Оставшийся за главного старик явно испытал облегчение от нашего появления. Это нетрудно было заметить по его довольной физиономии.

– Спокойно в целом, – ответил Савелий, постукивая клюкой по земле и щурясь на солнце. – На юге что‑то слышали, хруст в лесу, будто кто‑то крупный ходил. Но к частоколу никто не вышел. Мы колья дополнительные вбили, вышку начали ставить на месте прорыва, как вы велели. Ну и монстров тоже вывезли в лес и сожгли.

Я слушал его, прикидывая в уме, сколько ещё нужно сделать. Хруст в лесу – это не просто так. Кто‑то крупный ходил, и этот кто‑то мог вернуться. И привести других.

– Хорошо, – кивнул я, оглядывая латаный частокол и отмечая про себя, что ещё есть, что улучшать. – По укреплению я позже скажу, что ещё нужно сделать.

Савелий кивнул и отошёл к своим, а Гаврила уже вылез из объятий жены и, отдышавшись, громогласно объявил на всю деревню, приложив ладонь ко рту:

– Слушай все! Врата закрыли на четыре пятых! Третий ранг и выше точно не пролезет!

Толпа загудела, заулыбалась. Кто‑то захлопал, кто‑то выкрикнул что‑то одобрительное. Женщины запричитали от радости, мужики закивали, расправляя плечи. Даже дети, казалось, почувствовали общее облегчение и забегали веселее.

– А сегодня нападения не будет? – спросила одна из женщин, прижимая к себе ребёнка и тревожно оглядываясь на лес.

– Не должно, – ответил я, отдавая поводья Черномора Ване. – Но расслабляться не будем. Сегодня ночью усиленный дозор, и продолжим укреплять частокол.

Ира уже хлопотала у печи, когда мы ввалились в избу. На столе дымилась каша, стояли крынка молока и нарезанный хлеб. Запах был такой, что я сразу вспомнил, что не ел с утра.

Андрей сразу плюхнулся на лавку у стола и потянулся к хлебу. Лиля устроилась рядом со мной, устало опустив плечи, а Ира, поставив перед каждым миску, присела на край и приготовилась слушать.

– Ну что, – начала она, подперев подбородок кулаком и глядя на меня с любопытством. – Врата закрыли. А что дальше?

Я зачерпнул ложкой овсяную кашу, прожевал. Вкусно всё‑таки у Иры получается. И вопрос у неё был правильный.

– Врата мы закрыли не до конца, и дальше нам снова нужны чёрные ядра, – сказал я, активно работая ложкой. – И не одно, а восемь, и желательно рангом орех как минимум. По одному на каждый кристалл, чтобы закрыть Врата полностью.

Ира охнула и прижала ладонь к губам. Её глаза округлились, и она перевела взгляд с меня на Андрея, потом на Лилю.

– Восемь? – переспросила она с тревогой. – Где ж их столько взять?

– Можно заменить один орех двумя горошинами, – вставила Лиля, поднимая на меня серьёзные глаза. – Я читала в книге Андрея, что так тоже можно. Только держаться будет чуть хуже.

– А можно и тремя горошинами, – добавил Андрей, отрываясь от миски и вытирая рот рукавом. – Но кажется мне, что это будет всё равно работать хуже, чем орехом. Вот если бы у нас сферы были, вот тогда… Только где их столько взять?

– Охотники, купцы, – ответил я, отпивая молока. – Матвей с артелью обещал собирать. Купец на заставе выменивать будет. Ну и мы сами на охоте будем выбивать. Но есть ещё одна проблема, – продолжил я, оглядывая своих. – Врата мы перекрыли так, что третий ранг и выше оттуда не пролезет. А нам как раз ядра третьего и четвёртого ранга и нужны – с них горошины и орехи падают. Правда, я думаю, что Врата такие не одни и такие монстры в ближайшее время не переведутся, просто им до нас топать далеко.

– Как не одни? – Ира округлила глаза и вцепилась в край стола. – Вы хотите сказать, что их может быть несколько?

– Я тоже так думаю, – подхватил Андрей, кивая с таким видом, будто мы обсуждали погоду. – И чем быстрее мы обнаружим следующие, тем лучше. Это же логично.

– Есть у меня одна идея, как с этим быть, – сказал я, доедая кашу и поднимаясь из‑за стола. – Но скажу позже. Сначала укрепления.

Андрей с восторгом в глазах вдруг отставил миску и повернулся ко мне, едва не опрокинув кружку с молоком.

– Ваше благородие, а помните, как Борис сегодня с сосны на гуцупа прыгнул? – он даже привстал, размахивая ложкой. – Копьё вниз, сам с трёх метров, и прямо в стык пластин! Я такое только в сказаниях читал!

Я усмехнулся, вспоминая этот момент. Прыжок и правда был отчаянный и точный, как у Ахиллеса против Гектора. Только вот Борис не герой древности, а ельгинский мужик с рыжей бородой и прищуренным глазом. Хотя, чем чёрт не шутит, может, и его имя когда‑нибудь в легенды войдёт.

– Борис сегодня был молодцом, – согласился я, направляясь к выходу.

– А я уже балладу слагать начал, – с гордостью признался Андрей, хлопая по тетради. – «И прыгнул Борис с сосны, как орёл небесный, и пронзил гуцупа в самое сердце…» Пока черновик, но рифма уже есть!

– Рифма у тебя, может, и есть, – хмыкнула Ира, собирая миски и вытирая стол. – А вот у Бориса теперь весь бок отбит, я сама слышала, как он жаловался.

– Зато красиво, – не сдавался Андрей, поднимая палец. – Искусство требует жертв.

– Пойдём, жертва искусства, – позвал я новоиспечённого балладника, открывая дверь. – Обойдём укрепления.

Я вышел из избы, чувствуя, как тёплый обед растекается по телу, придавая сил. Андрея я отправил за Гаврилой и Савелием, а сам направился к южному частоколу.

Грызень проломил приличную дыру, и сейчас её залатали, вбив новые колья, но я видел, что этого мало. Просто заделать дыру – не выход. Нужно укрепить так, чтобы больше ни одна тварь не смогла пробиться.

Пока я раздумывал, как наилучшим способом укрепить частокол, ко мне подошли Андрей, Гаврила и Савелий.

– Звали, ваше благородие? – спросил староста, вытирая кепкой пот со лба.

– Звал. Весь частокол нужно укрепить поперечными лесинами, – ответил я, останавливаясь у места прорыва и указывая рукой. – Сделать по три ряда поперечин с креплением на скобах, чтобы надёжнее было. А ещё подпорки под них сделать, чтобы больше ни один грызень не проломил проход.

Гаврила кивнул, поглаживая бороду и прикидывая что‑то в уме. Его глаза быстро перебегали с одного участка стены на другой, и я видел, что староста уже прикидывает, где взять материал и сколько людей поставить.

– Сделаем, ваше благородие, – прогудел он. – А вышки?

– Вышки позже, – отрезал я, поворачиваясь к воротам. – Пока и этих на первое время хватит для обзора, можно и с настила стрелять. Сейчас главное – частокол и ворота. Ворота тоже укрепить требуется.

Савелий указал клюкой на вышки.

– Ваше благородие, забыл вам сказать, что мы сегодня на двух вышках арбалеты поставили. Василий доделал сегодня, еле притащили, тяжёлые такие, – сказал он с ноткой гордости в голосе. – Большие, станковые с большими болтами на крупных тварей. Говорит, что ещё три штуки вот‑вот готовы будут.

Андрей тут же встрял, сверкая глазами и размахивая тетрадью.

– Жаль, у нас их ночью не было, – сказал он с досадой. – Мы бы того большого на подходе свалили. А если ещё и болты зачаровать!

– Болты обязательно зачаруем, – сказал я, глядя на Андрея. – Передай Макару, что нужны ещё три станковых арбалета, чтобы всего восемь было. Семь на деревню и один на мельницу.

Гаврила подался вперёд.

– Так ваше благородие, и ручные арбалеты тоже нужны, – пробасил он, поглаживая бороду. – Они поудобнее луков будут. Особенно для тех, кто не охотник. Целиться‑то легче.

Да, ручные арбалеты нужны и много. Держать сразу несколько заряженных на частоколе, чтобы не тратить время на зарядку. Или вообще сделать заряжающих и стрелков.

– Верно, – сказал я. – Но сначала станковые. Я сегодня сам займусь арбалетами и болтами.

Только бы придумать, как стабилизировать огонь на наконечниках, чтобы не обновлять каждый день. Да и чтобы не горели словно факел, а то в колчан не уложишь. Ну ладно, это, надеюсь, решу со временем.

Андрей уже строчил что‑то в тетради, бормоча под нос про «стабилизацию магических свойств». Гаврила с Савелием переглянулись и принялись обсуждать, где взять лесины для поперечин. А я стоял, глядя на частокол, и прикидывал, сколько времени у нас уйдёт на все эти укрепления.