Потом я как-нибудь расскажу вам о некоторых наших делах, которые заставили инспекторов Скотленд-ярда запомнить моё имя.

А сейчас наряду с другим очень интересным и опасным делом (из-за которого я и была сегодня с утра в Доме Желаний мадам Паскаль) у нас появилось новое дело.

«Таинственное исчезновение мисс БКЛ».

Обсуждение этого дела, после ухода дракона и кузины его невесты, у нас дядей заняло немного времени. Мистер Гарри, как нестранно, в этот раз больше слушал и почти не вмешивался в наш диалог. Пока у нас было больше вопросов, чем ответов и мне действительно следовало посетить Ррок‒парк. Но перед этим я всё же решила посетить ещё одно место, а потом уже отправиться на вокзал.

Переодевшись в приличное платье и прихватив с собой блокнот в кожаном переплёте, я надеялась незаметно ускользнуть из дома, но была застигнута мистером Гарри в прихожей. Он стоял у стола и ждал меня.

‒ Ну что‒ооо в путь! ‒ утвердительно сказал он.

Сколько я не пыталась, на какие только уловки я не шла. Но я так и не смогла понять, каким образом мистер Гарри перемещается. Он в любой момент мог оказаться в любом месте. Так было, по крайней мере, в доме номер девять по Рекйэб‒стрид. В других же местах, когда мне всё же приходилось брать его с собой, он всегда оказывался рядом со мной, даже если я «случайно» забывала его прихожей чужих домов. Хозяева тех самых домов смотрели меня, как на полоумную. Особенно если на улице стояла хорошая погода. Впрочем, в Лондоне это случалось редко. Так что в пасмурные дни, такие как, например, сегодня, присутствие мистера Гарри почти ни у кого не вызвало бы вопросов.

Поэтому пришлось перебороть своё желание не брать его с собой.

Попрощавшись с дядей, я перекинула через голову ремешок своей небольшой, но вместительной дорожной сумки, чем-то похожей на сумку почтальона, но в более дамском, миниатюрном и даже немного гламурном варианте. В этой сумке было всё, что могло мне понадобиться не только в дороге, но и в случае если придётся досматривать место преступление. В отдельном кармане внутри была даже лупа с увеличительным стеклом. И ценность её была в том, что при добавлении ещё одной специальной линзы, можно было видеть те самые магические следы. По цвету и структуре оставленных следов можно было судить, какая магия использовалась преступником.

Прямо перед выходом из дома, я ещё раз проверила содержимое сумки, поправила выбившиеся прядки из строго пучка на затылке, надела шляпку и посмотрела на мистера Гарри.

‒ Сэр, тучи уже рассеиваются, и погода обещает быть лучше. ‒ всё же решила я попробовать, отговорить его от поездки. ‒ Может быть, вам стоит остаться дома с мистером Дойл? Уверена, вам будет, о чём поговорить. Он прочтёт вам один из моих черновиков, и вы внесёте правки. Уверена, что пятьдесят процентов успеха наших «Лондонских этюдов» это ваша заслуга. Вы лучший из редакторов‒консультантов!

Моя похвала, граничащая с лестью, возымела успех. Этот сноб выслушал её с довольством, и даже закатил глаза. Но, увы, это не заставило его изменить своё решение, он намеривался поехать со мной, во что бы то ни стало.

‒ Не заговаривайте мне зубы, молодая леди! ‒ строго сказал мистер Гарри и выжидающе посмотрел на меня, добавив. ‒ Тем более это‒ооо глупо‒оо, так как у меня их нет. Нам пара выходить! Так что‒ооо поспешим, а то‒ооо опоздаем на поезд!

Смирившись с неизбежным, я мысленно успокоила себя. За несколько месяцев пребывания в Лондоне я поняла, что здесь и без меня достаточно чудиков и потому, простые обыватели уже не так резко реагируют на что-то необычное.

А в полицейском участке, куда я собиралась заглянуть перед поездкой в Ррок‒парк, все уже привыкли к тому, что я мисс «болтающая со своим зонтиком».

Да, да! Вы не ослышались. Мистер Гарри был ручкой от зонтика в виде головы попугая. Да к тому же он мог делать так, что другие видели его как просто красивую вырезанную из дерева выкрашенную яркими красками ручку от зонтика‒трости. А вот я видела, как менялось выражение его лица, как он отрывал клюв и закатывал глаза, как ершился его хохолок, и самое ужасное я слышала его противный голос, вечно высказывающий свои недовольство всем, что происходило вокруг.

Ну и, конечно же, вы все понимаете, что использовать его по прямому назначению мне не представлялось возможным. Мистер Гарри не любил, когда его переворачивали вверх головой. Он начинал больно щипаться своим клювом и ругаться на меня благим английский матом (да-да, у благородных англичан тоже есть выражения неподдающиеся приличному переводу, таких витиеватых фраз перенасыщенных причастными и деепричастными оборотами и эпитетами, я ранее и не слыхала).

Вот и приходилось мне таскать всюду с собой зонтик, который не спасал меня от дождя, а ругался как сапожник и всюду совал свой крючковатый нос, точнее клюв.

‒ Хорошо, я возьму вас с собой, но при условии, что вы будите молчать! ‒ поставила я условие, но потом чуть смягчилась. ‒ Молчать пока рядом будет кто-то, и заговорите лишь, когда я буду одна!

‒ А разве когда-то‒ооо бывало-ооо по-другому? ‒ не согласился со мной, но и не отказался от выдвинутого мною условия мистер Гарри.

‒ И никаких эпитетов, высказываний и прочего. Чтобы не случилось, вы выскажите мне своё мнение, лишь когда мы окажемся наедине! ‒ продолжала я настаивать. ‒ Да вы очень внимательны к деталям и знаете этот мир лучше меня, но если повториться то, что случилось в доме миссис Перепетью, то всё закончится тем, что меня закроют в психушке. Мистер Гарри, вам это понятно?

‒ Да, мисс Дойл! ‒ ответила голова попугая. ‒ Так мы идём или нет?

Напольные часы в прихожей, пробив полдень, тоже напомнили мне, что стоит поспешить. Я взяла зонт за середину трости, ручкой вверх и вышла из дома. Погода была скверной, дождь хоть и не моросил, но было пасмурно.

Поймав кэб, я отправилась в Скотленд-ярд. Мне следовало аккуратно узнать, не занимается ли делом исчезновения мисс Карлтон-Лейк кто-то из знакомых мне инспекторов. И вообще открыто ли дело или же всё держится втайне от полиции, и мистер Хилс-Ррок рассчитывает только на свои силы.

Конечно же, я не собиралась оповещать всех о том, что знаю, но я была уверена, что если в полиции что-то знают, то мне эта информация не будет лишней. Идею тут же посетить место преступление, а именно торговый Пассаж, я отмела. Прошло уже слишком много времени, и я навряд ли найду там физические или магические следы, указавшие бы мне на преступника. Раз сам бывший глава тайного сыска Её Величества не смог поймать преступника по горячим следам.

Несмотря на это я всё же собиралась посетить Пассаж, но завтра. Как я уже уяснила простые люди, продавцы, лавочники, аптекари и прочие с милой мисс Дойл общаются куда более охотней, чем с полицейскими в форме.

Кэб уже подъехал к участку, и я вышла на улицу, когда мои раздумья прервал голос мистера Гарри.

‒ А миссис Перепетью должна быть нам благодарна, мы спасли её мужа от виселицы, а её дочь от незавидного брака, выведя её жениха‒мошенника и убийцу на чистую воду. Так что

‒ Ещё слово и вы возвращаетесь домой! ‒ тихо процедила я, перебив не в меру говорливую птицу и стараясь не привлекать внимание прохожих.

Мистер Гарри понял намек, и следующий час он молчал.

Именно столько времени у меня ушло на посещение полицейского участка, дорогу до вокзала, покупку билета, ожидания поезда и посадку на него. Увы посещение полицейского участка мне ничего не дало. Либо дело было секретным, и о нём мало кто знал и говорил. Либо же семья и жених скрывали от всех информацию об исчезновение мисс Карлтон-Лейк.

Именно это и кое-что ещё я и собиралась узнать от мисс Карлтон в частной беседе. Мне казалось, что эта юная леди хотел нам ещё что-то рассказать, но при женихе своей кузины не стала этого делать. Хотя подозрение с неё я пока не снимала.

Устроившись в удобном кресле у окна, я достала свой блокнот. Купе, в которое я купила билет, было рассчитано на шесть пассажиров, но мне повезло и соседей у меня не оказалось. Поэтому я могла смело заняться анализом имеющихся у меня уже фактов. Даже могла обсудить их с мистером Гарри. Несмотря на дурной характер, он иногда и вправду замечал что-то, чего не видела я, и порой давал дельные советы. Удобно расположив его на противоположном кресле, я сама подняла столик и положила на него открытый блокнот.