Очередное расставание с герцогом Софи переживала тяжело. Между ними сложились очень приятные дружески-романтичные отношения, и оба явно стремились стать ближе. Тепло первых недель восстановилось, прикосновения и объятия стали чем-то естественным в их общении. Казалось еще чуть-чуть, еще немного и они пройдут важный рубеж. И вдруг снова долгое расставание.

Марк не мог обещать, что это будет последняя такая поездка, а Софи ничего и не требовала. Из его рассказов она знала, какая ответственность лежит на его плечах. Добавлять ему забот и тревог бессмысленными обидами ей не хотелось. Она просто дала себе время пережить эмоции, а после спустилась проводить мужа, крепко обняла, прижавшись всем телом и прошептала, что будет ждать его дома.

– Береги себя и возвращайся поскорее, – сказала она грустно.

– Обещаю, – Марк обнял ее ответ, уткнулся в шею, вдыхая ставший уже родным запах, и пожалел, что не сделал того самого маленького шага, который давно пора было совершить.

Уезжая, герцог размышлял о своей жизни, о браке, согласившись на который он не ждал ничего, о Софи... Годы одиночества и борьбы за жизнь, грязь и мерзость людских пороков, с которыми ему приходилось сталкиваться постоянно, казалось сделали его сердце черствым, закрытым от мира сотней стен. Но Софи…

Герцог впервые встретил человека, который его понимал и был полностью на его стороне. Софи никогда не капризничала, не обижалась, не пыталась манипулировать. Все, что ей хотелось, она высказывала прямо и открыто. За время их общения Марк успел увидеть почти весь спектр ее эмоций. Он перебирал эти моменты в памяти, вспоминая ее реакции: радость, грусть, злость, обида, счастье, сожаление, жалость, принятие, недовольство, умиление. Все неприкрытое, без тени притворства. Он знал, по-другому она бы и не смогла. Ее честность по отношению к нему и Лео была беспрекословной.

Софи говорила, что хочет жить спокойно и счастливо, и она каждый день делала по паре шагов в этом направлении. Она называла замок домом, называла их с Лео семьей. Еще робко, не прямо, но намекая. Она старалась наладить жизнь всех, кто обитал в замке.

– Марк, мне в доме обиды и интриги не нужны. Пусть всем, кто живет в замке, будет тепло, сытно и спокойно за свое будущее. Благодарные и счастливые люди предавать не будут.

И ведь невозможно не согласиться. Софи относилась с уважением даже к последнему дворовому мальчонке, если тот честно выполнял свою работу и был почтителен в ответ. Она строго требовала с каждого и недрогнувшей рукой выгоняла недобросовестных работников.

От него же, как осознал Марк за время их общения, Софи хотелось внимания и присутствия. Он чувствовал, что нравится ей сам по себе. Поэтому все свободное время, старался посвящать ей… А Лео, он любил сына больше жизни, но смог ли показать ему это?

Видя вместе Софи и Лео, герцог все больше думал, что упустил что-то в отношениях с сыном. Их общение всегда было открытым и честным, но не таким… Марк видел, как меняется взгляд Лео, когда он смотрит на Софи, и даже с ним мальчик стал общаться по-другому. И снова Марку казалось, что еще немного, еще чуть-чуть. Но время так быстротечно, а враги короны никогда не успокаиваются.

Марк сообщил в столицу о причастности герцога Бренона к схеме маркиза Золфейна. И это стало именно тем недостающим кусочком головоломки. Их с Фредериком людям удалось найти важные сведения и свидетелей. Теперь у него была возможность схватить несколько крупных рыб, которые ускользали от них уже несколько лет. Но как же бесконечно тяжело уезжать из дома…

Глава 46

У Софи голова шла кругом от всех проектов, которые она с энтузиазмом запустила, но не задумываясь, что времени в сутках ограниченное количество. К счастью, у нее был лорд Филипп, который быстро раздобыл себе пару помощников и решал все внешние вопросы.

А в делах, касавшихся домашнего хозяйства, близлежащих городов и деревень, ей помогали леди Вивьен и миссис Эстот. Эти дотошные, в самом лучшем смысле этого слова, женщины, сами задавали правильные вопросы, быстро справлялись с любыми проблемами, а незначительные решения просто брали на себя, не беспокоя герцогиню.

Софи еще в первый день приезда герцога оценила его мудрость. Свой второй кабинет, где он общался со служащими и занимался делами поместья, он перенес подальше от спальни. Герцогиня не стала заморачиваться, нашла свободную комнату рядом с кабинетом Марка, и устроила там свой рабочий кабинет.

Вместе со своей деятельной фрейлиной они быстро привели комнату в надлежащий вид. Обои приятного фисташкового цвета с незамысловатым рисунком решили оставить, а вот всю мебель заменили. Изящный дубовый стол перенесли из ее старого кабинета, который она превратила в игровую и личную гостиную. Добавила к нему удобное высокое кресло. Немного поодаль поставили круглый стол и несколько красивых стульев, чтобы устраивать там заседания с управляющими. Постепенно кабинет наполнялся приятными сердцу мелочами, книгами и папками с проектами.

Пару вечеров в неделю женщины собрались за чаем в кабинете герцогини и отчитывались о делах.

– Ремонт в башне закончен, травницкая и лаборатория в течение недели будут обустроены. Травницы устроены в своих комнатах. – отрапортовала Вивьен. – Оранжерею строят. Не переживайте за Велену, она там всех держит в кулаке.

– Особенно, капитана Дирка, – хихикнула Мили, которая стояла поодаль и прислуживала за столом.

– Мили! – возмутилась Вивьен, а Софи скрыла улыбку за чашкой чая.

Мили была незаменима при сборе всяких сплетен и слухов. Софи поощряла это ее шпионство, но старалась держать служанку в рамках.

– А мне интересно, рассказывай Мили, – спокойно сказала герцогиня.

– Капитан каждый день к ней заглядывает, – сказала горничная заговорщицки. – Гвардейцев своих отправляет, да и сам тоже приходит помогать с постройкой оранжереи. Старается подсобить и уберечь. – На вопросительный взгляд герцогини она добавила. – Ваша светлость, ну так травницы – завидные невесты, каждый гвардеец клинья подбивает.

– Понятно, – Софи подняла руку, прерывая горничную, – с капитаном и лордом Филиппом я поговорю. Если хотят ухаживать, пусть, но с уважением к даме и с ее согласия. Пусть делают это официально. Никаких непотребств и тем более принуждений. – Софи ударила по столу кулачком. – Убью! Все женщины поместья под моей защитой. Дамы, донесите эту мысль до последнего поваренка, каждая по своим каналам. – Женщины кивнули. – Ладно, – Софи отпила чая и поумерила пыл. – Что там с кузнецом и плотником?

– Горничные протестировали все, что они сделали. Многое одобрено. Лора составила список и передала управляющему. Их приспособления будут работать на благо герцогства. Помощник лорда Филиппа организовывает мастерские. Я слежу, – ответила Вивьен на строгий взгляд герцогини. – Сначала отправим новинки по хозяйствам, где нужно. Потом сделаем партию для лавки в городе.

– Изобретателям премия, процент от продаж и патента, как я понимаю, там не все можно зарегистрировать, что-то уж совсем простое. – Вивьен кивнула. – Поверенный герцогства должен был заняться этими вопросами. Леди Вивьен, вы ведь отслеживаете?

– Конечно, ваша светлость, – закивала фрейлина.

– Если кто-то создает новое в нашем герцогстве, он будет соответственно вознагражден, – закончила герцогиня.

– Леди Софи, вы не представляете, как после первой премии они с радостью месили навоз в свинарнике и помогали прачкам, – засмеялась миссис Эстот. Было так приятно видеть улыбку на лице расслабившейся и подобревшей женщины. – Ох и устроили вы переполох в герцогстве, – добавила она.

– А вы не одобряете?

– Миледи, ну что вы, – подняла экономка руки в примирительном жесте.

– Что с ремонтом в школе? Барон, как его там… – Софи заглянула в свою записную книжку, сверяясь со списком проектов.

– Крюнгер, – подсказала Вивьен.

– Спасибо, да, Крюнгер, как там ремонт в городской школе?