– Рогир! – сказала она. – А ты бывал на ярмарках?

– Ну, бывал, а что надо?

– Расскажи, какими изделиями из шерсти там торгуют?

– Шали, чулки, короткие накидки…

– А варежки, носки, колготки, шарфы, шапки? Это есть?

– Варежки у нас только из меха, сами видите, какие зимы. Колготки – это вообще что такое?

Агата рассказала, и добавила, что на поясе колготки будут завязываться на верёвочку. Очень тепло и удобно, особенно для детей.

– Не, такого не помню, – ответил Рогир. – Наши шерсть особенная, она мягкая и шелковистая, поэтому даже жалко её пускать на верхнюю одежду, а вот колготки, чулки и носки – самое то!

– Ты сможешь объяснить работницам, что от них требуется? – спросила Агата.

Рогир только усмехнулся в ответ.

Старухи при упоминании вязания оживились и перешёптывались между собой, а потом одна из них сказала:

– Мы тоже умеем вязать, только вот сейчас нечем, но, если нам палочки дельные смастерят, мы поможем.

Вот так неожиданно обнаружились первые вязальщицы. Они подробно объяснили, какие им нужны палочки, и охотники занялись изготовлением деревянных спиц. Запланировали количество на всю деревню и с запасом, чтобы в самый неподходящий момент производство не останавливалось.

Весной опять не хватало рабочих рук, и Вальтер принял решение приостановить охоту на разбойников. Благо, они уже с осени не давали о себе знать. Бóльшая их часть была истреблена, а остальные сдались в плен. Но самое главное – людская молва! Каждая шишка в лесу знала, что сейчас это дом охотников на людей, а в своём доме они беспорядков не потерпят. Это было известно и в других землях, и даже поморцам, поэтому они даже близко не приближались. Им было проще найти более лёгкую добычу.

Правда, не все охотники были настроены вести оседлый образ жизни, да и лёгкие деньги манили. Поэтому с наступлением тепла уехали пять охотников – правда, предупредили, что повеселятся на стороне и вернутся, но так впоследствии и не вернулись.

А остальные с рассвета и дотемна помогали крестьянам. Они взяли на себя самые тяжёлые работы. Но за это им доставались самые вкусные куски и почётные места за крестьянским столом.

И вот в один из дней пришли Вальтер с Рогиром. Агата как раз раздумывала разбить клумбы перед крыльцом и объясняла жениху свою задумку.

– Госпожа Агата! Завтра начинаем стричь овец! – с гордостью заявил Рогир. И клумбы тут же были забыты. Агата так долго ждала этого момента, и все равно новость застала её врасплох.

– А у вас всё готово? А инструмент? А на чём перевозить шерсть? А прядильщицы? – Агата засыпала Рогира вопросами.

– Госпожа Агата! Да не волнуйтесь вы так! Рогир все с зимы подготовил, и прядильщицы уже все глаза проглядели в ожидании. – Вальтер бросал горделивые взгляды на своего младшего товарища.

– Это что, и помощь вам не нужна? – удивилась Агата.

– Не-а! – весело ответил Рогир.

– Давайте я хоть распоряжусь о горячих обедах?

– А зачем? На ферме сами готовят и сразу на всех. Так с самого начала повелось, – недоуменно отозвался Рогир. А Агата лишний раз убедилась в его хозяйственности.

– А как пряжа будет готова, так её тут же вязальщицам передадут, а потом всё будут упаковывать и готовить к ярмарке. Осень быстро настанет! – Философски заметил Вальтер. Агата ещё задавала вопросы, но у Рогира на всё был свой ответ:

– Не надо смотреть на стрижку, овцы и так пугаются от неё, а здесь ещё и посторонние. Когда можно будет – я скажу!

Нет, ну ты посмотри какой хозяин! Но спорить Агата не стала. Ей был важен результат, а не процесс. Поэтому после ухода Вальтера с Рогиром она вернулась к клумбам.

Барон Стефан ещё осенью переехал жить в дом к Агате. Она на общей свадьбе предложила, потому что сложно им было вдвоём с отцом. Сосед немного подумал и согласился.

Итак, клумбы! Это, конечно, не барское занятие – землю копать, только вот если невеста настаивает, да и заняться особенно нечем… И появились возле крыльца их дома аккуратные прямоугольники. С цветами здесь было не густо, в том смысле, что цветам не придавали значение. Их же нельзя есть? Зачем тогда время на них тратить? Этот мир был очень прагматичным.

Но вскоре про странности молодой хозяйки прознали крестьяне и начали приносить ей разные цветы из леса. И клумбы Агаты украсились нехитрым украшением.

После стрижки овец, как и обещал, пришёл Рогир и позвал Агату с бароном Стефаном смотреть овец. Они уменьшились в объёме вдвое, но Рогир заверил, что к наступлению холодов у овец отрастёт шерсть. А ещё рядом со взрослыми овцами играли маленькие ягнята.

– Первые приплоды пошли, – пояснил Рогир. А потом рассказал, что завтра все стадо уведут на пастбище, примерно до середины лета. Оставят только беременных овец. Пасти пойдёт сам Рогир, и трое помощников – два бывших разбойника и один охотник. Те самые, которые всю зиму ухаживали за овцами. Рогир найдёт подходящий луг, научит давать команды собакам и вернётся на овчарню. Вальтер предсказуемо его одного не отпустил, и они ушли вместе, правда, вернулись уже через четыре дня.

Тем временем прядильщицы вычистили шерсть и начали её прясть. Первое время они плакали, вспоминая, какой путь пришлось пройти до этого счастливого момента. Но вскоре в них поселилась уверенность, что всё в прошлом – и они с утроенной силой взялись за работу.

Готовую пряжу дети бегом относили к мастерицам, и те уже вязали из неё готовые изделия. Поначалу им было сложно сообразить, как вязать, но, перевязав пару раз и распустив обратно в нитки, дело пошло веселее. Мешки с готовыми колготками, варежками и носками постепенно заполнялись, и их отвозили на хранение в подвал дома Агаты.

Возможно, уже этой осенью Агата сможет погасить долг перед королевской казной, хотя бы частично. Прошлым летом приезжали подручные казначеев, осмотрели наполовину вытоптанные поля и сожжённые деревни. А осенью прислали распоряжение – налоги снизили на треть, но разрешили первый год не платить. Ну как не платить – перенести на последующие три года. А Вы как хотели?

Агате казалось, что все вовлечённые в процесс с нетерпением ждут открытия ярмарки. Договорились, что на ярмарку отправится Рогир с Вальтером, они же выберут женщин погорластей, чтобы зазывать покупателей. Ну и, конечно, возьмут с собой небольшой отряд охраны.

Все лето Агата провела между прядильщицами и вязальщицами, но результат превзошёл все её ожидания. Колготки получились настолько мягкими и тонкими, что ласкали кожу. Агата подолгу их гладила и вспоминала весь сложный путь. Но! Рано было расслабляться, надо ещё продать новинки, да хорошо бы получить следующие заказы.

Ярмарки было принято устраивать после сбора урожая, чтобы было чем торговать. Правда, можно было ехать и на летние ярмарки, только вот с покупателями было не очень, потому что все заняты работой с утра до вечера, и времени разгуливать по ярмаркам ни у кого не было.

И вот наконец-то вязальщицы выполнили свою работу. Но отдохнуть у них не получилось, потому что надо было собирать урожай. И опять все вышли на работу, включая охотников за головами. В этот год урожай порадовал, даже старожилы не помнили такого богатства. Закрома ломились: земляная груша, морковь, свекла, лук, чеснок и много зерна.

После того как отложили собранное на посев и на пропитание, осталось ещё две трети. Эти запасы опять разделили, примерно половину приготовили везти на ярмарку, а другую половину оставили до весны. Потому что весной цены чуть ли не в два раза выше, как пояснили Агате.

Обоз собирали два дня, ехать было сравнительно недалеко – три дня пути. Но надо было подготовить с собой еду и тёплые вещи. Пик напряжения Агаты выдался именно на эти дни. Она пыталась все поправить и подсказать, но её очень вежливо отстранил Вальтер:

– Госпожа Агата! Эти люди каждый год бывают на ярмарках, и всё знают. А вы? Сколько раз вы были на ярмарке? Поэтому давайте каждый займётся своим делом. Да и люди путаются от ваших советов. – Крыть Агате было нечем, и она перестала вмешиваться в процесс подготовки, только ходила кругами вокруг телег.