— Весь первый год в углу я приходил сюда и мог подолгу всматриваться в даль. Все ждал, что рано или поздно на горизонте появится корабль. Хотя знал, что из себя представляет угол Кракса, но все равно надеялся. Бессмысленно. Надрывно. Обреченно…

— Неужели никто не пытался бежать? Можно же построить лодку, — поделилась я мыслями с демоном. — Сичар не всегда такой буйный. И можно найти возможность уплыть.

— Пытались. Во-первых, спуск к большой воде единственный — тот туннель из грота с источником. В часы отлива можно спуститься к воде. Но сам выход слишком узкий, чтобы протащить там лодку.

— А если расширить его? Дворфы же прорубили множество туннелей, — не унималась я.

— Будет обрушение. Тогда мы останемся без рыбы и водорослей. И возможно, что без источника. Камни там не особо крепкие, а еще сильные волны, постоянно бьющие по линии берега.

— Страшно представить, что мне придется провести здесь остаток жизни… Одна надежда, что Эрвальд найдет меня.

— Скучаешь по дому? — пристал Ворт. Поняла, что прогнать его не смогу. И нагрубить тоже. И вроде спокойно разговариваем, и демон не позволяет себе лишнего.

— Очень. А ты не скучаешь по свободе? Как давно ты здесь?.. — решила поговорить. Раз он сам подошел, то это мой шанс узнать его лучше.

— 22 года. На год меньше, чем твой змей, — чуть грубо ответил Ворт, но тут же смягчился. — И нет, я не скучаю. Я жажду вернуться и… не знаю. Одна часть меня желает вернуть себе то, что принадлежит по праву — власть. А другая часть меня хочет простой жизни. Где-нибудь в глуши. Или на островах.

— За что ты здесь? — спросила, но ответ услышать боялась. Мне и Фавирака хватило.

— Я убил своего отца.

— Что⁈ — развернулась я, вглядываясь в звериные глаза демона.

— Мой отец был отравлен. Яд неизвестен и противоядия не нашли. И даже демонический огонь в крови не смог выжечь отраву, — присел на траву Ворт. Мужчина похлопал на место возле себя. Присела, чтобы выслушать его историю.

— Изо дня в день отец страдал и терпел боль. И в какой-то момент сдался. Он вызвал меня к себе ночью. И попросил прервать его страдания. Он извинился передо мной, понимал, какую ношу вешает на мои плечи, но и сам больше не мог бороться. Я помню ту ночь… я тогда вспылил, сорвался, выбежал из покоев и до самого утра ходил по пустым коридорам дворца. Думал, взвешивал, злился на отца и на ситуацию в целом…

— И все же согласился? — подала голос я после того, как пауза затянулась.

— Да. Утром я вошел в покои отца. Там уже был верный королевский советник, который собирал документы и печати. Они тогда оба посмотрели на меня: отец с надеждой, а советник с жалостью. Король озвучил свою волю, подписал бумаги на отречение от престола, пояснил, что передал все дела советникам. Он долго извинялся, говорил, что ему жаль и что он надеется, что мое правление будет долгим и выдающимся. А потом я занес клинок и прервал страдания отца.

— Но он же сам просил убить его, Ворт, — не понимала я ничего. Жалко было и Ворта, и его отца. И просьба, которую озвучил отравленный король, была ужасной. Но… как можно судить демона, умирающего от яда, страдающего от постоянной боли? И сколько силы в Ворте, сколько благородства…

— В момент, когда сердце отца престало биться, а я рыдал как маленький ребенок, в покои ворвался младший брат с отрядом стражи. И…

— И решил, что ты убил отца намеренно?

— Он знал, что отец просил прервать его страдания. И знал, что следующим королем должен стать я. Все бумаги были на руках, последняя воля, распоряжения… Игар специально дождался момента, чтобы обвинить меня в убийстве.

— А советник? Были же свидетели…

— Советника убили сразу же, документы забрали и скорее всего спрятали в сокровищницу. А меня взяли под стражу и осудили, — пожал плечами Ворт. — Так я оказался здесь.

— Почему твой брат так поступил? — не понимала я. — Мои братья меня любят, как и я их. И уверенна, что никто бы из моей семьи не смог причинить мне вред. Как такое вообще возможно между членами семьи?

— Я бастард, но признанный сын короля. Моя мать — простая служанка, работала во дворце. А Игар — мой младший брат, но рожден от законной жены. По сути, у него больше прав.

— Это не оправдывает поступков твоего брата.

— Наивная… — усмехнулся Ворт. Демон посмотрел на меня с теплом, а на лице играла мягкая улыбка. — Корона — это власть, влияние, возможности. Моя ошибка, что я не предугадал действий брата. Размяк, ослепленный горем, и не заметил, как упустил контроль. Поплатился и был наказан…

— Но…

— Сакру, — отвлек меня голос Анемон. Жрица стояла позади нас и смотрела на меня и Ворта, а точнее на наши сцепленные руки. Я и сама не заметила в какой момент Ворт взял меня за руку… Или я ухватила его ладонь. — Я принесла мазь от ожогов рами.

Я быстро одёрнула руку и покраснела. Ворт прокашлялся и поднялся на ноги. Ему тоже было неловко перед женой. Демон кивнул мне, прошел мимо Анемон и присоединился к другим мужчинам.

— Я… Мы просто разговаривали, — пыталась оправдаться перед жрицей. Злилась на Ворта из-за того, что он просто ушел, оставив меня наедине с женой. Как же стыдно!

— Хорошо, — тихо рассмеялась Анемон. Она присела возле меня и протянула ко мне руку. Эта женщина совсем не ревнует? Она что, будет помогать мне с ранами на руках после того, как я с ее мужем держалась за ручку и вела задушевную беседу?

— Все хорошо, Сакру. Меня ничуть не задевает то, что происходит между тобой и Вортом, — пояснила Анемон, чем еще больше меня поразила.

— Ты не так поняла! Между нами ничего нет, — уговаривала то ли себя, то ли жрицу.

Анемон молча взяла мою ладонь и быстро наложила мазь на поврежденные участки. Кожу рук перестало так жечь, а охлаждающая прозрачная слизь приятно холодила кожу.

— Самая сложная часть закончилась. Сейчас пойдем очищать стебли, — перевела тему Анемон. — Вечером зайди ко мне, я обработаю твои руки еще раз.

— Спасибо, — промямлила я, отводя взгляд.

Как так вышло, что я взяла за руку Ворта? Или он меня? Неужели мы сидели, взявшись за руки на глазах у всех пленников? Интересно, Фавирак видел? Да если и не видел, то ему по-любому донесут. Почему же все так сложно и непонятно?

Эрвальд

Прошла еще неделя моего экспресс-обучения. И результаты были, что не могло не радовать. Я уже мог открыть портал из одной комнаты в другую, однако, на это я тратил все свои силы.

Я был измотан не только тренировками, но и своим внутренним состоянием. Постоянно думал о Сакру, вина сжигала меня изнутри, а магия, что начала поддаваться мне не всегда была послушной. Я превозмогал боль, мирился с ломотой в теле, но не сдавался. Из-за своей эмоциональности я пару раз истощал себя почти полностью, а отец только качал головой и твердил мне про медитации. Я был на пределе.

Мать и отец были довольны моим успехам, но я видел, что они волнуются. Я тоже волновался, пытался освоить магию как можно быстрее, чтобы отправиться за Сакру. Проблема была во времени. Моя практика должна начаться через 10 дней. И отказаться я не могу, так как это часть обучения. А значит нам нужно покинуть Крикрам в течение этих дней, иначе к нашей семье будут вопросы.

Перед очередной сдачей энергии и посещения центра зарядов ко мне в комнату вошли родители. Отец остался стоять у стены, а мать присела на кровать.

— Эрвальд, нам пора. Стоит попробовать открыть портал завтра в полночь, — сказала матушка. Отец тяжело вздохнул и отвернулся к окну. — Знаю, что твоих сил недостаточно, но мы «нашли» еще пару кристаллов. Я помогу тебе, передав свои силы. Но ввиду того, что твои каналы еще не разработаны, мне придется подпитывать тебя очень осторожно.

Я уже знал, что магию можно передавать, делиться энергией. Но если не через кристалл, а напрямую, то только такой же, как у меня. То есть магии отца и матери мне подходили для подпитки. Проблема была в закостенелых внутренних потоках и резерве.