Стоило об этом подумать, как в доказательство мне прилетел вопрос от мисс Карлтон. Блондинка оторвалась от созерцания старинного дома и спросила, внимательно всматриваясь в моё лицо.

‒ Мисс Дойл, а вы раньше были знакомы с Артуром?

Мой взгляд мисс Карлтон оценила неверно и тут же поспешила исправиться, ошибочно пологая, что меня смутил не сам её вопрос, а то, как она фривольно назвала дракона по имени, опустив все правила. И почему-то ей не пришла в голову мысль, что это случилось не впервые, и ранее меня это не задевало. Ведь она и раньше называло его по имени, без слова сэр или мистер. А сейчас вот засмущалась.

‒ Прости мисс Дойл, я хотела спросить, вы ранее были знакомы с сэром Артуром, мистером Хилс-Ррок?

Её заминка дала мне время, на то чтобы прийти в себя и принять решение, как же ответить на её вопрос. Решение было простым, я ответила правду.

‒ Нет, ‒ сказала я ровным голосом. ‒ Я впервые встретилась с мистером Артуром Хилс-Ррок в тот же день, когда и познакомилась с вами.

Говорить правду было так легко и даже приятно. Но кажется, мне не спешили поверить. Тут было два варианта, либо мисс Карлтон знала, кто я на самом деле, что моя фамилия не Дойл, а Монтигрин и я бывшая невеста сэра Артура. Или же ей не давал покоя тот факт, что она застала нас вдвоём в типографии. Может сначала она и не поняла, что именно случилось, но ревность могла навести её на всякие мысли.

Принимая это во внимание, я добавила к своему ответу:

‒ Ну, разве что с мистером Хилс-Ррок мы встретились чуть раньше. И когда миссис Лотсен сообщила дяде, что прибыла новая посетительница. Дядя попросил меня показать его старому другу, мистеру Хилс-Ррок наш типографский цех.

И снова говорить правду было легко. А вот щёки мисс Карлтон покрылись румянцем. Это подтвердило, что всё же второй вариант был верным. Пока эта блондинка и не ведала, что я бывшая невеста обожаемого ею сэра Артура. И я намеревалась сделать так, чтобы и впредь так оставалось. Даже было страшно представить, какая будет у неё реакция, узнай она правду. Так что нужно было срочно сменить тему.

‒ Мисс Карлтон, скажите а вы помните содержания письма, того самого последнего, полученного вашей кузиной от доброжелателя? ‒ задала я вопрос. ‒ Дело в том, что вчера в кабинете дяди случился небольшой пожар и многие документы сгорели.

‒ Ещё один пожар! ‒ ужаснулась блондинка.

‒ Ну там по сути был не пожар, а кто-то намерено сжёг корзину с бумагами, предварительно сложив в неё всё что было собранно по нашим послюним делам, ‒ вот тут я немного слукавила, но другого варианта у меня не было. ‒ Почти всё утрачено! И то письмо, что вы отдали мистеру Дойлу, мы тоже не смогли найти.

‒ Это ужасно! ‒ заохала мисс Карлтон и добавила. ‒ Вот уверена и это повлияло на решение вашего дяди отправить вас подальше от Лондона.

Спорить с ней в этом вопросе было бессмысленно, и я согласилась.

‒ Вы правы, ‒ сказал я и добавила. ‒ Но если другие документы дядя сможет хоть как-то восстановить, отчёты полицейский, показания свидетелей и прочее, то вот с тем письмом только вы можете нам помочь.

‒ Да, понимаю, но я вряд ли смогу, ‒ развела руками блондинка.

Мы уже подъехали к главному входу и нас вышли встречать слуги во главе с экономкой в чёрном платье. Миссис Пауэр вышла вперёд и ждала, когда один из её сыновей откроет дверь экипажа и поможет нам выйти.

Поэтому я поспешно сказала.

‒ Уверена, что у вас это получиться. Ведь я знаю, что вы не единожды перечитали это письмо. Мне же кажется важным восстановить содержание этого письма. Может быть, как появиться свободное время вы уединитесь где-нибудь в тихом месте и попробуете написать то, что помните?

‒ Хорошо, мисс Дойл, ‒ согласилась она и снова её глаза начали поблёскивать, она снова хотела поплакать и еле сдерживалась. ‒ Да, я сделаю то, что вы просите. Если вы уверена, что это может помочь найти Бонни, я постараюсь. Обещаю!

‒ Вот и замечательно, ‒ улыбнулась я. ‒ Первым делом этим и займёмся. Договорились.

Блондинка кивнула в ответ, но вслух ничего сказать не успела.

Дверь экипажа открылась, и мне пора было сдаться под опеку миссис Пауэр. Эта невысокая и пышная женщина точно была генералом в юбке.

Она радушно поприветствовала меня, потом начала раздавать приказы слугам. Все тут же засуетились. А меня под белые рученьки повели в дом.

‒ Вы же уже знакомы с Джин, мисс Дойл? ‒ спросила у меня миссис Пауэр, когда мы вошли в дом.

У лестницы стояла знакомая мне по первому визиту в этот дом милая девушка в униформе горничной.

‒ Да, мы знакомы. Доброе утро Джин, ‒ улыбнулась я и кивнула, в ответ на глубокий реверанс горничной.

‒ Вот и замечательно! ‒ радостно сказала миссис Пауэр. ‒ Мисс Дойл, пока вы гостите в поместье Хилс-Ррок, Джин будет вашей горничной. Она проводит вас в вашу комнату, чтобы вы отдохнули с дороги, а потом разберёт ваш багаж.

Мы расстались с мисс Карлтон, и каждая пошла в свою сторону. Я вверх по лестнице, а она решила выполнить данное мне обещание и направилась в кабинет, который был и библиотекой. Чтобы в тишине попробовать восстановить текст утраченного письма.

Меня же Джин повела в спальню, отведённую мне миссис Пауэр.

Спорить с экономкой и уверять её, что я не устала и мне не нужно время на отдых, было бы бесполезно и к тому же совсем неправильно. Теперь я понимала, что первоначально меня смутило в этом доме. Здесь не было дворецкого. Во всех именитых домах Британии обязательно должен быть дворецкий, а в родовом доме драконов Хилс-Ррок главной в иерархии слуг была экономка миссис Пауэр.

‒ Джин, скажи а в этом доме есть дворецкий? ‒ спросила я у горничной, когда мы оказались в комнате одни.

Это была та же спальня, в которой я гостевала в прошлый свой визит.

‒ Был, ‒ лаконично ответила мне Джин.

Я молча ждала более подробного ответа, и после того, как Джин бросила острожный взгляд на закрытую дверь, я всё же услышала развернутый ответ.

‒ Мистер Лисон был сыном прошлого дворецкого, но как только освободилось место дворецкого в лондонском доме, он переехал туда. С тех пор прошло уже лет пять, а то и более, но нового дворецкого так и не приняли, ‒ сказала Джин и совсем тихо добавила. ‒ Говорят, что он тоже видел приведение и поэтому уехал и всем сказал, что никогда не вернётся в этот дом.

Вспомнив приведение, я улыбнулась. Ну не такое уж оно и страшное. Вслух этого я, конечно же, не сказала потому, как не забыла, что Джин и сама до жути боится приведения в библиотеке.

Дальше мы не развили эту тему, так как в дверь постучали. Это Боб и Роб принесли мой багаж. И тут выяснилось, что где-то во время пути из Лондона до поместья Хилс-Ррок кто-то уронил коробку, в которой была упакована моя печатная машинка. Стоило мне увидеть помятый край коробки, как внутри всё опустилось.

Роб и Боб в один голос уверяли меня, что они точно не роняли коробку. При этом тот, кого звали Боб сказал, что когда багаж забирали на станции, всё было уже так. И если нужно, то они готовы поехать на станцию и оформить претензию, за причинённый ущерб.

Отправив лакеев заниматься своими делами. Я не спешила распаковывать коробку. Всё ещё теплилась надежда, что печатная машинка не пострадала от падения или что там с ней ещё могло случиться.

Джин занялась моим багажом. Она молча развешивала платья в шкаф и раскладывала другие предметы моего гардероба по полкам комода.

Сняв дорожное платье и ботинки, я переоделась в более легкое домашнее платье и прилегла на пять минут. Была уверена, что всего на пять минут, ведь именно столько понадобиться Джин, чтобы закончит свою работу и удалиться.

У окна стояла кушетка, и я удобно устроилась на ней, взяв в руки свой блокнот. Но сосредоточиться на записях в блокноте так и не смогла. Взгляд мой постоянно возвращался к секретеру, на котором стояла коробка с печатной машинкой.