— Ай! — не смогла сдержать вскрика от боли. Теплые струйки крови потекли мне за ворот, пачкая рубашку.

Ворт успел подойти близко. Огонь на его руках потух, я почувствовала, что падаю. Крепкие руки демона поймали меня уже у пола.

— Нет! Нет! — визжал мужчина за моей спиной. Он тоже рухнул на каменный пол и хватался руками за голову. Из глаз его потекла кровь… — Хватит! Остано…

— Прости, Ворт, — усмехнулся Фавирак. — Потом кого-то убьешь. Я не мог удержаться.

Змей улыбнулся мне, подмигнул. По телу прошли мурашки, когда я посмотрела в глаза раненному нагу. Он был доволен. Фаву нравилось то, что здесь происходило минутой ранее. Он убивал, наслаждаясь каждой секундой.

— Сакру, ты как? — приподнял ладонями мое лицо Ворт. Его руки были в крови. Горячие. Мокрые. Липкие.

— Я… — пыталась оттолкнуть от себя демона, но сил не было. — О, звезды, как… Ты! А они…

— Ворт, — оттолкнула Анемон демона. — У нее истерика. Сейчас будет или магический всплеск, или обморок. Сакру, ты меня слышишь?

Я слышу? Я все слышу! И вижу… вижу изломанные тела, везде кровь, кишки. Некогда аккуратная столовая превратилась в руины. Вижу безумные глаза тех, кто выжил. Чувствую запах горелой плоти и рыбного супа.

— Фавирак, — позвала Анемон нага.

Сакру, тебе нужно поспать. Ты очень устала. Испугалась. И теперь хочешь просто заснуть…

Сакру

После того, как в столовой открылась воронка портала и началась бойня, напряжение в углу Кракса возросло в разы. Ворт смог подавить волнение, не допустить лишнего кровопролития. Однако несмотря на убитых во время ужина, живых пленников все равно осталось много. И все они были не на нашей стороне.

Кто-то сбивался в кучки, кто-то открыто вызывал Ворта на общие собрания и предъявлял претензии. Кто-то, наоборот, действовал исподтишка, строя козни, совершая мелкие пакости. Моему демону пришлось всем рассказать о портальщике и убедить пленников в скором спасении… И вроде все поверили. Не знаю, сами или Фавирак влез в голову каждого, но на какое-то время жизнь вошла в мирное русло.

У Ворта, как и у всех, прибавилось работы. Демон делал вид, что ничего не произошло и старался убедить оставшихся не начинать смуту.

Но тех пор я не могла находиться рядом с остальными. Как только я куда-то выходила, чувствовала на себе чужие липкие взгляды. Во время работы ко мне подходили несколько существ, пытаясь начать разговор. И как же я была благодарна Ворту, Фавираку, Анемон и Тирка, которые всюду следовали за мной. Они отгоняли любопытных и ушлых, разворачивали их с вопросами к Ворту.

Однажды группа мужчин вызвала Ворта на поединок. Они хотели меня себе, словно я вещь. Кричали на Ворта, убеждая его в том, что ему достаточно жены, а иномирная девка должна быть их. Не буду говорить о последствиях. Поединка не состоялось. Было месиво из крови и переломанных костей. Ворт вырвал троим языки, а остатки тел испепелил.

И да, я опять видела все своими глазами. И если бы не Фавирак и его ментальное вмешательство, то сошла бы с ума.

После кровавого ужина и последующих его событий я изменилась. Стала реально осознавать, что существа вокруг не так просты. Те, с кем я работала, разговаривала, спала в одном пространстве, делила пищу — убийцы. И готовы на все ради свободы.

После пробуждения я истерила, плакала, отталкивала от себя всех, ведь в глазах до сих пор стояла кровавая бойня. И тут тоже не обошлось без «помощи» Фавирака. Я была так разбита, что не могла ставить блоки, а змей этим пользовался и мягко меня успокаивал или тупо усыплял.

Анемон не стала меня селить в лечебнице, а сама ходила ко мне в комнату. Жрица отпаивала меня дурманом, молча обнимала и гладила по голове.

Ворт был занят и смог поговорить со мной только спустя несколько дней. Он вошел в нашу комнату, попросил Анемон оставить нас и медленно начал приближаться.

Я помнила его окровавленные ладони на своем лице. Вздрогнула.

— Меня не стоит бояться, Сакру, — пророкотал Ворт. Демон приблизился, присел на корточки напротив. — Не прячь от меня свои глаза. Посмотри…

— Я… Ворт, это какая-то бездна, — выдохнула из себя слова. — Столько крови и никому ненужных жертв. Почему? Для чего? Не могу забыть ужин, не могу принять ту жестокость…

— Угол Кракса, — присел Ворт возле меня и аккуратно потянулся ко мне. — Это тюрьма, Сакру. Место, где собрались почти все мерзавцы нашего мира. Конечно, есть еще рудники, каменоломни, пустынные карьеры… там не хуже, но тоже тяжело.

— Зачем ты мне об этом говоришь? — разозлилась. — Я все видела своими глазами, но ни понять, ни принять это не могу!

— Придется, — рыкнул демон. — Если хочешь выжить, то тебе просто необходимо открыть глаза и взглянуть на происходящее ясным взглядом. Послушай, ты не виновата, что попала в наш мир. Привыкла к иной жизни со своими законами, правилами, моралью и прочее. Но и мы тоже не дикари, не звери…

— А кто⁈ — перебила я рогатого, резко выдергивая руку из его мягкого захвата. — Открылся портал и все, словно одичалые, ломанулись к нему! Послание, что отправил Эрвальд, разорвано в клочья, обратное сообщение тоже не дошло, а сколько убитых? Разве нельзя решить вопрос более… цивилизовано?

— Увы, Сакру. Вышло так, как предполагали! Остальные вспылили, мы защищались!

— Нет, — воскликнула я и осеклась. — То есть… Нет, Ворт. Я не про то, то нам пришлось защищаться. А вообще! К чему эта жестокость и агрессия? Кровь, переломанные кости, демонстрация силы, разделение на группы…

— Потому что я хочу жить. И ты хочешь. И Анемон. И Тирка. Мы в тюрьме, Сакру! Здесь каждый желает выжить и обрести свободу. Вот и все. И может сейчас я тебя удивлю, но и сама Валерия отличается от твоего Крикрама. В моем мире царит неравенство, существа делятся на расы, на сословия. Уровень магии так же влияет на расслоение. И каждый барахтается так, как может. Это естественно — стремиться к большему. И если на континенте это обычно золото, власть и сила, то в мистической тюрьме — жизнь и свобода.

— Но…

— Без «но», малышка. Перестань прятаться и плакать. Возьми себя в руки, подними голову и борись.

— Я не могу… Не могу быть такой жесткой, — покачала я головой. — Я не такая.

— Знаю, — кивнул Ворт и прижал меня к себе. Я снова плакала, пачкала его рубашку своими соплями и слезами, отгоняя картинки с кровавым месивом. — Жизнь здесь сурова. Но не отталкивай меня, позволь помочь.

— Как? Я уже все видела. И никогда не смогу принять. Почему нельзя жить в мире и согласии? Вот у нас на Крикраме…

— Валерия. Ты на Валерии, малышка, — жестко перебил меня Ворт. — И если хочешь выжить, дождаться своего портальщика и вернуться в свой мир — тебе необходимо перестроиться. Я буду твоим защитником, твоей опорой. Не позволю причинить тебе вреда, Сакру. Помогу. Но перестань меня и других осуждать. Твоя проблема — непринятие другого порядка. Привычка с прошлой жизни, понимаю.

И дальше разговор перетек в рассказ Ворта о истории Валерии. И это были не те истории из воспоминаний Тирка, и не информационные справки от Анемон, а именно история формирования мира и его порядков.

Начал демон с того, что Боги создали этот мир изначально таким… противоречивым. Пантеон их Богов велик, а у каждой расы или стихии есть свои покровители. Различные расы с разными способностями, преимущество большого резерва, борьба за власть, политическое устройство, войны за территории, за трон…

Ворт рассказывал интересно, поясняя почему на Валерии невозможно взять всю магию и распределить поровну, установить единый закон для всех. Отсюда неравенство и конфликты. Большую роль в формировании сознания существ влияла магия и происхождение. Например, демоны чаще всего стремятся к власти. Оборотни предпочитают жить в кланах и у них собственная иерархия. Ведьмы подчиняются ковену и Верховной ведьме. Друиды — служители храмов, послушники, своей особенной магией они обязаны Богам и природе. Наги тоже живут кланами, но там тоже свои заморочки в виде гнезд, особой иерархии, основанной на уровне сил и возможностей. Орки — существа, признающие только силу.