Вид с террасы привел дам в восторг, они взяли с герцогини слово, что она устроит для них здесь чаепитие в самое ближайшее время. К ним присоединилась и графиня Кивальди, намекнув Софи, что собирать вокруг себя светское общество – это ее обязанность, как герцогини Веритас. Софи приняла эти слова, как одобрение своих действий и предложение дружбы. Первое ей было не нужно, а второе – она приняла с радостью.

Обойдя замок, они вышли к детской площадке и стали двигаться к домику на дереве. Герцогиня успела соскучиться по Лео и хотела его проведать. Однако на подходе к домику они услышали крики. Софи узнала голос сына.

– Это не так! Мои папа и мама любят друг друга, – кричал Лео.

– Да? Значит они скоро родят другого ребенка, а тебя выбросят! – насмешливо проговорил звонкий мальчишеский голос. Кто-то из женщин сзади ахнул, но Софи не стала оглядываться, она ускорила шаг.

– Это не так! Мама любит меня! – голос Лео сорвался.

– Это пока! – хмыкнул второй мальчик. – Вот появится у нее свой ребенок и тебя забудут! – он сделал акцент на словах “свой ребенок”, но голос мальчика дрогнул, очевидно он старался храбриться, но в его словах слышалась боль.

– Я тоже ее ребенок! – прокричал Лео, крепко сжимая кулаки, он начинал трястись всем телом. – Мама никогда меня не бросит! – Софи чувствовала, что он уже на пределе.

– Ха, еще как бросит! – голос мальчика сорвался с сарказма до истерики. – Зачем ты ей будешь нужен, если у нее будет свой ребенок!!

Софи приблизилась к детям, тут были почти все отпрыски собравшихся на празднике аристократов. Они стояли кружком, в центре которого был ее сын. Сердце билось где-то в горле. Женщины не отставали от нее, она слышала их вздохи, неровное дыхание и чувствовала, что они идут с ней шаг в шаг.

Лео стоял в центре круга, сжав кулаки, а напротив него – сын виконта Мердока, Вилард. Сердце Софи пропустило удар, когда она заметила, как Лео начал менять положение тела и вставать в боевую стойку. Он был на грани. Она не медлила ни секунды, вошла в круг, раздвинув руками замерших в ожидании детей, прошла в центр и встала рядом с Лео. Софи прижалась к нему боком и положила руку на плечо. Мальчик вздрогнул и поднял глаза на нее. Герцогиня постаралась передать ему всю свою силу и хладнокровие.

Дамы распределились по кругу, кто-то встал рядом со своим ребенком. Брайан Кивальди что-то шепотом рассказывал своей матери на ухо. Герцогиня смотрела на взъерошенного, злого и испуганного ребенка перед собой, но даже его затравленный взгляд не лишил ее решимости. Она посмотрела на Лео и спросила:

– Леонард, ты собирался?

– Я не собирался…

Но все, начиная от ненависти в глазах, до сжатых кулаков и напряженных мышц говорило о том, что он бы сейчас сделал непоправимое. И от этой мысли становилось плохо. Поэтому Софи изобразила самую кровожадную улыбку, на которую была способна, слегка наклонилась вперед и произнесла достаточно громко, чтобы услышали все, кто собрался:

– Так-так, ты утверждаешь, что тебе известно, как сильно я люблю своего сына? – в ее голосе звучал яд, смешанный со злостью и сарказмом.

– Я не… – на пару секунд мальчик опешил, он начал оглядываться в поисках своей матери. – Я всего лишь сказал правду! – выкрикнул он.

– Правда – очень громкое слово, – зло выплюнула она. – Скажи, а это ты сам придумал или повторяешь чьи-то слова?

Мальчик посмотрел за ее спину, его глаза расширились, он дернулся, но не сдвинулся с места, словно наткнулся на стену. Он начал заикаться, говоря, что это все он сам, но его глаза наполнились слезами.

– Что ж, – громко сказала герцогиня, – видимо твоя мама любит тебя недостаточно, чтобы взять ответственность на себя, – кто-то в толпе ахнул, кто-то чертыхнулся. Софи старалась ни на кого не смотреть. Она опустилась чуть ниже и произнесла слова так, чтобы слышали только те, кто рядом. – А я бы умерла за Лео! – лицо мальчика дрогнуло, он снова посмотрел ей за спину.

Софи повернулась и, как и ожидалось, за ее спиной стояла виконтесса Мердок, стояла достаточно близко, чтобы слышать каждое ее слово. Но не подошла к своему сыну, даже не попыталась его утешить, закрыть собой… Герцогиня улыбнулась широко, по-акульи, и еще крепче прижала к себе Лео.

– Как мило, что вы пытаетесь давать советы по воспитанию, леди Мердок, учитывая, что в этом вы совершенно не преуспели. Скажите, это признак невоспитанности или скудоумия? – виконтесса захлебнулась воздухом, на несколько секунд она потеряла дар речи, впрочем Софи и не ждала ответа. Она чеканила каждое слово так, словно вколачивает гвоздь в стену. – За свои слова нужно отвечать, особенно тем, кто в будущем станет влиятельным лордом и хозяином земель. Ваш сын признал вину, поэтому он и будет нести наказание. Он останется в этом замке на месяц и будет работать, например, – Софи задумалась, – в нашей конюшне всегда не хватает рук и совсем некогда предаваться праздности и глупости.

Виконтесса молчала, на герцогиню она смотрела с ненавистью и страхом, оглянулась на своих подруг, но многие, прижав к себе детей, отворачивались. Графиня Кивальди встретила ее взгляд с презрением и отрицательно покачала головой. Помощи ей ждать было неоткуда, и она опустила голову, принимая слова герцогини.

Софи посмотрела на Лео, он выглядел взволнованным, но в нем уже не было тех ужасных чувств, которые она увидела вначале. Она сказала себе “еще чуть-чуть”, гордо задрала подбородок и с вызовом оглядела всех собравшихся.

– Лорды и леди, представление окончено, расходитесь. Вам принесут обед в ваши покои, и через пару часов вы увидите еще один сюрприз, который мы подготовили специально для вас.

Герцогиня произносила слова спокойным светским голосом, словно они закончили пить полуденный чай и им нужно разойтись, чтобы переодеться к ужину. Дамы робко заглядывали ей в глаза и, кивнув, начали удаляться, забрав с собой детей. Софи нашла глазами Лерта, и он подошел.

– Лерт, сопроводи юного лорда Виларда в отдельную комнату.

– Ваша светлость, – позвала ее леди Лорана. Ее голос был хриплым, жалобным. – Это моя вина…

– Леди Лорана, думаю, вы уже достаточно себя проявили за эти два дня. Мое терпение закончилось, – в голосе Софи слышалась сталь, и женщина вздрогнула.

Герцогиня отвернулась от нее, взяла на руку Лео и пошла в сторону замка. В холле она опустилась на корточки и взяла сына за плечи.

– Лео, я тебя очень люблю! – сказала она, смотря ему в глаза.

– И я люблю тебя, мама, – хрипло проговорил он, но быстро ответил на объятия и доверчиво прижался к ней всем телом.

Несколько секунд она не выпускала сына из объятий, наслаждаясь теплом его тела и милым посапыванием, а потом поцеловала в щечку с громким “чмок”, от чего он засмеялся, и повела в свои покои.

Глава 81

Софи с Лео устроились на большом диване в окружении подушек и пледов. Они успели поесть и уже допивали какао, когда в комнату вошел Марк. Увидев жену и сына, спокойно читающих книгу, он расслабился и сел в стоящее рядом кресло. Софи подвинулась и освободила ему место на диване, он устроился за ней и она облокотилась на него спиной. Несколько минут они молчали, Лео продолжал тихо читать вслух о приключениях его любимого аристократа и благородного разбойника.

– Гости разошлись по комнатам и готовятся к вечерним развлечениям, – сказал Марк. Его бархатный тембр растекался по телу Софи спокойствием, рядом с ним ей становилось тепло и уютно. – Сегодняшний праздник понравился всем, я услышал множество приятных слов. Высшему свету пришлись по душе простые деревенские игры и особенно маленькие подарки.

– Я рада, – отозвалась Софи.

– Лео, я бы хотел услышать о том, что произошло, – мягко добавил герцог.

– Я… – замялся мальчик, и Софи обняла его сильнее, стараясь успокоить, но она молчала, не считая нужным вмешиваться. – Ты накажешь меня?

– Нет, Лео, то, что случилось не твоя вина. – Голос Марка был твердым, он источал спокойствие и поддержку. – Я всегда считал и считаю тебя разумным мальчиком, поэтому хочу услышать, что произошло между вами. Расскажешь?