Черное Солнце за нашими спинами мерно пульсировало, словно в такт биению множества сердец. Я создал его с целью излечить наш мир, как лекарство против Бездны

Что ж… похоже, оно все-таки справилось с этой задачей. Сделало первый шаг. Пусть и не совсем так, как я планировал.

В этот момент снова сработал Дар Дарьи, заставляя нас со Светой продолжить бой. Наши с Соколовой ауры достигли пика мощности одновременно. Лазурная волна столкнулась с потоком Бездны, грозя похоронить тут всё…

Император вдруг хлопнул в ладоши. Один раз. Негромко.

Но этого хватило, чтобы все замерло. Наши разрушительные волны замерли, так и не столкнувшись. Ноктус одобрительно присвистнул.

— Полагаю, — произнес он, и в его голосе слышалась странная смесь усталости и веселья, — на этом можно закончить.

— Но… — начала было Света.

— Никаких «но», — отрезал Император, — Я видел достаточно. И… — он бросил взгляд на пульсирующий артефакт, — услышал тоже немало.

Я невольно приподнял бровь. Он что, догадался…

— Признаться, — продолжил Александр Дмитриевич, — давно не видел столь… занимательного поединка. Сначала вы оба пытались благородно уступить. Потом юная виконтесса… кхм… внесла коррективы. А затем еще и древние боги… точнее, их осколки решили поучаствовать в представлении.

— Упс… — прокомментировала Настя.

— Поэтому, — Император обвел нас взглядом, — я принял решение. Официальным победителем турнира объявляется Светлана Соколова. И она получит метку.

Света нахмурилась, открыла рот, явно собираясь что-то сказать, но Император поднял руку:

— А Константину Безумову… он же Эстро… будет предоставлен особый доступ к самому артефакту Черное Солнце. Без ограничений. В конце концов, — он едва заметно улыбнулся, — кому, как не создателю, работать с собственным творением?

— Вот это поворот! — присвистнула Настя.

А я… я просто стоял и смотрел на Императора, гадая — когда именно он все понял? И главное — что будет дальше?

Впрочем, судя по его чуть заметной улыбке, он явно знал больше, чем показывал. Дарья у стены фыркнула:

— Вот это я понимаю — мудрое решение! А то эти двое могли бы до утра соревноваться в благородстве.

— Эй! — мы со Светой возмутились почти синхронно.

И внезапно все рассмеялись. Даже Император позволил себе легкую усмешку.

В конце концов, после всего случившегося сегодня, немного смеха — это именно то, что нам всем было нужно.

— Ну так что, кто-нибудь все-таки хочет послушать про русалок? — с надеждой поинтересовался Ноктус.

Боги, помогите мне…

В медпункте пахло травами и целебными мазями. Фома сидел на кушетке, пока молоденькая целительница обрабатывала ссадины на его руках. Раны были пустяковые — пребывание в Черном Солнце почти никак не сказалось на его теле.

— Да говорю же, я в порядке! — ворчал Фома, пытаясь отмахнуться от очередного компресса, — Ничего серьезного. Вот голова немного… Эй, у вас случайно фляжки не найдется? Ну или спирта там медицинского…

— Никакого алкоголя! — строго отрезала целительница, накладывая повязку, — Вы только что пережили контакт с древним артефактом. Нужно наблюдение…

— Да какое там наблюдение, — фыркнул он, — Я и не такое переживал. Вот помню, был случай в Туманных горах…

Внезапно в дверях медпункта возникла высокая фигура. Целительница охнула и выронила бинт. В помещение вошел сам Император.

— Ваше Величество! — Фома попытался вскочить, но его повело в сторону.

— Сиди, Фома, — Император жестом остановил его, — Отдохни.

Целительница быстро поклонилась и поспешно ретировалась, оставив их наедине. В помещении повисла тишина. Государь неторопливо прошелся по медпункту, разглядывая склянки с лекарствами на полках.

— Знаешь, Фома, — наконец произнес он, — когда-то я считал тебя одним из лучших Истребителей.

Лисовский опустил голову:

— Простите, Ваше Величество. За все… за весь этот беспорядок. За то, что не оправдал доверия. За то, что позволил… — он запнулся, — В общем, я крупно накосячил.

— Да, накосячил, — согласился Император. В его голосе не было гнева — только усталость, — Хотя… возможно, все к лучшему.

— В смысле? — Фома недоуменно моргнул.

— Покажи руку.

Лисовский закатал рукав. На его предплечье теперь красовалась изящная черная татуировка — полноценная метка Черного Солнца, как у Кости. Ничего общего с прежним уродливым радужным хаосом.

— Костя… то есть Безумов сказал, что артефакт исправил все дефекты, — пояснил Фома, проводя пальцами по узору, — Теперь это нормальная метка. И главное… — он на мгновение прикрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя, — Голоса исчезли. Впервые за столько лет в голове тихо. Никакого безумия, никаких шепотков из Бездны. Просто… покой.

— Занятно, — Император внимательно рассматривал метку, — Значит, артефакт не только поглотил тебя, но и… исцелил?

— Похоже на то. Костя говорит, что Черное Солнце было создано именно для этого — находить все «неправильное» и исправлять. Вот оно и… починило меня, что ли.

Александр Дмитриевич задумчиво кивнул:

— Что ж… и правда, юный Безумов… или как там его на самом деле… знает, о чем говорит.

— Простите, Ваше Величество, — Фома снова попытался встать, — Я знаю, что натворил много… нехорошего. И готов понести любое наказание. Но… — он сглотнул, — Попрошу об одном. Не отправляйте меня в одну камеру к Кривотолкову.

— Почему?

— Боюсь, не сдержусь и прибью его… Лучше уж казнь, чем снова озвереть и потерять себя.

— Казнь? — Император приподнял бровь, — Нет, Лисовский. У меня другие планы.

Фома замер.

— Империи нужны сильные бойцы, — медленно произнес Государь, — Особенно сейчас, когда ситуация становится все более… напряженной. Поэтому… — он сделал паузу, — Я буду рад, если ты вернешься на службу. В корпус Истребителей.

Фома рухнул на колени так резко, словно его подкосили:

— Ваше Величество! Но… как… после всего…

— Встаньте, Лисовский, — в голосе Императора появились строгие официальные нотки, — Вы офицер или где?

— Простите, я… — Фома с трудом поднялся. По его щекам текли слезы, — Я просто… не ожидал. Думал, в лучшем случае — пожизненная ссылка.

— Послушай, Фома, — Император положил руку ему на плечо, — Я знаю, что все эти годы ты был не в себе. Метка… она изменила тебя. Заставила действовать неразумно. Но теперь, когда ты исцелился… — он сделал паузу, — Теперь у тебя есть шанс все исправить. Искупить вину реальными делами.

— Я… — Фома судорожно вытер глаза, — Клянусь, я не подведу. Больше никогда.

— Верю, — кивнул Император, — К тому же… твой опыт взаимодействия с этой… гм… энергией Бездны… может пригодиться. Особенно в том, что касается Черного Солнца и его воздействия.

— Да, конечно! Я все расскажу! Хотя… честно говоря, помню не так уж много. Только обрывки. Будто в тумане все было. Лучше всего помню про наливку из Красных Кактусов…

— Ничего, — Александр Дмитриевич слегка улыбнулся, — Главное — что ты вернулся. И… кхм… надеюсь, теперь будешь более разборчив в выборе напитков?

Фома смущенно кашлянул:

— Ну… я планировал завязать. Или хотя бы перейти на что-нибудь менее… экстремальное. А то эта кактусовая наливка с ее арамейскими языками…

— Не продолжай, — поморщился Император, — Я читал рапорты о… гм… химическом составе той смеси в бутылках, которые ты притащил на стадион. До сих пор удивляюсь, как ты выжил.

— Железный организм! — Фома попытался улыбнуться, но осекся под тяжелым взглядом Государя, — То есть… я хотел сказать… В общем, больше никаких экспериментов с кактусами и прочими растениями. Обещаю. Максимум алоэ… для закапывания в нос.