Разве что Джин проявляла ко мне прежнюю лояльность. Она-то и рассказала мне, какой в доме поднялся переполох, когда Сэрдженсон вернулся один и рассказал, что случилось на станции.

Потом она в захлёб рассказывала про то, как миссис Пауэр устроила ей допрос на предмет, знала ли Джин о моих планах.

‒ Я честно ответила, что нет! Вы же ничего не говорили такого, ‒ высказалась юная служанка и, посмотрев на закрытую дверь мой спальни, она добавила. ‒ Но если бы вы и обмолвились о том, что хотите уехать, то я бы и тогда не призналась бы никому. Вы же не пленница тут, а гостья. Так почему бы вам не поехать в столицу, раз вам нужно?

Её слова меня порадовали. Но пришлось признать.

‒ Да Джин, мне нужно было в Лондон. Причём срочно. Но перед Сэрдженсон я всё же виновата. По факту я обманула его.

‒ Сэрдженсон добрый, так что он денёк помолчит, а потом отойдёт. У него и без этого забот хватает. Так что за это не переживайте, ‒ успокоила меня Джин. ‒ Да и миссис Пауэр сейчас не из-за вас в расстройстве. Завтра господин возвращается из столицы, вот экономка и муштрует всех.

‒ Завтра? ‒ удивилась я, потому что за всё время нашего пути из Лондона до поместья Хилс-Ррок доктор и словом об этом не обмолвился.

‒ Да, вот сегодня ваш дядюшка прибыл, за ним на станцию так же Сэрдженсон ездил с Бобом и Робом.

Об этом я уже знала. Сразу по прибытию в Хилс-Ррок, я попросила проводить меня к дяде. Но пообщаться с ним не смогла. У его кровати дежурила медсестра, прибывшая с ним из Лондона. Именно она мне и пояснила, что дорога оказалась для мистера Дойла очень тяжёлой. По приезду в поместье его тут же осмотрел доктор Роелз и назначил пропить восстанавливающие настойки. Ну и как положено здоровое питание и крепкий сон. Так что дядя сейчас спал, и, по словам медсестры, проспит до самого утра.

‒ Доктор прописал полный покой, ‒ сказала мне дама средних лет в сером платье с фартуком и красным крестом на груди.

Она выставила меня из спальни мистера Дойла, попрощавшись до завтра. Так что и этот пункт моего плана приходилось пока отложить. Все вопросы, которые я хотела задать дяде, оставались без ответов.

Меня так же огорчило, что по какой-то причине в Хилс-Ррок не приехала миссис Лотсен. Экономка мистера Дойла многое могла рассказать мне, про младшего брата хозяина. Ведь она служила в доме номер девять на Рекйэб‒стрит много лет и была лично знакома с младшим мистером Дойл. И почему я раньше никогда не интересовалась судьбой второго дядюшки. К стыду своему я даже имени его не знала. А спрашивать об этом у кого-то постороннего было бы верх неприличия.

Поэтому я безропотно пошла в свою комнату и позволила Джин самой выбрать мне платье для обеда и причёску. Вот во время укладки Джин и рассказала мне все новости случившиеся за моё столь непродолжительное отсутствие.

‒ Сегодня за обедом будет аж два доктора! ‒ вдруг осенило её. ‒ Представляете мисс? Два, доктор Роелз и доктор Белл.

Произнося имя второго доктора, юная Джин мечтательно закатила глаза. А потом, опомнившись или же вспомнив что-то, она залепетала,

‒ Говорят, мистер Белл был когда-то влюблён в одну из мисс, подопечных миссис Фелисити Хилс-Ррок, ‒ почти шёпотом сказала она, снова кинув взгляд на закрытую дверь. ‒ Но только я не знаю в кого из них. Это держится в тайне, потому как он сделал мисс предложение, а она отказала ему. Представляете?!

Так и хотелось ответить ей, не представляю!

Но всё же правила хорошего тона требовали, что бы сдержала эмоции и сделала вид, что мне не интересна эта сплетня. Именно так я и поступила.

Джин тут же поняла, что сболтнула лишнее и далее занялась моей причёской, молча.

Мы обе молчали. А внутри меня бушевали эмоции. Получалось, что мои догадки про влюблённость Вернера Белла в Бонни были небеспочвенными. И я с нетерпением ждала обеда. Пока я ещё не знала, смогу ли задать доктору Беллу свои вопросы. Да и вообще как выйти на эту тему. Но я намеривалась это сделать.

Только и в этом мне сегодня не повезло.

За обеденным столом нас и вправду было сегодня четверо.

Но говорил по большей части доктор Роелз. А мистер Вернер Белл больше молчал и лишь изредка отвечал на вопросы. И то лишь тогда, когда вопросы были адресованы лично ему.

Мисс Карлтон так же была сегодня непривычно разговорчива.

Мне она так ничего и не сказала по поводу моей тайной поездки в Лондон, но по взгляду её я поняла, что она меня осуждает. И где-то в середине обеда, она так же высказалась, но обращаясь не напрямую ко мне, а, в общем, по теме.

‒ Полностью согласна с вами мистер Роелз, парой современные леди забывают, что они леди, и считают себя полностью свободными в решениях и поступках. Вы согласны со мной, мисс Дойл?

До этого я была занята тем, что тайно наблюдала за доктором Беллом, и как-то не вникала в суть диалога между пожилым доктором и мисс Карлтон. Но когда она обратилась ко мне, перед этим высказавшись столько категорично, я аж растерялась. Меня немного шокировали её слова. Ведь она сама, дважды нарушала запреты сэра Артура и приезжала в Лондон. А сейчас она сидела за обеденным столом и рассуждала о том, какое поведение дозволительно, а какое нет для юной леди.

Всё трое гостей за столом ждали моего ответа. Молчание немного затянулось. Я сделала глоток вина и прочистила горло.

‒ Думаю, что это спорный вопрос, ‒ всё же ответила я.

‒ Но ведь это не так! ‒ возразила блондинка. ‒ На самом деле всё просто! Воспитание, происхождение, правила поведения в обществе, они накладывают определённые ограничения. Но ведь всё это не просто так, а ради безопасности самих леди. Мир за стенами родного дома жесток! Бедная Бонни пропала и я уже и не знаю, есть ли надежда найти её.

Такого поворота я не ожидала и уж точно не была готова к тому, что мисс Карлтон разрыдается прямо за столом. На этом обед и закончился.

Рыдающую блондинку увели в её комнату, оба доктора последовали за ней. А я осталась в столовой в гордом одиночестве. Аппетит у меня пропал, и я решила не задерживаться в пустой столовой и пойти в кабинет. Перед этим я поднялась на второй этаж и хотела проведать дядю, но строгая медсестра была на своём посту и уверив меня что с мистером Дойлом всё в порядке, она даже не пустила меня в его спальню. Зайдя в свою комнату, я взяла все свои записи и блокнот, а так же захватила и мистера Гарри. Пусть я ещё и не определилась в отношении попугая, друг он или нет. Но его заслуга в спасении Джона Рисса была неоценимой и поэтому, я решила дать мистеру Гарри второй шанс. Вот так, в полной боевой готовности я направилась в кабинет, готовясь к мозговому штурму. В моей голове было слишком много вопросов и идей. Так что ни о каком сне и речи не могло быть.

Только до кабинета я так и не дошла.

Потому что, именно в этот момент и заявился незваный гость.

Мистер Айзек Икстрен нынешний Глава Тайного Сыска Её Величества прибыл в поместье Хилс-Ррок с несколькими полицейскими в форме.

Этих джентльменов встретила миссис Пауэр. Она пустила незваных гостей дальше порога и тут же отправила служанку за доктором Беллом. И лишь когда Вернер Белл пришёл, мистер Икс вручил ему какой-то документ.

Я наблюдала за всем происходящим с лестницы и до меня не доходили звуки, поэтому я толком ничего и не слышала. Но зато я точно увидела, как вскрикнула миссис Пауэр и схватившись за сердце чуть не упала на пол. Кто-то из сыновей, Боб или Роб, стоявших за её спиной, успели подхватить её грузное тело и усадили на ближайший диванчик.

Доктор Белл тут же поспешил на помощь экономке.

А мистер Икс и его сопровождающие вошли в дом и направились к лестнице. Уже им в след доктор Белл крикнул.

‒ Икстрен! Ты не сможешь арестовать Артура! Его здесь нет!

Как арестовать? За что?

У меня в голове не укладывалось, что это всё происходит в реальности. Неужели мистер Икс действительно прибыл в поместье Хилс-Ррок, чтобы арестовать Артура. Глава Тайного Сыска Её Величества лично прибыл из столицы, чтобы арестовать хозяина дома?