— Дамы и господа, минуточку внимания! Коллегия арбитров единогласным решением объявляет победительницей схватки, а стало быть, и финалисткой Верхней сетки — княжну Светлану Соколову! Просим любить и жаловать!

Толпа недовольно загудела. Кажется, что-то в решении судей им не понравилось.

— Судей на мыло! — послышались крики, — Безумовы чемпионы!

— Княжич рулит!

— Костян ваще пацан!

Кривотолков расплылся в широченной ухмылке. Даже тросточкой начал пристукивать в такт, изображая бурный восторг.

— Ай да Светочка! — прокомментировал он, прищурясь лукаво, — Ай да умница! Порадовала родителей так порадовала! Только вот зрителям ее победа почему-то не по нраву. А, князь?

Соколов с облегчением выдохнул. По его губам скользнула легкая улыбка.

— Молодец, доченька, — прошептал он.

Даже в столь щекотливом положении гонору не растерял!

Один Горовой оставался мрачен, как туча. Стоял, задрав голову к небу, хмурил кустистые брови. В усы недовольно сопел, вполголоса чертыхался.

— Фигово дело, — не утерпел таки генерал, — Светка, того гляди, весь турнир подомнет! Под себя, под корень! Других претендентов и на пушечный выстрел не подпустит! Эх, если бы не Жоркина дурь…

И Горовой с досады сплюнул под ноги. Прямо на до блеска начищенные штиблеты князя Кривотолкова, стоявшего рядом.

— Ты что себе позволяешь? — тут же взвился тот, покраснев от гнева, — Да это дуэль!!!

— Ох… — Горовой выглядел расстроенным и готовым принести извинения. Но как-то не особо сильно, — Не со зла, прости великодушно…

— Да ты это специально сделал!

А князь Соколов оглушительно расхохотался, глядя на них.

Громкий гонг возвестил об окончании турнирного дня. Публика недовольно загудела — все ждали продолжения зрелищ, новых ярких схваток. Но увы! Арена пострадала от чудовищного выброса магических сил. Сражения пришлось отложить на пару недель — требовалось время, чтобы восстановить защиту и провести ремонт.

Зрители потянулись к выходу, разочарованно перешептываясь. Многие негодовали — дескать, их обманули, лишили честно оплаченного развлечения! То тут, то там раздавались возмущенные выкрики:

— Безобразие! Требуем возврата денег за билеты! Куда смотрит администрация?

— А я вам говорил — ходить на этот турнир себе дороже! Ни минуты покоя, сплошной стресс! То монстры нападают, то землетрясения, то еще что-нибудь! Того гляди, в лепешку размажет под обломками!

Недовольный ропот то и дело прорезали вопли торговцев, спешащих избавиться от скоропортящихся продуктов:

— Горячая кукуруза! Покупаем, налетаем! — и шепотом добавляли, — А то на следующий тур сгодится только свиньям скармливать…

— Эй, господа, не проходите мимо! Уцененные хот-доги и шаурма! Специальная скидка, только сегодня и только сейчас! Не упустите!

Впрочем, большинство зрителей проигнорировало заманчивые предложения. Люди торопились покинуть арену, подальше от греха. Береженого, как известно, и бог бережет.

Несмотря на высказанное недовольство, у большинства зрителей в глазах горели огоньки. Ведь зрелище всем более чем понравилось. По сути единственная претензия была в том, что хотелось еще больше…

Последними объект покидали VIP-персоны и высокие гости. Из их уст тоже порой доносились отголоски напряженных споров:

— Нет, ну вы видели? Каков наглец, этот Безумов! — возмущался какой-то толстяк, — Саму княжну лапать вздумал!

— Бросьте, барон, не кипятитесь! Молодо-зелено, горячая кровь играет! — смеялся в ответ кто-то, — Да и сама княжна, кажется, не торопилась отстраняться…

— Вообще-то я надеялся, что мой сын сам проявит инициативу в отношении уважаемой истребительницы… — бурчал барон. Но вполголоса, чтобы никто не услышал, — Она на прошлом приеме бросила на него весьма благосклонный взгляд… Он мне сам так сказал!

Так за шумными дебатами почетная публика покинула VIP-ложи. Вскоре арена опустела. Лишь ветер гонял меж трибун забытый кем-то яркий шарфик — сине-алый, цветов команды Безумова…

Прошло несколько дней. Над Синегорьем вовсю хозяйничала осень — желтила листья в парках, остужала по утрам мостовые, украшала ажурной изморозью стекла витрин. В природе царило умиротворение и покой.

Чего нельзя было сказать про людей. В гостиной особняка Кривотолковых, казалось, было жарче, чем в июльский полдень. И дело тут было вовсе не в пылающем камине, возле которого собралась на совет молодежь из команды князя. Куда сильнее пылали амбиции и бурлила жажда реванша!

Хмурый Олег, по немецки хладнокровный Вольдемар, ухмыляющаяся Дарья, а также младшие родичи Эраст и Милена — все пятеро оживленно обсуждали минувшие сражения. И строили планы на будущие.

Разноцветные диванные подушки были раскиданы по ковру — ребята развалились кто где, позабыв о церемониях. На изящном столике красовалось угощение — румяные яблоки, гроздья винограда, печенье и домашний лимонад. Однако молодые Одаренные почти не притрагивались к еде. Куда больше их занимала беседа.

— Скажи, Олежек, неужто и впрямь вырубился от той подлой атаки простолюдинки? — Дарья, растянувшаяся на оттоманке, искоса поглядывала на кузена. В ее прищуре плясали веселые искорки, — Сколько тебя учить — не зевай в бою, следи за тылами!

Эраст расхохотался, хлопнув себя по коленям:

— Братец, неужели скис? Весь запал с винцом проглотил!

Милена прыснула в кулачок. Все ждали, как же собрат выкрутится.

Олег стиснул зубы. Вспыхнул, но голос удержал ровным:

— Типун тебе на язык, Дашка. На себя глянь — сама свалилась вместе со мной! А на твоем месте, Эраст, я бы к собственным ошибкам присмотрелся… Отъехал одним из первых.

Эраст возмущенно засопел, Дарья расплылась в самодовольной ухмылке. Милена затаила дыхание — от старших можно было ожидать чего угодно!

— Ну я, положим, не свалилась, — произнесла Дарья, — Я все время находилась в сознании. И готовила свою атаку

— Тем не менее атаку простолюдинки ты так или иначе проморгала, — лениво произнес Олег, — И никак Вольдемару не помогла.

Дарья фыркнула и ничего не ответила — крыть было нечем.

— Все мы тогда облажались, — примиряюще произнес Олег, обводя родичей строгим взглядом, — Недооценили противника, за что и поплатились. Но больше такого не повторится. Мы учтем ошибки, станем сильнее. Ну а тех простолюдинов… если снова попадутся, размажем по стенке, и дело с концом!

Он стукнул кулаком по подлокотнику кресла, подкрепляя слова делом. Остальные дружно закивали, воодушевляясь. Огонь реванша вновь запылал в сердцах!

— Ребятки, а вы помните доклад службы разведки рода? — Милена поежилась, передергивая плечиками, — Люди из команды простолюдинки перед битвой хлестали из кружек какую-то жидкость… Видела я снимки… Жуткая гадость, скажу я вам! От одного вида мороз по коже! Неужто из нее они и силы свои черпали?

— Да уж, мутная штука, — поддакнул Эраст. Поскреб в затылке, — Колдовское зелье не иначе! Ведьминский декокт!

— А мне кажется, тут что-то иное, — задумчиво протянула Дарья. Подалась вперед, сверкнув глазами, — Присмотрелась я к этой Госпоже, когда с ней сошлась. Ну, перед тем как она меня вырубила. Тело у нее странное, будто не совсем человеческое. И руки эти лишние… То ли мутация, то ли чары запретные. Но точно скверна из Диких земель!

Дарья говорила тихо, но с жаром. Все невольно поежились, каждый представил что-то свое. Порождения Дикоземья пугали даже самых смелых. Что с них взять, с простолюдинов — подцепят заразу, а расхлебывать потом всем…

— Мерзкие мутанты, — процедил Вольдемар, — Как они только на турнир пролезли.

— Ага, куда только охранные службы смотрели, — поддакнул Эраст.

— Ну все, семья, кончай лясы точить! — прогрохотал вдруг раскатистый голос, — Чай, не на посиделках собрались!

Ребята вздрогнули. У дверей, скрестив руки на груди, возвышался сам князь Дмитрий. Глава рода Кривотолковых смерил молодежь строгим, но подобревшим взглядом. За его спиной маячили массивный силуэт виконта Вадима, тренера, и тонкий стан княгини Илоны.