Сердце екнуло нехорошим предчувствием. Неужто?.. Да быть того не может! Костя лихорадочно напряг память, пытаясь припомнить детали недавней схватки с чудовищной медведкой. Неужто…

Не давая себе времени на раздумья, княжич призвал духовный клинок. Тот послушно скользнул в ладонь, алым всполохом прорезав полумрак. Айсштиль ахнула, в ее глазах мелькнул испуг.

— Эстро, ты чего?..

Но Костя уже не слышал. Стиснув зубы, он полоснул лезвием по шраму. Тонкая алая полоска вспухла на коже, набухая кровью. Пальцы дрогнули, на миг разжались… и из ранки с тихим стуком на пол выпал крохотный темный осколок.

— Что за?.. — выдохнула потрясенная Айсштиль, склоняясь ближе. В неверном свете факела поблескивал уродливый кусочек хитина. Сомнений быть не могло — это был обломок панциря той самой демонической медведки! Видать, в пылу боя впился в ладонь княжича, да так там и остался. А регенерация возьми и затяни ранку в мгновение ока, упрятав инородное тело под кожу!

— Вот же подстава! — прорычал Костя, с отвращением глядя на извлеченный осколок. Потом поднял взгляд на Айсштиль и бросил, — Похоже, моя чудо-печать дала сбой из-за этой дряни. Панцирь-то явно темной силой фонит, вот татуха и разбушевалась.

Снежная Дева покачала головой и с тревогой поджала губы:

— Да уж, исцеляющий фактор в кои-то веки сыграл против нас.

— Было бы больше времени, я бы внимательнее осмотрел себя и заметил бы это, — с тоской произнес Костя, — Но слишком много решений прошлось принимать на ходу…

— Ладно хоть вовремя спохватились! Страшно подумать, что было бы, вырвись сейчас Безумие Лилии на свободу…

Она со смесью страха и отвращения покосилась на чернеющий хитиновый обломок. Тот словно в ответ мерзко поблескивал, источая неуловимые флюиды. Тьфу ты, мерзость какая!

— Я вовсе не уверен, что оно не вырвалось… — мрачно произнес Костя.

— Тогда что делать будем, Эстро? — Богиня перевела взгляд на княжича. Тот мрачно созерцал медленно затягивающийся порез на ладони, хмуря брови. Наконец, он решительно тряхнул головой и поднял глаза.

— Значит так. Времени в обрез, а дел невпроворот. Разделимся. Я пойду искать пропавших девчонок, пока бедняжек совсем не загнобили. Слуги-жуки вроде как засекли, где их прячут.

— Тогда я займусь Лилией, — подхватила Айсштиль, уловив его мысль, — Не волнуйся, уж я-то знаю толк в запечатывающих заклятьях! Изловлю нашу волчицу и как следует припечатаю, чтобы неповадно было буянить.

Костя кивнул, в глазах его мелькнула искра надежды. Да, Снежная Дева свое дело знает. Уж она-то не подведет!

Княжич щелкнул пальцами, из коридора вылетела еще пара Жуков-Слуг. Те зависли в воздухе, перебирая лапками. Один тут же юркнул вперед по коридору, безошибочно указывая путь к пленницам. Второй же устремился в противоположную сторону, ведя за собой Айсштиль.

— Ну, удачи! — коротко бросил Костя, на миг стиснув пальцы подруги. Та ободряюще улыбнулась и, ринулась вслед за своим проводником.

Костя проводил ее напряженным взглядом, до боли закусив губу. Эх, вот ведь угораздило! И надо ж было именно сейчас этой татухе взбеситься! Аккурат когда все на волоске висит!

«Лилия, только не натвори глупостей!» — мысленно взмолился он, припуская бегом за жуком, — «Мы скоро будем, обещаю! Айсштиль справится, она не подведет!»

В груди клокотала глухая, тоскливая ярость. Подспудное желание убивать, крушить, месить в кровавую кашу любого, кто встанет на пути. Но Костя усилием воли задвинул бурлящий гнев поглубже. Рано. Рано еще давать волю тьме. Сейчас главное — спасение. А вот потом… О да, потом он спросит с этих ублюдков сполна! Живьем шкуру спустит, на ремни покрошит!

Но это потом. А пока надо торопиться. Бежать вперед, стиснув зубы и кулаки. Потому что где-то там, во мраке, его ждут. Надеются, молятся, верят в него. Родные, милые мордашки. И он не имеет права подвести их. Не сейчас. Не в этот раз.

Костя оскалился и прибавил ходу, почти не касаясь ногами пола. Вперед, только вперед!

Настя сидела привязанная к стулу, обессиленная и израненная после допроса Фридриха. Ее черный костюм был порван и опален в нескольких местах, на лице и теле виднелись многочисленные кровоподтеки и ссадины. Но несмотря на боль и усталость, в глазах девушки все еще горел огонь непокорности.

Она обвела цепким взглядом комнату, в которой ее держали. Тесное, душное помещение с одной железной дверью. Справа в дальнем углу стояла большая клетка, в которой скорчились несколько мирмеций — грязные, испуганные, со следами побоев. Увидев их жалкое состояние, Настя стиснула зубы от бессильной ярости. Бедные девочки! Ну ничего, она вытащит их отсюда, чего бы ей это ни стоило.

Но сперва нужно освободиться самой. Настя покосилась на двух охранников-головорезов, скучающих у двери. Они лениво перебрасывались в карты, время от времени бросая в ее сторону похотливые взгляды. Похоже, в их головах рождались какие-то грязные мыслишки насчет беспомощной пленницы. От этой мысли Настю передернуло.

Не было никаких сомнений, что Фридрих скоро вернется. И тогда допрос продолжится…

Она лихорадочно размышляла, прикидывая шансы на побег. Сил почти не осталось — пришлось заглушить в себе поток духовной энергии, иначе бы сработал исцеляющий фактор и начал на глазах залечивать раны. А это бы сразу выдало ее способности. Приходилось терпеть боль и слабость.

На запястьях и лодыжках красовались массивные железные антимагические кандалы, подавляющие ее силу и Дар Иллюзий. Но Настя приметила, что оковы довольно старые и заржавевшие. Похоже, блокировали они дар не полностью, процентов на 98 от силы. Если незаметно создать крохотное духовное лезвие, можно попробовать взломать замок. Рискованно, конечно, но выбора нет. Не сидеть же сложа руки в ожидании неизвестно чего!

Улучив момент, когда охранники увлеклись игрой, Настя сосредоточилась. На кончике пальца затрепетала крохотная искорка, вытянулась в тончайшее лезвие размером с ноготь. Затаив дыхание, девушка принялась ковырять замок. Работа была ювелирная, на грани возможного. Лишь бы охранники не заметили ее манипуляций, лишь бы не сорваться… Навыков взломщика немного не хватало, практики было маловато…

Внезапно в комнате будто похолодало. По спине побежали мурашки, волоски на шее встали дыбом. Что за?..

В следующий миг раздался шорох, быстрый, едва различимый. А затем в воздухе что-то просвистело и в стену брызнула кровь. Настя похолодела. Один из охранников, тот, что посмазливее, вдруг захрипел и повалился на пол с неестественно вывернутой шеей. На лице застыло выражение вселенского ужаса.

Второй вскочил, выхватил пистолет. Заорал срывающимся голосом:

— Какого⁈ Ты кто так…

Он не договорил. С потолка, быстрее молнии, на него метнулась размытая тень. Раздался влажный хруст, дикий вопль оборвался булькающим хрипом. Бандит рухнул, дергаясь в конвульсиях. Кровь толчками била из разорванного горла, заливая бетонный пол.

Настя оцепенела, не веря своим глазам. Что это было? Кто или что с такой легкостью и жестокостью расправилось с двумя матерыми головорезами?

Ответ не заставил себя долго ждать. Из дальнего темного угла, слегка покачивая бедрами, вышла. Лилия! Но в каком виде! Бледная до синевы кожа, спутанные космы, безумная улыбка на окровавленных губах. Волчьи глаза горят нехорошим, лихорадочным блеском. Босые ноги неслышно ступают по липкому от крови полу.

— Привет, Настенька, — промурлыкала Лилия странным, ломким голосом. От него по спине побежали мурашки, — Скучала по мне?

Настя осторожно шевельнулась в своих путах. Лилия говорит? Костя упоминал, что она умеет, только она этим навыком нечасто пользуется… Только разок выдала фразу во время турнира…

Странно…

Настя попыталась изобразить непринужденную улыбку:

— Лилечка, солнышко, ты как? Слава Бездне, ты жива! Я уж боялась, эти ублюдки тебя…