Накануне отъезда она почти не спала, и только на исходе ночи провалилась в сон. Поэтому предсказуемо пропустила отъезд обоза.

– Они благополучно уехали, я их проводил, – успокаивал её Стефан.

И потянулись долгие дни ожиданий. Жених как мог развлекал Агату, пару раз съездили навестить его родных в поместье, каждый день гуляли в лесу. Он даже придумал сводить Агату на рыбалку, в пруд за лесом, но все отвлекало Агату ненадолго. Как же ей не хватает звонка по телефону с коротким разговором! Да, к удобствам быстро привыкаешь.

А вот отец не подавал признаков тревоги, а только посмеивался над Агатой.

– Хозяйские тревоги тебя одолели! Ну, так сильно не переживай, они никогда не прекратятся! – со смехом «успокаивал» её отец.

И вот, спустя тринадцать дней, во дворе послышался крик: «Едут!». Агата с будущим мужем как раз сидели у барона и разговаривали. Но, заслышав шум, Агата подскочила и под смех отца рванула наружу. Жених еле поспевал за ней.

Во дворе уже стояли весёлые Вальтер с Рогиром, и вокруг них собирались зеваки. Видимо, на лице Агаты были написаны все тревоги, поэтому, только глянув на неё, Вальтер начал рассказывать:

– Госпожа Агата! Все случилось лучше, чем мы ожидали. Ехали, конечно, долго, останавливались в основном в деревнях – так спокойнее…

Он что, решил её добить рассказами о дороге?

– Вальтер! – вставил Рогир. – Потом про дорогу!

Тот лишь усмехнулся и взглянул на Рогира.

– Госпожа Агата, у нас все оторвали практически с руками, мы даже разложиться толком не успели. И на цену никто не смотрел. – Он почесал затылок и продолжил: – Мы вообще-то сильно завысили свои цены, чтобы была возможность торговаться, но этого не потребовалось.

– Одним словом, за два дня все продали! – с гордостью закончил Рогир.

– А где тогда были столько времени? – Агата прямо рассердилась. Она тут места себе не находит, а они гуляют невесть где?

– Так ведь остальной урожай надо было продать! А это не так быстро, вот и задержались! – рассмеялся Рогир. Точно, они же ещё морковь да зерно повезли на продажу.

Потом Вальтер отвязал от своего седла приличный мешок, и ещё один от седла Рогира.

– Это вырученные деньги! – Он поставил мешки на крыльцо, к ногам Агаты. И неожиданно у неё навернулись слёзы. Вот ради чего все было! Она смогла – не одна, конечно! У них получилось!

Потом были длинные разговоры, и Вальтера с Рогиром неохотно отпустили уже поздно ночью.

Агата с бароном Стефаном гордо притащили мешки с деньгами отцу, и тот только удивлённо помотал головой:

– Горжусь вами! Сколько там?

В ответ Агата с женихом переглянулись – они даже примерно не узнали, сколько денег выручили на ярмарке. И прыснули со смеху, когда поняли это.

– Идите уже, завтра посчитаем! – отправил их барон, а сам ещё долго перебирал в памяти воспоминания о детстве Агаты.

В мешках оказалось столько денег, что удалось полностью погасить долг перед казной за прошлый год, заплатить текущий налог, и ещё оставить существенную сумму себе.

– Почему ты раньше нам это не подсказала? – сокрушался отец Агаты. – Столько денег упустили!

– Отец, да вы бы и не стали меня слушать. Вспомните первые наши разговоры.

Агата не стала при женихе упоминать Старую Марту. Зачем? Эту сторону своей жизни она твёрдо решила утаить от будущего мужа. Должна же быть в женщине загадка?

– Ну да, ну да, – соглашался с ней отец, при этом оба понимали подтекст разговора.

А уже через несколько дней начали готовиться к осенним свадьбам. И снова пир горой, и всеобщее веселье, и единение душ. А уже следующей осенью Агате самой предстояло вступить в брак. Она смотрела на молодых и радовалась, что люди наконец-то обрели спокойствие, безопасность и сытую жизнь. Да, этот год случился урожайным, но ведь у них ещё остались запасы, чтобы втридорога продать весной.

Зиму пережили сытно, и потому радостно, горки построили не только в своей деревне, но и в соседних – пусть люди развлекаются!

Агата длинными вечерами изучала свой дар и пришла к выводу, что серое свечение исходит от необразованных людей. А чёрные точки означали убийства, совершенные человеком.

Весной с успехом продали остатки урожая, и все повторилось. С той лишь разницей, что Агата начала нервничать в связи с приближающейся свадьбой. Лето пролетит – не заметишь, а осенью уже замуж. Прожив полтора года бок о бок с будущим мужем, Агата ни дня не пожалела о своём выборе. Жених во всем её поддерживал и одобрял, даже если потом выяснялось, что затея была так себе.

Например, клумбы возле дома так и не получились. Ну не было здесь семян и черенков цветов, просто не найти. А те цветы, что натащили крестьяне из леса, быстро погибли – не понравилось им здесь. В итоге Агата высадила возле дома… капусту. Обычную белокочанную капусту. Растёт красиво – радует глаз. Все лучше, чем напоминания о неудачном опыте.

Этим летом она почти не занималась хозяйством, а всё потому, что готовилась к свадьбе. Для начала в подробностях узнала весь процесс. К её удивлению, здесь было не принято приглашать гостей на свадьбу. Это объяснялось тем, что они, владельцы земель, жили вдали от остального мира и могли без церемоний ездить друг другу в гости. Поэтому и на свадьбу приезжали без приглашений, но при этом всем семейством, и далеко не на один день.

– Могут и на десять дней остаться, это нормально! – Ответ жениха привёл Агату в ужас.

При этом встречающая сторона обязана предоставить всем кров, еду и развлечения. Основным развлечением здесь была охота – не ради того, чтобы прокормиться, а ради потехи. Определённо, надо было что-то менять.

Сама свадьба очень проста: приходит храмовник, проводит обряд сочетания мужчины и женщины, а затем все устремляются за стол и едят и пьют, пока не надоест. Именно так! Могут и за столом выспаться и вновь начать пировать. Но молодые муж и жена пребывают на общем веселье недолго, они уединяются в покоях, и обязаны выставить на всеобщее обозрение простынь, со следами… подтверждающими невинность невесты. Мало того, эту простынь ещё и на ворота дома вывешивают! Как такое пережить?

Но радовало Агату, что на этом все испытания заканчиваются. По понятным причинам она с каждым днём всё сильнее нервничала. Отец с женихом наперебой её успокаивали – свадьбу нужно просто пережить. Она ведь не для молодых, она для всех остальных.

В связи с этими особенностями, вопрос платья отошёл на задний план. Но всё равно к нему пришлось возвращаться. Было два способа пошива платья. Первый – ехать три дня до ближайшего города и там покупать ткань, искать портниху и заказывать у неё. Возможно, потом и на примерку понадобится съездить. Удобно? Вот и Агата выбрала второй вариант – отправить кого-нибудь за тканью и сшить платье на месте. Кстати, это кухарка Барбара Агате предложила, когда увидела её му́ки. Ещё и мастерицу дельную подсказала.

Кого отправить за тканью? Конечно, охотников за головами! Цвет платья Агата захотела с лёгким кофейным оттенком, он очень гармонировал с копной её рыжих волос. Ткань? Жених настоял на шёлке, и ещё кружевах. Волосы тоже нужно было спрятать под кружевами. Открытые ботинки из белого меха ей пообещали сшить в одной из деревень.

Охотники, конечно, удивились такому заказу, но быстро сообразили, что больше некому ехать – и умчались в город. А когда вернулись с покупками, все ахнули! Они привезли именно то, что требовалось. Шёлк был великолепен, а от узора кружев невозможно было оторвать взгляд.

– Да ладно, мы же много красивого в жизни повидали, умеем определять. – Они только отмахнулись от восторженных похвал Агаты. А она не стала уточнять детали.

Портниха жила в часе езды от дома Агаты, но она радовалась, что не в трёх днях. Правда, и ездить пришлось не часто, и платье удалось на славу. Закрытое под горло, приталенное, но расширяющееся от пояса, с пышной юбкой и длинными рукавами-воланами. А сверху второе платье, но уже из белоснежных кружев. Агате очень понравилось и само платье, и как она себя ощущала в нем. Оно не сковывало движения, а при ходьбе издавало лёгкий шум, который приводил Агату в восторг.