И действительно, через мгновение Лилия рванулась вперед, нанося молниеносный удар левой рукой. Вильда едва успела создать ледяной щит, но тот разлетелся на осколки от мощного удара.

Айсштиль бросилась на помощь, опутывая ноги Лилии тенями. На этот раз она сконцентрировалась сильнее, и тени удерживали противницу крепче. Лилия дернулась, пытаясь освободиться, но тщетно.

— Сейчас! — крикнула Айсштиль.

Вильда создала вокруг Лилии клетку из ледяных копий, направленных остриями внутрь — достаточно близко, чтобы угрожать, но не ранить.

— Пожалуйста, — взмолилась Вильда, — Мы не хотим драться с тобой.

На лице Лилии промелькнуло что-то похожее на сожаление. Но лишь на мгновение. Затем она резко выдохнула и… разорвала тени, удерживающие её ноги. Движение было неожиданным и мощным — словно она на мгновение призвала какую-то внутреннюю силу.

Ледяные копья задрожали, когда Лилия медленно раздвинула их руками. Лед трескался под её пальцами, словно был не прочнее стекла.

— Такое чувство, что перед нами не Лилия, — прошептала Вильда, отступая, — Теперь ясно… Это какая-то другая сущность в её теле.

Айсштиль внимательно наблюдала за движениями противницы:

— Её стиль боя… он напоминает мне кого-то. Это техники опытного воина, а не лесной богини.

Лилия освободилась от ледяной клетки и снова двинулась вперед, на этот раз с новой стратегией. Она начала перемещаться быстрыми зигзагами, не давая противницам предугадать направление атаки.

Айсштиль попыталась создать теневую завесу, но тело Никталии не справлялось с такой сложной магией. Тени рассеивались быстрее, чем она успевала их материализовать.

Лилия воспользовалась этим, нанося серию молниеносных ударов. Каждый был точно рассчитан — достаточно сильный, чтобы причинить боль, но не калечащий. Она била по чувствительным точкам: суставы, сухожилия, болевые центры.

Вильда пыталась отбиваться ледяными снарядами, но ей не хватало опыта и контроля. Большинство её атак проходили мимо цели или разбивались о блоки Лилии.

И тут произошло неожиданное. Лилия заговорила — впервые с начала атаки.

— Прекратите сопротивление, — её голос был хриплым, с металлическими нотками, совсем не похожим на обычный голос Лилии, — Я не хочу причинять вам серьезный вред.

Айсштиль и Вильда замерли, пораженные этой трансформацией.

— Кто ты? — требовательно спросила Айсштиль, — Ты не Лилия. Как ты захватил её тело?

Вместо ответа Лилия бросилась вперед с новой силой. На этот раз её атаки стали еще более точными и мощными, словно она перестала сдерживаться.

Вильда пыталась создать ледяную стену, но от нервного напряжения её контроль ослаб, и часть её собственного тела начала плавиться. Лилия воспользовалась этим, тут же нанеся точный удар в основание шеи Вильды.

Ледяное тело пошатнулось, глаза Вильды закатились, и она медленно осела на пол, потеряв сознание. Часть её тела начала подтаивать, но не критично — просто потеря контроля от удара.

— Вильда! — воскликнула Айсштиль, бросаясь к упавшей подруге.

Это была ошибка. Лилия мгновенно оказалась рядом, и Айсштиль почувствовала резкий удар в точку чуть ниже затылка. Перед глазами промелькнула вспышка, а затем наступила темнота.

Лилия стояла над поверженными противницами, тяжело дыша. Наконец, она глубоко вздохнула, и её черты стали более спокойными, решительными.

Она осторожно подняла Вильду, стараясь не повредить хрупкое ледяное тело. Уложила её на импровизированные носилки, сделанные из плаща и нескольких палок, найденных в доме. Затем так же бережно перенесла Айсштиль.

Закрепив обе фигуры на носилках, Лилия подхватила своё нехитрое приспособление и потащила его к выходу. Она двигалась целеустремленно, словно точно знала, куда направляется.

Выйдя из города, Лилия не стала возвращаться по тропе, ведущей к Разлому. Вместо этого она свернула на узкую, едва заметную дорожку, ведущую вглубь долины.

Солнце этого измерения медленно клонилось к закату, окрашивая небо в кроваво-золотые тона. Длинные тени ложились на землю, превращая ландшафт в лабиринт из света и тьмы.

Лилия шла вперед, уверенно и неотвратимо, словно следуя внутреннему компасу. Её глаза, обычно тёплые и живые, сейчас отражали странную смесь решимости и… пустоты.

А где-то не так далеко, в другой части этого странного мира, Эстро и Никталия мчались на спине древнего левиафана, не подозревая о судьбе своих спутниц.

Кархаад мчался по пустыне, поднимая за собой облако красноватой пыли. С каждым его шагом мои воспоминания становились всё ярче и отчётливее. Картинки из прошлого, схемы, формулы, лица — всё это мелькало перед внутренним взором, словно кто-то листал страницы древней книги.

Не то, что бы я забыл… скорее воспоминания, потускневшие за 10000 лет заточения в Бездне, обретали четкость.

— Знаешь, Никталия, — прокричал я, пытаясь перекрыть грохот каменных лап, — когда-то давно я создал это измерение как идеальную экосистему!

— Что? — она вцепилась в мои плечи, стараясь не упасть с трясущейся спины Кархаада, — Какую систему?

— Экосистему! — повторил я, машинально поглаживая каменные пластины на спине левиафана, — Место, где все элементы находятся в равновесии! И которое может существовать само по себе!

— Ну конечно! — она закатила глаза, — Потому что огромные каменные монстры и кристаллы, меняющие сознание — это так естественно и гармонично!

Я невольно рассмеялся. В чём-то она была права.

— Изначально всё было иначе, — пояснил я, — Кархаад и его собратья были гораздо меньше. А кристаллы служили источниками чистой энергии, противодействующей Бездне.

Кархаад издал низкий гортанный звук, словно подтверждая мои слова. Его огромная голова чуть повернулась, и один глаз с мерцающим багровым зрачком внимательно посмотрел на меня.

— Кажется, он понимает каждое твоё слово, — заметила Никталия, с опаской глядя на этот гигантский глаз.

— Конечно, понимает. Я же создавал их разумными. Правда, малыш?

Кархаад радостно заревел, и от его рёва в ближайшей скале осыпалась каменная крошка.

— Ох, прости, я забыл, что ты уже не такой маленький, — я похлопал его по шее, — Тише, пожалуйста, с нами все-таки барышня.

— А куда делись остальные? — спросила Никталия, оглядывая пустынный пейзаж, — Ты говорил, их было четверо?

Я собирался ответить, когда земля под нами задрожала. Но на этот раз не от шагов Кархаада. Это было что-то другое. Что-то огромное. Из-за скалистого выступа появилась гигантская фигура, еще массивнее нашего левиафана. Затем вторая. Третья.

— О, вот и они, — я указал на приближающихся великанов, — Ка-ак же вымахали-то, а?..

Три колоссальных существа двигались к нам с разных сторон. Они были похожи на Кархаада, но каждый обладал своими особенностями. Первый — с более массивным телом, покрытым плитами вулканической породы, из трещин между которыми сочился тусклый красный свет. Второй — изящнее, с кристаллическими наростами на спине и хвосте. Третий — самый маленький из них, но с явно более развитыми конечностями, как руки у людей.

Кархаад остановился и издал серию приветственных звуков — что-то среднее между рычанием и мелодичным гулом. Остальные левиафаны ответили похожими звуками, и вскоре воздух наполнился их странной перекличкой.

— Они… разговаривают? — Никталия смотрела на это представление с открытым ртом.

— Конечно, — кивнул я, — У них своя форма общения. Не такая примитивная, как может показаться.

Самый массивный из левиафанов приблизился к нам и склонил голову, внимательно изучая. Его глаза мерцали глубоким янтарным светом, что придавало ему почти мудрый вид.

— Привет, Магмар, — я поднялся на ноги, балансируя на спине Кархаада, — Узнаёшь?

Гигант моргнул, и из его ноздрей вырвались струйки дыма. Он издал низкий гортанный звук, наклонился ещё ниже и… аккуратно ткнулся носом мне в грудь.