Женщины разом замолчали, развернулись ко мне и закивали с таким воодушевлением, что я чуть не сделал шаг назад. Настя сжала серп у сердца и выпалила:

– Спасибо, ваше благородие! Вы уж скажите, где лучше сажать, а мы всё сделаем!

– А я считаю, что под озимые надо отдельную землю выделить, – встрял Андрей, делая важное лицо. – Чтобы севооборот был правильный, и земля не выдохлась. А то посадим всё на одном месте, и на следующий год урожай упадёт. Земля как человек: ей отдых нужен.

– Ну вот, ещё одного агронома услыхали, – фыркнула Марина, уперев руки в бока. – Земля отдохнёт, если её навозить хорошенько. Главное, не лениться!

– А я и не ленюсь, – парировал Андрей, приосаниваясь. – Я стратегически мыслю!

– Ты, Андрюшенька, конечно, стратех, – хохотнула Настя, специально коверкая слово и подмигивая Марине. – Только вот сеять‑то всё равно нам. А мы уж разберёмся, где и что. Так, бабоньки?

– Так! – со смехом ответили женщины.

Так, это уже никуда не годится. Смех смехом, а меру надо знать.

– А ну не обижать моего помощника, – строго сказал я, оглядывая женщин, которые сразу опустили глаза в землю. – Он моё доверенное лицо, и смеясь над ним, вы смеётесь надо мной.

– Так мы это, ваше благородие, – испугалась Настя, переглядываясь с притихшей Мариной. – Не со зла, по‑доброму. Вы ничего такого не подумайте, мы к вам со всем уважением.

– Вот и проявляйте уважение, – хмыкнул я и двинулся в сторону кузни, увлекая за собой Андрея. – К нему в том числе, он дело говорит. А сажайте как я сказал, по отдельной земле для озимых обдумаем ещё.

– Спасибо, ваше благородие, что вступились за меня, – заговорил Андрей, когда мы отошли от поля. – Авторитет нужно поддерживать, всё правильно. А вы знаете, – оживился он, хватая меня плечо, – я вчера в книге нашёл чертежи арбалетов со взводным механизмом! Это же прорыв для нашей обороны будет! Представляете, как усилится наша огневая мощь, если Макар с Василием их освоят?

– Во это дело, – одобрил я, ускоряя шаг. – Как раз в кузню зайдём, обсудим.

Кузня встретила нас жаром, звоном металла и паром, поднимающимся от только что закалённых заготовок. Макар и Василий стояли у наковальни, и уже издали было слышно, как назревает что‑то нехорошее.

– Не лезь, молотобоец, когда тебя не спрашивают! – резко оборвал кузнец Василия. – Крепим как положено, а не вот этой вот твоей самодеятельностью!

Василий, обычно покладистый и сдержанный, вспыхнул в ответ, сверкнув глазами:

– Я уже не первый день тут! Если бы ты меня послушал, мы бы вчера на два копья больше сделали!

– Твои советы хороши для плуга, а не для боевого оружия! – отрезал Макар, сжимая молот и недобро щурясь. – Копьё должно быть идеально сбалансировано, иначе воин в бою с ним умрёт!

– Так я же не спорю с балансом! – вскипел Василий, откладывая навершие. – Я предлагаю крепить навершие по‑другому, чтобы прочнее было! Это же очевидно!

– Очевидно ему! – фыркнул Макар, вытирая пот со лба. – А то, что лишнее только утяжеляет копьё, ты не подумал?

– Я подумал! – Василий сделал шаг вперёд. – Лишний штифт ничего не весит!

– Какой ещё штифт! – рявкнул Макар, наклоняя голову и хмуря брови. – Ты бы ещё верёвкой примотал!

Похоже, в рабочем коллективе назревает производственный конфликт. Пора вмешаться, пока они не начали дубасить друг друга молотами.

– Так, стоп! – громко произнёс я, и оба замерли, разом повернувшись ко мне. – Что за шум, а драки нет?

Макар виновато опустил молот, а Василий отступил на шаг и смущённо потёр затылок.

– Да вот, ваше благородие, – начал кузнец, пожимая плечами, – молотобоец наш советы раздаёт, как будто он тут главный.

– А я, между прочим, дело предлагаю! – встрял Василий, но я поднял руку, и он осёкся.

– Слушай сюда, Василий, – произнёс я, глядя ему прямо в глаза. – Ты сначала покажи результат, а потом спорь. Сделай так, как предлагаешь, и докажи, что так лучше. Если получится, Макар сам признает.

– Так я и предлагаю! – воскликнул дровосек, расправляя плечи. – Дайте мне одно копьё, и я покажу!

– Хорошо, – кивнул я и перевёл взгляд на Макара. – А ты, Макар, не затыкай подручного, если что новое предлагает. В общем деле важны и опыт, и свежий взгляд. Если идея дельная, пусть докажет. Если дурная, тем быстрее сам поймёт.

– Да понимаю я, – проворчал кузнец, отводя взгляд и потирая грудь. – Просто привык с сыном работать и всё по‑моему было. А тут Васёк сразу лезет, не спросив.

– Вот и привыкай, что теперь вас больше, – усмехнулся я, хлопнув кузнеца по плечу. – И пусть Вася покажет, что придумал.

Василий, воодушевлённый моей поддержкой, подошёл к верстаку и начал наглядно показывать свой способ крепления навершия: насадил его на древко, затем просверлил тонкое отверстие и вбил штифт, аккуратно расклепав его торцы, который надёжно зафиксировал навершие.

Макар смотрел на его работу, сузив глаза и хмуря брови. Когда Василий протянул ему готовое копьё, кузнец молча взял его, покрутил в руках, поднёс к свету и проверил прочность соединения.

– А ведь дельно, – произнёс он нехотя, покачивая головой и бросая на Василия короткий уважительный взгляд. – Иногда и от молодых толк бывает. Ладно, так и будем делать.

– Вот и славно, – подвёл я итог. – Теперь к делу. Нам нужно ещё плуги, бороны, мотыги и вилы. Потом восстановить щиты, которые пострадали в бою. И, – я сделал паузу, переводя взгляд на Андрея, – арбалеты мощные со взводным механизмом, чертежи мой советник нашёл в книгах. Чтобы отстреливаться со стены и с вышек.

– Арбалеты? – оживился Макар, и его глаза загорелись профессиональным интересом. – И что есть чертежи? А вот это серьёзное дело. И интересное. Нужно будет тщательно подогнать все детали, чтобы взвод работал плавно и не рвал тетиву. Материал есть, ваше благородие, будем пробовать. Я сына ещё подключу, он у меня мастак по тонкой работе.

– Отлично, Андрей позже принесёт чертежи, – кивнул я и направился к выходу, кивая советнику на выход. – Тогда работайте.

Уже на улице я внёс ещё одно рацпредложение:

– Нужно будет башни построить у ворот, с которых стрелять удобно. И настил за частоколом, чтобы лучники сверху могли работать.

– Ага! – воскликнул Андрей, сверкая глазами и уже что‑то прикидывая в уме. – Можно поручить Гавриле модернизацию ворот и частокола. А я тем временем постараюсь делать больше хитиновых доспехов с Игорем, чтобы на всех хватило!

– Именно так, – подтвердил я, оглядывая деревенскую площадь, где кипела работа. – Игорь, кстати, вон он, брёвна обтёсывает. Займись с ним доспехами, пока есть время.

Андрей состроил деловое лицо и подошёл к Игорю, с ходу огорошив того информацией про «рыбью чешую» и «подвижность суставов» на хитиновых доспехах.

Я же двинулся дальше, обходя деревню по широкой дуге и наблюдая за стройкой. Дома для макуринских семей плотники с шутками уже подводили под крышу. Первые венцы будущего терема перенесли заметно в стороне от Кедра, ближе к реке и это было правильное решение: Кедр требовал значительно больше пространства, чем мы думали изначально.

Да, судя по тому, что дерево вымахало уже в два раза выше дома и я едва мог его обхватить, скоро придётся разбирать ещё и наш дом. Но пока ещё пространства хватало и решил не торопить события.

Тут со стороны огородов донёсся азартный детский крик, и я увидел, как Прошка, размахивая палкой, несётся за котом. Рыжик, задрав хвост, улепётывал от него к палисаднику, а мальчишка, судя по лицу, был полон решимости настигнуть беглеца.

Верный, лежавший у нашего крыльца, вдруг сорвался с места, в три прыжка оказался между Прошкой и котом и дважды отрывисто гавкнул на мальчика. Мальчуган замер на бегу, палка выпала из его руки, а лицо вытянулось от неожиданности. Рыжик, воспользовавшись паузой, юркнул в палисадник и растворился за Кедром.

Верный, как ни в чём не бывало, развернулся и неторопливо потрусил ко мне, помахивая хвостом. Деревенские, ставшие свидетелями этой сцены, обомлели: кто‑то застыл с открытым ртом, кто‑то перекрестился, а Гаврила уставился на пса с таким видом, будто тот сейчас заговорит человеческим голосом.