Вдох. Погружение. Крик, приглушенный водой.

Колебания воды.

Кто-то или очень смелый, или совсем отчаянный пришел и нырнул. И кто этот сумасшедший, рискнувший нарушить мое яростное одиночество⁈

— Батат? — удивленно спросил я, как только встретился глазами с девушкой.

Обнаженная. Мокрая. Растерянная. В глазах нет ни толики осознанности. Мокрые губы соблазнительно приоткрыты. Что же ты творишь, девочка?

Сакру стояла по плечи в источнике. Только что вынырнула и с волос ручейками стекала вода, огибая стройное тело.

Мы смотрели в глаза друг другу и не шевелились. Воздух в купальне был заряжен и любое движение, неосторожный вздох, случайны взмах ресниц, гребанный звук и я сорвусь.

— Я… — растерянно огляделась Сакру и даже не поправила меня.

Выдох. Вдох. Утробное рычание. Выдох.

— Ты пришла сама… — прорычал я, и не в силах более сопротивляться притяжению, рванул в сторону обнаженной девушки.

Мои губы на ее губах. Треск молнии, тихое «ой». Колющий разряд. Мой огонь, сжигающий чужую силу.

Ее руки в моих волосах, нетерпеливое поглаживание по рогам.

Мой рык, ее сладкие губы. Наше общее дыхание.

— Ворт… Ворт, — шептала Сакру, прижимаясь крепче. Держалась за меня, терлась плотью, теряла себя, растворяясь в ответном желании. Я ликовал.

Закинул ее ноги к себе на талию и прижал к каменной стене. Пусть все сгорит в адовом племени! Плевать мне на разные миры, на магию, на мой долг, обязательства и последствия. Сакру будет моей!

Девушка в моих руках осмелела. Сама припала к моим губам, оттянула нижнюю зубками и прикусила.

Хочешь поиграть? Нет, не сейчас, милая.

Мой рык, ее вскрик, общий стон. Мой член погрузился в ее тугое лоно резко, без прелюдии и подготовки.

Узко. Влажно. Правильно. Невероятно.

— Еще, — задыхалась Сакру, нетерпеливо двигая бедрами.

Глаза в глаза. Мы оба потерялись, растворились, сорвали оковы. И сейчас есть только я и она.

Плеск воды, густой пар, редкие разряды молний. Мои хриплые стоны, рваные движения, руки, жадно блуждающие по стройному телу.

Ее вскрики и стоны, жалобно просящее «еще», пульсация.

Звезды в глазах.

Освобождение.

Влажный поцелуй, но губы не слушаются.

Единение.

— Ворт, я… мне так хорошо, — на грани слышимости шептала Сакру. Она повисла на моих руках, цеплялась за шею и слегка сжимала изрядно отросшие волосы.

— Больше нет границ, — прошелся костяшками пальцев по раскрасневшимся щекам девушки. — Ты моя, Сакру.

— Да, — соглашалась малышка, сверкая невероятно серыми глазами с разрядами молний в зрачках. Красивая. Живая. Чувствительная. Моя.

— Ай, — шикнул я, ощутив удар по затылку.

«Хлюп»

Вышел из Сакру, придерживая девушку под ягодицы. Вот сейчас не понял…

— Что?.. — перепугалась малышка, в миг напрягаясь.

Обернулся, потер затылок. Просканировал купальню, но кроме нас никого. Странно.

— Что это? — выглядывала из-за плеча Сакру.

— В воде что-то есть, — нахмурился я и вдохнул, чтобы нырнуть.

Неглубокое погружение, странный белый комок на дне. Схватил твердый предмет, и понял, что он обернут бумагой. Бумагой! Твою ж…

Вынырнул, поднимая ладонь над водой.

— Ворт! Ворт, эманации чужеродной магии! — забежала в купальню Анемон. За ней следовал Фавирак и последним ворвался Тирка.

— Может новый пленник? О! — воскликнул дворф. — Ооо!

— Ой, — вскрикнула Сакру, прячась за мою спину.

Немая сцена.

Голый я. Обнаженная и красная Сакру. Взмыленная Анемон. Ошарашенный Тирка. И гадко ухмыляющийся Фавирак.

И камень на моей ладони с размокшей бумагой, бечёвка. Внимательные взгляды присутствующих.

Да уж, расслабился…

Ворт

— Что это? — не понимала Сакру, пока остальные пытались взять себя в руки. Сакру цеплялась за мои плечи и пряталась за спиной. Хвостом придерживал ее, чтобы не поскользнулась. Чувствовал, как ей неловко, но ничего изменить не мог.

Рыкнуть на остальных, чтобы убирались? Нет, Анемон не уйдет, как и наг. Тирка… мой друг, и тоже прекрасно видел камень, обернутый бумагой в моих руках.

— Это камень с бумагой, — пояснил я Сакру.

— Ворт, мы голые, — злилась девушка, зло щипая меня за бок. — И тут Анемон.

— Я не буду тебя прятать, — разозлился. Не хочу я больше ходить и облизываться на свою иномирянку. Хватит!

Я слышал, как Тирка прогонял пришедших на тревогу пленников, как объяснял, что ничего не произошло. Врал, но убедительно. И его послушали, ведь кроме нас пятерых в купальню никто больше не зашел.

Анемон собрала наши с Сакру вещи и поднесла ближе к берегу, укладывая на камни. Фавирак вообще отключился от действительности и гипнотизировал мою руку.

Подплыл к берегу вместе с Сакру, остальным хватило ума отвернуться.

Оделись, Сакру отжала мокрые волосы. Девушка была красная, глаза прятала. Ничего, она примет все. И наши отношения, и мой договорной брак с Анемон, и наше шаткое положение. Ей просто нужно больше времени, чем мне. Я-то уже все решил и отступать не намерен. Не после того, что было между нами буквально минуты назад. Не после того, как я ее попробовал, как сорвался. Я уже перешел черту и прикрываться белым плащом больше нет смысла.

— Бумага? Настоящая? — обернулся Фавирак, как только я затянул завязки на брюках.

— Да, но намокла.

— Я почувствовала эманации чужеродной магии, прибежала, — пояснила Анемон, оглядывая в первую очередь Сакру, а уж потом перевязанный камень.

— А что такое? — не понимала иномирянка.

— Ты видела тут хоть раз бумагу? — включился Тирка. — И как она попала в бассейн? О, мне даже думать страшно о…

— Портал? Но кто? Если это проделки Игара… нет! — размышляла Анемон. — Что ты стоишь⁈

Я поддел острым ногтем бечёвку и аккуратно развернул лист. Он намок и запахло чернилами.

— Послание? — удивился Фавирак, вставая очень близко. — Сначала разверни лист, только аккуратно, чтобы не порвать. А потом высуши.

Хотел рыкнуть, что и сам знаю, но сдержался. Все взбудоражены, общее волнение было осязаемым.

Сакру стояла по левую руку от меня и почти не дышала. Девушка тоже ждала, пока я сделаю все манипуляции с неожиданным посланием.

Развернул лист, влил немного магии, испаряя влагу. Анемон, Фавирак, Тирка и Сакру синхронно опустили головы.

— Что за бред⁈ — взорвался Фавирак. Я тоже ничего не понимал. Чернила потекли, но символы были различимы. Как будто ребенок набросал несвязанные между собой… рисунки?

— Это для меня, — еле слышно прошептала Сакру. Дрожащей ладонью она потянулась к листу и аккуратно вытащила его из моих пальцев. — Это детский шифр. О, звезды!

— Что за зверь? — не понял Тирка, подпрыгивая. Роста дворфа не хватало, чтобы разглядеть все подробно.

— Он вытащит меня… Эрвальд. Я уверенна, что это он, — бормотала под нос Сакру, рассматривая символы.

И во мне все заледенело. Значит Эрвальд… И послание от него. Адово пекло!

Порадоваться бы, что теперь есть реальный шанс выбраться из угла Кракса, но… радости не было. Был страх потерять Сакру навсегда. Ужас от осознания, что наше время ограниченно. Горечь. Обида. Боль.

— Он пишет, что идет за мной. О! — радовалась Сакру.

Анемон прикрывала ладонью рот, глаза жрицы наполнились слезами. Жена смотрела на меня с надеждой, не веря в происходящее.

— Написано, что он учиться открывать порталы. Вот! — рассмеялась иномирянка. От переполняющих ее эмоций она неосознанно обняла меня за плечо, трясла рукой с листом и повизгивала.

— Прекрасные новости, — сверкнул глазами Фавирак, забирая лист себе. Хмурился, рассматривал потекшие символы, вертел, пытаясь понять логику рисунков.

— Ворт, ты не рад? — уже тише спросила меня моя девочка. Она смотрела мне в глаза, а в них столько радости, тепла, надежды. Я же не мог и слова вымолвить. Горло сковало, воздуха не хватало, а привычный мир начал разрушаться.