Нужно было срочно исправлять собственные ошибки.

Опустив голову, и всё ещё не рискуя открывать глаза, я одной рукой прижала зонтик к своей груди, а вторую руку завела за спину и начала искать ручку. И я её нашла. Но не успела открыть. Мужская рука последовала за моей, и вот уже его ладонь накрывают мою.

‒ Вам следует спуститься вниз, мистер Хилс-Ррок, ‒ смогла сказать я и надавила на ручку, планируя спастись бегством.

При этом дракон не мешал мне. Наоборот, он даже подтолкнул дверь, чтобы она открылась. Но свободу я не обрела. Мужская рука легла на мою поясницу и прежде чем отпустить меня, дракон тихо сказал, обжигая своим дыханием мой висок.

‒ А вам, Шерлиз следует послушаться меня и более не вмешиваться в моё расследование. Иначе, вы пожалеете.

‒ Вы мне угрожаете? ‒ опешила я.

Такого я точно не ожидала и поэтому вся моя рассудительность улетучилась. Я резко открыла глаза и отклонилась назад, чтобы посмотреть в лицо дракону.

‒ Нет, я лишь предупреждаю вас. Если вы и дальше будете вести себя неподобающим образом, то мне придётся сделать так, что вы и шагу не сделаете из своей спальни.

‒ Неподобающим образом?! ‒ не поверила я своим ушам и попыталась вырваться из мужских рук. ‒ Да, вы! Вы…

На кончике языка так и крутились с десяток нецензурных фраз и слов, чтобы выразить весь мой гнев. Но пришлось снова сдержаться. В голове так и звучал голос мистера Гарри, что я леди, а леди даже думать так не умеют.

И хоть на самом деле мистер Гарри всё ещё хранил молчание, он всё же помог мне, став моим орудием. Сотрясая зонтик в руке, я смогла отвоевать свою свободу.

‒ Пустите меня, мистер дракон! И ступайте вниз. Думаю, что ваш кузен уже потерял вас. Обещаю вам, что буду вести себя благопристойно и в ваше расследование вмешиваться не буду.

‒ Обещаете? ‒ не слишком веря мне, переспросил дракон, переведя взгляд с моего лица на зонтик в моей руке.

Но всё же убрал руку с мрей талии и дал мне возможность сделать несколько шагов назад. Оказавшись в собственной спальне, я успокоилась и решила проявить великодушие, то есть сделать вид, что я реально выполню обещание. Скрещенные пальчики, я спрятала за спиной.

‒ Да! Слово леди, ‒ кивнула я.

После моей последней фразы дракон перевёл взгляд с головы попугая на моё декольте, и в его глазах я успела прочесть усмешку.

‒ Леди?

Это стало последней каплей, и если бы не молниеносная реакция дракона, я бы пробила бы ему лоб клювом мистера Гарри.

‒ Пожалейте ваш зонт, леди. Он и так уже пострадал и уверен из-за вас, ‒ сказал дракон, прежде чем закрыл дверь прямо перед моим носом.

Сначала я не поняла, о чём речь, но стоило приглядеться получше, то сразу стала понятна причина молчания мистера Гарри. У попугая отсутствовала нижняя часть клюва. Почему я не обратила на это внимание раньше, и дураку было понятно. Всё из-за дракона. Но теперь, когда я смотрела на сломанную ручку зонтика, я чувствовала свою вину. Наверняка, мистер Гарри пострадал из-за меня. Я ведь даже и не помнила, в какой момент потеряла его. Точнее выпустила из рук. А он ведь много раз предупреждал меня, чтобы я была аккуратней и не сломала его.

Теперь же при взгляде на сломанную ручку зонтика я чувствовала не только вину. Мне казалось, что я потеряла верного друга. Неудивительно, что миссис Лотсен пришедшая проведать меня, застала всю в слезах. Но стоило ей заикнуться про доктора Смита, как я тут же взяла себя в руки.

‒ Нет, не нужно докторов, ‒ утерев слёзы, поданным мне платком, я завалила экономку вопросами. ‒ Что с дядей? Как его самочувствие, что сказал доктор Белл и доктор Смит? Зачем доктор Белл попросил успокоительные, если дядя и так спал? Они ушли? Доктора и мистер Хилс-Ррок? Если да, то может я спущусь и проведаю дядюшку?

Миссис Лотсен долго отвечала на мои вопросы. Я была очень удивлена, что она и словом не обмолвилась о моём присутствии в кабинете и моём внешнем виде в тот момент. По понятным причинам, я не стала заострять на этом её внимание. В итоге я узнала, что успокоительные доктор Белл попросил принести не для мистера Дойл. Доктора дружно решили, что самой миссис Лотсен нужно выпить успокоительное. С дядей же всё не так плохо.

‒ Приступ был вызван сильным нервным переживанием. Но сейчас кризис уже позади и через пару дней мы уже и не вспомним об том, что случилось сегодня, ‒ говорила миссис Лотсен, наблюдая, как я пью бульон. ‒ Главное лекарство это покой и никаких сильных эмоций.

‒ Понятно, полный покой и никаких стрессов, ‒ согласилась я с ней, отдавая почти пустую кружку.

За неспешным разговором нашей экономки, я и не заметила, как она вручила мне эту кружку. Мерный, монотонный голос достопочтенной миссис, меня убаюкивал. Странно было, что успокоительное доктора ей прописали, а действовало оно на меня. Вот я уже не сидела на кровати, а лежала. Моя голова покоилась на подушках и я зевнула.

Довольная тем, что я выпила почти весь бульон, экономка забрала кружку, поправила моё одеяло, переложила зонт с кровати на комод и пошла к двери. Делала она всё это неспешно, а мои веки тяжелели.

‒ Вам тоже доктора прописали полный покой, ‒ уже стоя в дверях, сказала миссис Лотсен, ‒ Отдыхайте, мисс. Доктор Белл сказал, что для вас сон это лучшее лекарство. Доктор Смит завтра зайдёт и проведает мистера Дойл и вас.

‒ Меня? ‒ уже сквозь дрёму переспросила я. ‒ Нет, меня не надо.

Но экономка уже закрыла дверь и не услышала мои протесты.

А моё внимание переключилось на комод. Мистер Гарри сиротливо лежал на комоде и молчал. Перед тем, как я провалилась в крепкий сон без сновидений, моей последней мыслью было:

‒ Первым делом завтра с утра, найду мастера по зонтам. Или по попугаям, или…? А кто чинит магические зонты?

Увы, ответ на этот вопрос я нашла не сразу, как и мастера который смог починить клюв мистера Гарри. А вот если бы сделала это на утро следующего дня, то избавила себя от многих неприятностей. Ведь именно мистер Гарри точно знал, что случилось в Пассаже и кого мне следовало опасаться.

Но всё сложилось по-другому.

И виной тому была не я, а доктор Смит, из-за которого мне пришлось сразу после завтрака покинуть дом номер девять на Рекйэб‒стрид.

Утром следующего дня я чувствовала себя полностью здоровой.

Точнее почти здоровой. Из-за шишки на затылке я так и не смогла сделать привычный пучок, а без него ни одна из моих дамских шляпок не держалась на моей голове. Шпильку же некуда было вставлять.

Но не это стало моей самой большой проблемой в то утро.

Проснувшись, я быстро привела себя в порядок. Утренние процедуры обычно у меня занимали больше времени, но сегодня мне нужно было спешить. Угроза встречи с доктором Смитом честно говоря меня не радовала и я решила избежать этой встречи всеми правдами и не правдами.

И это способствовало моему хорошему самочувствию.

Ещё до завтрака я спустилась вниз, проведала дядю, который мирно спал и выглядел хорошо. Миссис Лотсен так же уже не спала и была очень удивлена, застав меня в комнате дяди. Мне пришлось уверить её, что я чувствю себя хорошо и не прочь бы позавтракать. Она же в свою очередь успокоила меня, сказав, что ночь прошла тихо.

‒ Мистер Дойл не просыпался. Но доктор Смит сказал, что так и должно быть. Доктор придёт после завтрака, и к этому времени хозяин должен будет как раз проснуться. – тихо кудахтала миссис Лотсен,, как наседка, заботившаяся о своём птенце.

Поправив одеяло и выпроводив меня из спальни дяди, она многозначительно добавила.

‒ Так сказал доктор.

Спорить с экономкой не было смысла, и мы разошлись с ней, она пошла на кухню, а я в кабинет мистера Дойл, а оттуда в типографию.

Пар было заняться привычными делами.

Это была суббота.

По субботам я обычно занималась упаковкой и отправкой понедельничного выпуска нашего журнала нашему первому и самому большому партнёру. Книжный магазин на Риджент-стрит. Должна признаться, когда я только обдумывала свой бизнес проект. Лишь мистер Броди, управляющий и совладелец этого магазина согласился заключить со мной договор и выставить на продажу наши рассказы. Конечно же официально я действовала от лица дядюшки, мистера Дойл. Но мистер Броди довольно быстро понял, что это лишь прикрытие, и дело ему придётся вести именно со мной. Но это не изменило его решение и в итоге мы все оказались в выигрыше.