улыбкой добавила:

— Проходите, пожалуйста.

Взгляд Арии скользнул по женщине — глаза слишком блестят, голос слишком старается быть мягким. Всё это излишнее усердие вызывало у неё не доверие, а лёгкую насмешку. Она лишь дернула уголком губ, потом решительно потянула на себя дверь.

Ария вошла в просторный кабинет так, словно он принадлежал ей самой: плавная, чуть лениво-расслабленная походка, едва заметный изгиб брови, ни намёка на стеснение. Она двигалась мягко, с той самой хищной грацией, которая отличала её и на сцене, и в жизни.

Леон едва не усмехнулся, мгновенно узнав в этой женщине ту самую дерзкую фигуру, что прошлась по капоту его машины, не моргнув глазом. Теперь же, вблизи, он рассматривал её внимательнее. Девушка оказалась красивой, слишком красивой, даже в своём несколько вульгарном, по его меркам, образе: косуха, рваные джинсы, массивные украшения. Но за этой нарочитой «уличной» бронёй проступала какая-то внутренняя уверенность, которая делала её присутствие ощутимым в каждом углу кабинета.

Ария скользнула по нему быстрым, почти равнодушным взглядом. В её глазах не было ни интереса, ни почтения — будто Леон был очередным чиновником или богатым дядей, которых она видела сотни.

Леон поднялся из-за стола, вытянувшись в идеальной осанке, и протянул ей ладонь.

— Леон Оуэнн, — произнёс он твёрдо и вкрадчиво. — Рад приветствовать вас. Я очень рассчитывал на скорую встречу. Прошу, присаживайтесь.

Ария легко, но без лишней вежливости, опустилась в кресло напротив, закинув ногу на ногу, словно проверяла, насколько комфортно ей будет в этом пафосном месте. Она чуть улыбнулась уголком губ:

— Не представляю причин для нашей встречи. Вряд ли вы продолжаете дело Хелен.

Леон приподнял бровь и, задержав взгляд на её лице, спросил:

— Вы знали Хелен?

Ария кивнула медленно, будто возвращая в памяти отголоски чужих историй.

— Косвенно, — произнесла она мягко. — Хелен умела разглядеть талант, в музыкальной среде про неё легенды ходили.

Она на секунду отвела взгляд, а потом, словно мимоходом, почти лениво добавила:

— Кстати… нашли ли убийцу?

Слова ударили по Леону холодом. Он окаменел, пальцы машинально сжались в кулак.

— Убийцу?.. — переспросил он, глядя прямо в её глаза, будто пытаясь понять, шутит ли она.

Ария вскинула брови искренне удивлённо, чуть наклонив голову, как кошка, которой вдруг показали что-то непонятное.

Леон выдержал паузу, прежде чем выпрямиться в кресле, словно собирая себя в единое целое. Его голос прозвучал глухо, но уверенно:

— Моя супруга погибла в результате несчастного случая.

Слова эти, как заготовленная формула, повисли в воздухе — чёткие, обкатанные, будто их приходилось повторять десятки раз.

Ария некоторое время молчала, чуть нахмурившись, как будто примеряя сказанное на свой внутренний масштаб правды. Её пальцы лениво играли с браслетом на запястье. Она медленно выдохнула дымок воспоминаний, которых никто здесь не мог увидеть, и тихо проговорила:

— Пусть так.

Леон вскинул взгляд, улавливая в её тоне что-то, что не совпадало с внешним согласием. Он наклонился вперёд:

— Что вы имели в виду?

Ария выдержала длинную, нарочитую паузу. Она чуть прищурила глаза, словно прислушивалась к самой себе, а потом произнесла, тянув каждое слово:

— Музыкальная среда достаточно маленькая. Все друг друга знают. И там есть одно устоявшееся мнение: Хелен заказали конкуренты из агентства «ВокАнжи». А дыма без огня, сами понимаете, не бывает.

На этот раз тишина накрыла кабинет плотным полотном. Леон замер, сжав подбородок ладонью, глядя в одну точку на её лице. Внутри что-то неприятно скреблось, старые раны отзывались болью. Минуту он сидел неподвижно, словно пытаясь отрезать в себе эмоцию и оставить только холодную логику.

Наконец он качнул головой, словно отметая догадки, и произнёс низко:

— Дополнительной проверки не было. Почти сразу установили, что смерть Хелен наступила в результате ДТП.

Ария слегка наклонила голову набок, качнувшись всем корпусом, и её губы тронула тень загадочной улыбки.

— Я бы всё же посоветовала поискать концы у этого дела, — сказала она негромко.

Леон сжал руки в замок на столе.

— Неужели вы так верите слухам? — в голосе его сквозил вызов, но и осторожный интерес.

— Есть такие слухи, — Ария медленно улыбнулась, её взгляд стал почти игривым, но за этим огнём пряталась твёрдость, — которые нельзя игнорировать.

Леон смотрел на неё дольше, чем позволяли правила светского разговора. И в эту минуту он понял: лёгкой беседы не получится. Эта девушка будет гнуть свою линию — прямо, дерзко, без скидок на его фамилию или влияние. И это почему-то не только раздражало, но и захватывало.

Ария, сидя в кресле напротив, чуть подалась вперёд, её взгляд сузился, как будто она решила разрубить тягучую паутину намёков и полутонов.

— Так, давайте без кружев, — её голос прозвучал твёрдо, но без грубости. — Что вы от меня хотите, Леон?

Вопрос висел в воздухе, как вызов. Оуэнн замер, на миг задумался, будто взвешивая — стоит ли говорить прямо. Потом медленно достал смартфон, коснулся экрана и протянул ей.

— На самом деле… я искал встречи с вами, — произнёс он, и голос его звучал странно мягко.

На экране был открыт его аккаунт в «ТоПи». Ария всмотрелась, а потом тихо присвистнула, вскинув брови.