— Подкуп?

— Обещание, — твердо заверил старика.

— Как отец, который безгранично любит свою дочь, я желаю Сакру только счастья. Выбор всегда будет за ней, и я не собираюсь… ограничивать. Но и оставить дочь никогда не смогу, а тем более подвергнуть опасности. И как я понял, ты тоже пленник из вашей мистической тюрьмы. Так?

— Да, верно.

— За что тебя осудили? Пойми, я не в восторге, что дочка влюблена в преступника. Тем более рогатого и красного, пылающего огнем и отрывающего головы, не прилагая особых усилий, — давил Миркару, совершенно не стесняясь в выражениях.

Не рассчитывал на такой откровенный разговор так скоро, но как я уже сказал, раз старик спрашивает, значит должен был быть готов к любым ответам. И я рассказал свою историю без прикрас: о своем происхождении, о власти, о статусе, об убийстве больного отца, о предательстве брата, о приговоре без суда и следствия, о 22-х годах заключения.

К тому моменту, как я закончил говорить, первые лучи утреннего солнца осветили землю. Миркару сидел рядом, спокойно слушая и иногда хмыкая под нос. По выражению его лица ничего понять было нельзя.

— Сложная ситуация, Ворт. Я еще не знаю, как все устроено в вашем мире, но обращайся, если нужен будет совет. Увы, кроме совета я больше ничем помочь не смогу.

— Вам не стоит в это лезть, Миркару. Я поделился своей историй, чтобы между нами не было недопонимания, а у вас вопросов. Этот путь я должен пройти сам.

— Ошибаешься, — возразил Миркару. — Моя дочь последует за тобой. И даже я или братья Сакру не остановят. Она очень упертая. Если решать твои… проблемы, то всем вместе.

— Я собирался оставить ее в доме Харристо. Там безопасно и спокойно…

— Сакру-Сакру, в какую же задницу ты залезла⁈ — не сдержал эмоций Миркару. — Ворт, она совершила преступление, соврала семье, убила сопланетника из правящего клана, пересекла грань миров только потому, что любит тебя. Ты всерьез думаешь, что она будет спокойно ждать, когда ты очистишь свое имя и придешь за ней?

— Так безопасно и правильно. Да и о своих чувствах Сакру мне не говорила, — неловко было обсуждать с отцом девушки отношения между нами.

— Ворт, на Крикраме я был в Собрании правящих миром. В моих силах было изменить существующий порядок, начать борьбу, исправить тысячелетние ошибки и дать шанс крикрамцам на светлое будущее. И я понимаю, что этот путь был сложен и тернист, но вполне реален. Однако я выбрал семью. Выбирая между миром, спасением всех жителей Крикрама и семьей, я выбрал последнее не раздумывая. И не потому, что слаб или боюсь сложностей, нет. Лишь оттого, что безгранично люблю своих детей. А видя Сакру и боль в ее глазах, не смог отказаться. Выслушал, доверился, собрался. За своими любимыми я пойду куда угодно и сделаю все, чтобы их жизни были в безопасности. Поэтому если ты потянешь за собой мою дочь, то знай — я последую за вами пока не удостоверюсь, что ты сможешь дать ей нормальную жизнь. Я поверил твоим словам, но как такого доверия у меня к тебе нет.

— Я вас понял, Миркару. И я не желаю рисковать Сакру, оттого и хочу оставить ее в доме Харристо, — понимал, что в словах старика была правда. Если моя девочка захочет, ее не остановит ничего: ни неизвестный мир, ни отсутствие документов, ни ее слабая подготовка.

Сакру меня любит… Теперь я это понимаю. Миркару прав, ведь не стала бы его дочь возвращаться ко мне, лишая себя мирной и тихой жизни в достатке. Нет, она рискнула и сознательно выбирала лесную хижину ведьмы, компанию преступников и сон на полу.

Моя девочка…

— Я буду следить за тобой, Ворт. И надеюсь, что ты меня не разочаруешь. Если ты любишь мою дочь, то будешь всегда выбирать ее, а не власть и возмездие, — поднялся на ноги Миркару.

— Вы отговариваете меня? Или думаете, что если я оставлю попытки вернуть себе свое место, то жизнь станет проще? Дело не в моем желании занять престол и стать королем, не в честолюбии и алчности, а в выживании. Вы не знаете моего брата… Тем более скоро он будет в курсе моего освобождения. Начнется охота: кровавая, безрассудная, жестокая. И победитель будет только один — или я, или брат. В моем случае я выбираю власть не ради себя, своего эго или народа, а именно ради Сакру и близких.

— Что ж, раз так, то у нас впереди много дел, — хлопнул ладонями по коленям Миркару. — Не смотри, что я уже в возрасте. Я полон сил.

— Вам следует сначала привыкнуть к Валерии и освоиться. Да и Сакру по вам очень скучала, — поднялся я на ноги и приветственно кивнул Фавираку, который все это время подслушивал нас, стоя у двери. — Сегодня после полудня отправимся в особняк Харристо. Дальше посмотрим по обстоятельствам.

Сакру

Я спала без сновидений. Выспалась хорошо несмотря на то, что Тюр и Буро зажимали меня во сне с двух сторон. Потянулась, аккуратно высвободилась и посмотрела на спящих братьев. Такие спокойные, умиротворенные. Как же я по ним скучала!

Быстро переоделась в чистую рубашку и брюки, произнесла заклинание очистки, отмечая, что резерв восстановился. Прочесала волосы пальцами и поморщилась, разглядывая зелено-серые пряди. Интересно, а с помощью магии можно вернуть себе натуральный оттенок?

А где же отец? Неужели уже встал и куда-то пошел? На цыпочках прошла к двери, чтобы не разбудить братьев, выскользнула из комнаты. Если честно, то я старалась занять голову любыми мыслями, лишь бы не возвращаться к воспоминаниям последних мгновений на Крикраме. Я убила крикрамца из правящей семьи и нейтрализовала Наблюдателей. Можно, конечно, успокаивать себя тем, что новый мир — новая жизнь, но не получалось. Я — это я, где бы ни была. Был ли у меня выбор? Нет. Или я и мои родные, или он — батар Черкасе.

Я. Убила. Живое. Существо.

И в моей памяти навсегда отпечаталось его посеревшее лицо, дымок из груди, судороги и безжизненные глаза. И мне с этим жить. Убийца…

— Уже проснулась? Как отдохнула? — напугала меня Анемон, вручая мне чашку с чаем. — Все уже встали и разбрелись по делам.

— Все хорошо, — благодарно кивнула жрице. — Где мой отец?

— На поляне. Там все мужчины, — лукаво улыбнулась Анемон. — Что-то планируют, даже ругаются. Останься со мной, поговорим.

Анемон была слишком мягкой сегодня утром, но это обманчивое чувство. Жрица могла изменить свое поведение и тон по щелчку пальцев.

— Хорошо, — согласилась и присела на расстеленную перину на полу. Отпила чай, пытаясь найти там горькие нотки дурмана.

Анемон тоже взяла себе чай и присела рядом. Жрица откинулась на стену за спиной и прикрыла глаза.

— Почему ты вернулась, Сакру? Из-за опасности на Крикраме или из-за Ворта?

— Это важно? Конечно, важно, — сама ответила на свой вопрос. — Из-за всего, Анемон. Моей семье грозила опасность, а я не могла оставить их там. Если ты о решении вернуться — я приняла его, еще будучи здесь с вами. Новой Сакру, что провела два месяца в углу Кракса, пробудила магию и… влюбилась в демона, больше нет места на Крикраме. Я могла бы себя обмануть, сделать вид, что ничего не произошло, забыть про силы, отец бы помог, нашел решения и все вернулось в обыденное русло… Но дело только во мне. Я не хочу жить, обманывая и притворяясь, понимаешь?

— Да, конечно, — кивнула Анемон. — И я рада, что ты с нами, Сакру. Но дальше будет сложнее. Вчера ночью, когда Эрвальд открывал портал для тебя, на нас напали. Это была стража соседнего городка и среди низ был друид.

— Жрец?

— Нет, скорее всего разведчик. Он скрылся от Фавирака в диком облике, а значит обо всем доложит сначала городничему, а тот непосредственно королю. И если Игар узнает, а он точно узнает, то за Вортом начнется настоящая охота.

— И что делать? Ворт же законный наследник! И он говорил, что есть документы с указами его отца, и…

— Игару все равно. Он одержим своей властью, — вздохнула Анемон. — Через пару часов мы уходим из леса Растич. Точно не знаю куда, но уверена, что мужчины придут к единому решению.