Мой рыжий советник на мгновение замер с открытым ртом, переваривая услышанное, а потом расплылся в такой довольной улыбке, что я невольно усмехнулся.
Я быстро умылся холодной водой из бочки у крыльца, обтёрся полотенцем и вернулся в дом. Лиля уже встала, оделась и теперь наводила порядок на голове. Теперь я отчётливо заметил, что она стала выше ростом, а платье, что до этого было ей свободно, теперь стало почти в притык и коротковато. Девочка по мановению руки превратилась в молодую девушку.
Я подошёл к небольшому мутному зеркалу и теперь увидел перемены и в себе: повзрослел и возмужал, словно за эту ночь прошло несколько лет. Лицо стало более серьёзным и важным что ли. Но не толстым, нет, мужественным. Похоже, всё это последствия инициации.
Наскоро перекусив, мы втроём вышли за ворота и двинулись в лес. Деревня ещё только просыпалась, люди начинали выходить из домов, но на улице никого не было.
Верный бежал впереди, то и дело оглядываясь на меня и виляя хвостом, а я смотрел на него, чувствуя новую, незнакомую прежде связь. Я ощущал пса, чувствовал как будто изнутри его присутствие, его бодрое настроение и даже что‑то похожее на радость, словно наша ментальная связь укрепилась.
Раз я теперь стал настоящим магом, так может, попробовать посмотреть его глазами, о чём я раньше мечтал? Я сосредоточился и мягко перенёс центр своего сознания прямо в голову собаки.
У‑у‑ух! Мир на мгновение поплыл, и я увидел самого себя снизу и со стороны. Высокий человек в доспехах шагал по тропе, рядом с ним быстрым шагом шла молодая девушка, а сзади двигался рыжий молодой человек с луком и большой котомкой за плечами.
Картинка была нечёткой, цвета приглушёнными, зато угол обзор значительно увеличился и запахи стали невероятно чёткими. Я чувствовал, как пахнет влажная земля, редкие травы и даже, как будто, на мгновение уловил едва слышный запах мыши, пересекшей недавно наш путь.
– Ваше благородие, вы чего замерли? – донёсся до меня голос Андрея, и я рывком вернулся в свое тело, тусклая картинка тут же исчезла и мир снова стал ярким.
– Проверяю новый функционал, – коротко ответил я, потрепав подбежавшего Верного по загривку, и двинулся дальше, не вдаваясь в подробности.
– Фу‑ци‑а‑нал, – по слогам попытался повторить Андрей за моей спиной, будто пробуя слово на вкус, и я еле сдержал улыбку. – Читал такое понятие в одной старой книге. Ваше благородие, вы где таких мудрёных слов‑то набрались? С инициацией что ли в вашу голову попали тоже? А что, такое очень может быть.
Я усмехнулся, снова напоминая себе завязывать с прежним лексиконом. Проще, барон Оболенский, проще говори.
Через некоторое время мы вышли на небольшую поляну, окружённую соснами и густым ельником. На краю поляны расположилось высокое сухое дерево, которое я сразу наметил в качестве мишени.
– Значит так, – произнёс я, оборачиваясь к своим спутникам. – Сначала пробуем огонь. Андрей, напомни, как делается огненный шар.
– Да, да, минуту! – затараторил мой советник, открывая большую старую книгу по магии на заложенной странице. – Вот так тут написано: «Почувствуйте жар внутри себя, сконцентрируйте его в солнечном сплетении, напитайте маной из Источника, мысленным приказом обозначьте цель и выбросьте шар через раскрытую ладонь усилием воли». Только не перестарайтесь, ваше благородие, для начала совсем чуть‑чуть маны возьмите, а то можно выжечь весь Источник за один раз.
Я вытянул правую руку в сторону высокой сухой сосны и представил, как вихрь в груди отдаёт часть своей энергии в правую ладонь, а эта энергия превращается в огонь. Ладонь ощутимо нагрелась, и вдруг с неё сорвался небольшой, размером с кулак, огненный шар.
Едрит твою! Я отпрянул, почувствовав резкую слабость и не веря своим глазам.
Шар пронёсся над поляной, оставляя за собой дымный след, и с глухим хлопком врезался в ствол сухостоя. Дерево дрогнуло, на нём появилось чёрное дымящееся пятно и несколько испуганных птиц сорвались с соседних деревьев.
Да ладно! Нет, я, конечно, предполагал и надеялся, что так может быть, но когда на самом деле у тебя из руки выходит огонь, то это не укладывается в голове. Вообще не укладывается!
– Получилось! – завопил Андрей, подпрыгивая на месте и размахивая книгой. – С первого раза! Вы даже не представляете, ваше благородие, это же уникальный случай! Обычно маги неделями учатся формировать даже простейший огненный шар, а у вас вышло сразу! Это говорит о колоссальном потенциале, об исключительном контроле над энергией, о…
– Андрей, не части, – сказал я, поднимая руку, прерывая этот восторженный поток и чувствуя, как вихрь в груди стал чуть слабее. По ощущениям, ушло около пятой части энергии. – Дай в себя прийти.
Да, перво‑наперво надо соблюдать противопожарную безопасность и не спалить себя или что‑то ценное по неосторожности. Хорошо ещё, что лес не поджёг, хотя вон сосна ещё дымиться.
Я осмотрел ладонь. Ладонь как ладонь, только вот по‑моему шире стала, чем вчера. И никакого ожога, хоть и нагрелась довольно ощутимо.
Вот это да! Так, обдумаю это позже, сейчас нужно попробовать воду, чтобы сразу освоить профессию пожарного.
Я вытянул руку и сосредоточился, пытаясь извлечь влагу прямо из воздуха, как было написано в книге. Над ладонью заклубился маленький, полупрозрачный шар воды, который я, недолго думая, швырнул Андрею в ноги.
Шар с влажным хлюпом попал точно в цель, и мой советник, вскрикнув, подпрыгнул на месте и уставился на своё мокрое колено с выражением глубочайшего изумления на лице. Потом изумление сменилось радостным облегчением, и он закричал, прижимая книгу к груди:
– Ура! Получилось! И книгу не залило, это самое главное. А штаны высохнут, лето ведь. Ваше благородие, а теперь попробуйте совместить стихии! В «Трактате о природе Хаоса» сказано, что полистихийный маг может комбинировать заклинания, достигая совершенно невероятных эффектов, которые недоступны обычным стихийникам! Представляете, если смешать воздух и воду, то получится ледяная стрела, а если воздух и огонь, то огненный дождь, а если…
Следующим водяным выстрелом я затушил дымящуюся сосну, оборвав Андрея на полуслове.
– Ваше благородие, – с улыбкой сказала Лиля, устроившаяся на поваленном дереве. – Я очень рада за вас! Только следите за расходом энергии, как вы меня недавно учили.
– Да, вихрь в груди стал слабее, – согласился я, прислушиваясь к себе. В голове немного шумело и чувствовалась слабость, правда вполне терпимая. – После каждого заклинания он теряет часть своей силы. Андрей, что там у тебя в книгах про это написано?
Мой рыжий советник мгновенно переключился с режима восторженного зрителя на режим учёного‑лектора и заговорил с важным видом, тыча пальцем в раскрытую страницу:
– Это ваш Источник маны, ваше благородие, внутренний резервуар магической энергии. Он у вас сейчас небольшой, потому что вы только прошли инициацию и не успели его развить. Но он будет расти, обязательно будет. Чем больше вы тренируетесь и используете магию, тем сильнее он становится и тем больше маны может вместить. И белые ядра тоже увеличивают Источник. Главное, не доводить до полного истощения, это чревато сильной слабостью, головной болью, а в самых крайних случаях потерей сознания или даже смертью.
– Я чувствую то же самое, – подтвердила Лиля, а я ещё раз удивился, что она явно после этой ночи изменилась. Даже голос стал взрослее, глубже. – Я знаю, что если потрачу больше трех четвертей, то упаду без сил и могу заболеть. А если больше двух третей, то я уже слабею и у меня начинают дрожать руки и подкашиваться ноги.
– Вот, значит, как, – задумчиво произнёс я, прикидывая расклад. Это стратегически важная информация – никогда не тратить больше двух третей источника. А лучше вообще держать запас на уровне половины, чтобы оставался резерв на случай непредвиденной ситуации. – Тогда буду замерять, сколько маны уходит на каждое заклинание. Сейчас попробую с ветром.
С ветром вышло сложнее. Я представил, как энергия из источника превращается в поток воздуха и выходит из ладони, но ничего похожего на ветер у меня не выходило. Лишь через пару десятков попыток Андрей вычитал, что нужно концентрироваться на кончиках пальцев у меня получился слабый порыв, разошедшийся по широкой дуге и не долетевший до сосны, зато уже следующий сбил Андрея с ног.
