Этим он и занимался всю неделю. Софи неизменно была весела, задавала дурацкие вопросы, из-за которых они с отцом начинали подробно ей объяснять, где она не права, и потом громко смеялась, признавая свою ошибку. В один из дней после завтрака она взяла герцога за руку и потянула в сторону выхода. Он обнял ее за талию, а Софи улыбнулась и немного прижалась к нему. От этого на лице герцога появилось какое-то непонятное выражение, словно он еле сдерживается от какого-то действия. Но Лео не видел, что было дальше, они ушли, улыбаясь. Иногда герцогиня легонько хлопала мужа по плечу, иногда гладила руку или брала под локоть.

С разрешения герцога они вместе сходили в оружейную и испытали меч из даллемской стали. Софи торжественно вырвала несколько волосков, встала на одной колено и на красивой подушечке преподнесла их Лео. Герцог все это время не мог скрыть улыбку и хихикал, закрывая лицо ладонью. Хихикал! Герцог! Лео не мог перестать поражаться. А сталь все-таки срезала волос в полете. Не врали.

Расписание Лео пополнилось ежедневными прогулками с Софи, где они катались на перегонки на лошадях, устраивали небольшие пикники на опушке леса и много разговаривали о глупостях. Софи всегда было интересно его мнение, все его рассказы она слушала внимательно и задавала вопросы. Лео искал подвох, что в какой-то из дней она заявит, что ей наскучило с ним говорить, и она больше не станет с ним завтракать и гулять, но Софи была неизменно добра и приветлива.

В конце недели, за очередным завтраком, герцог объявил, что ему придется уехать. Софи выглядела очень расстроенной.

– Целый месяц, Марк, – герцогиня отложила десерт, – у нас ведь только... – она осеклась, оглянувшись на Лео. Мальчик задумался, а они ведь только… что?

– Мне жаль, Софи, – герцог выглядел очень расстроенным. Лео никогда не видел отца таким. – Обещаю, я постараюсь завершить дела раньше.

– Пожалуйста, береги себя, – Софи сжала его руку в своих ладонях. Лео заметил, что с каждым днем они сидели все ближе друг к другу.

– Софи, не переживай, герцог всегда так уезжает, – Лео хотел утешить ее, но казалось, что она стала еще более расстроенной. Даже посмотрела на герцога как-то странно, от чего он стал выглядеть не только расстроенным, но и виноватым.

Где-то в середине дня, когда Лео сидел за своими занятиями. Софи пришла к нему в учебный класс и попросила профессора выйти. Герцогиня села рядом с мальчиком и спросила, чем он занимается. Он рассказал, что по расписанию у него сегодня математика, и показал ей свои примеры.

Софи, оценив его успехи, объявила, что он очень умный и способный мальчик и что для него она придумала интересную игру, которую хочет показать вечером. Он согласился и спросил в какое время прийти.

А потом случилось что-то странное. Софи спросила, может ли она его обнять. Он кивнул и встал со своего стула. Девушка распростерла объятия и прижала его к себе. Она была мягкой, пахла чем-то теплым, цветочным и немного сладким. Объятия длились несколько секунд, но к удивлению Лео, понравились ему. Он подумал, что не против, если Софи обнимет его еще раз. Может быть завтра или сегодня вечером.

Софи улыбнулась ему своей самой лучезарной улыбкой и вышла из его класса. Вечером герцогиня встретила Лео у своего бывшего кабинета и, взяв за руку, проводила в комнату. Светлое уютное помещение, крупное кресло с небольшим столиком в одном из углов, низкий столик и два удобных кресла рядом с камином в другой части комнаты.

Софи повела Лео к низкому столику у камина. На нем была небольшая карта с расчерченными квадратиками, составляющими дорожку-лабиринт, с двух противоположных краев карты стояли фигурки. Лео взял одну из них, это был маленький деревянный дракончик. Софи поднесла ему на ладошке вторую фигурку – замершего в прыжке единорога на маленькой подставке.

– Смотри, Лео, мы бросаем кубики, – она продемонстрировала небольшой кубик, на каждой грани которого были выгравированы точки, – какая итоговая цифра выйдет, столько шагов мы и делаем. Но! – она подняла палец вверх, – на некоторых квадратах есть задание. Если оно попадется, нужно брать карту, – она показала на стопку прямоугольных листочков, – и делать это задание.

В эту игру они играли несколько раз весь вечер, а потом пили чай с булочками и болтали о всяком. Лео понравилось так проводить время, но больше всего то, что Софи обняла его, проводив до комнаты.

Весь следующий месяц Лео ожидал таких вечеров. Софи придумывала для него разные интересные игры, а через пару недель показала игровую площадку. Часть сада она велела расчистить под "игры с мячом", как она это назвала, а на другой части появились качели и разные приспособления для упражнений. К удивлению Лео его учителя физической подготовки очень оценили площадку и стали не только с ним там заниматься, но и самостоятельно. Узнав это, Софи велела расширить площадку и, обсудив с капитаном Дирком, создала настоящую полосу препятствий.

В какой-то из дней Софи не выдержала и чмокнула Лео в щечку. Мальчик замер, посмотрел на нее задумчиво, герцогиня в испуге закрыла рот рукой, она боялась, что все испортила. Но Лео замер на пару секунд, потрогал щечку и улыбнулся. С этого дня Софи могла вволю его тискать, щекотать и целовать, как душе было угодно, а мальчик только смеялся.

Глава 45

Для Софи каждая улыбка Лео, каждое объятие с ним стало настоящим счастьем. Ей очень нравился этот умный и рассудительный мальчик, который постепенно открывал ей свое сердце. Когда однажды от избытка чувств она чмокнула его в щечку, те пара секунд, что он молчал, показались ей вечностью. Но немного удивленная улыбка мальчика снова запустила ее сердце, и позволила надеяться, что они смогут стать настоящей семьей.

Они оба получали удовольствие от проведенного вместе времени. Иногда Софи казалось, что Лео умудренный опытом и знаниями старичок, заумными терминами объясняющий ей прописные истины этого мира. Но стоило ему увидеть качели, новую игру-ходилку или площадку с активностями и перед глазами снова восьмилетний мальчик, истосковавшийся по любви, ласке и детским радостям.

Постепенно объятия стали естественной частью их общения. Первые несколько раз Лео несмело обнимал ее, быстро отстраняясь через пару секунд. А через неделю уже крепко стискивал в объятиях, утыкаясь носом в живот. Софи в это время от души тискала Лео в ответ, чмокая в макушку.

С Марком они проводили вместе вечера, много разговаривали и узнавали друг друга. Софи рассказала о своем детстве, о том, что пережила и какой нелюдимой была, как проснулась после болезни и решила поменять свою жизнь. О родителях и сестре она рассуждала философски, не обвиняя, но и не оправдывая их поступки. О брате говорила с улыбкой и гордостью.

Софи красочно обрисовала мужу свои планы по развитию герцогских земель, но в первую очередь ей хотелось наладить все в замке. Марк делился историями из жизни в королевском дворце среди придворных. Нередко он рассказывал о братьях. Один из них женился на заморской принцессе и стал принцем-регентом при королеве.

– Причем, я уверен, что он счастливее нас всех, – добавил он.

– А как же наследный принц?

– Бремя Фредерика самое тяжелое, но он стал хорошим королем. На удивление у него любящая семья, пара мальчишек и дочь.

– А третий принц?

– Брендон выбрал духовную карьеру, отказался от титула и передал свои земли короне.

Софи уже немного знала о местной религии. Боги здесь были ближе к людям. Известны случаи, когда они восстанавливали справедливость, вмешивались в судьбы, отказывались заключить корыстный или неравный брак. В свои ряды церковь принимала только истинно верующих и чистых сердцем. Прочитав не одну книгу на эту тему, Софи задумалась, что возможно ее появление здесь тоже происки этих самых богов. Сейчас, по прошествии стольких месяцев, она почти не помнила свою прошлую жизнь, но часто мысленно благодарила богов за новый шанс.