Как теперь смотреть в глаза Анемон? Жрица старается мне помочь, поддерживает, сопереживает, направляет, делиться со мной едой, одеждой, комнатой, знаниями, а я… я голышом запрыгнула на ее мужа. Позор, Сакру! Разве так тебя воспитывал отец?

О, звезды! И можно было бы обвинить Ворта, ведь он видел, что купальня занята, знал, что я голая, и все равно пришел. Зашел, обнажился, приблизился. Это его хвост поглаживал мою ногу и его руки ощупывали мое нагое тело. Да только я сама не оттолкнула. Приживалась к нему грудью, обвивала ногами торс и с голодом смотрела на губы. Дура…

Осторожно вышла из источника и надела на себя брюки и рубаху. Волосы отжала, замотав отрезом ткани. Идти в туннель не хотелось, ведь там Ворт.

— Пошли, — рыкнул демон из-за угла. — Чего такая красная?

— Вода горячая просто, — сделала вид, что ничего не произошло между нами минутами ранее.

Анемон

Ворт вернулся из источников сам не свой. Я знала, что он столкнулся с Сакру. Специально отправила мужа вслед за девчонкой.

В послеобеденное время Сакру вернулась с поверхности задумчивая. Она долго молчала, но позже начала задавать правильные вопросы о мире, расах, магии. Что-то подстегнуло ее к обучению, и я была довольна.

И прогресс был. Пусть небольшой шаг вперед, но каналы Сакру начали оттаивать, а движение потоков изменилось. Такими темпами мы будем добиваться пробуждения ее магии очень медленно, но куда нам спешить? Заточение и остаток долгой жизни в нашем распоряжении.

Мысль, что постоянно меня терзала — Сакру одна. За нее некому заступиться, а сил она не имеет. И как бы я ни хотела поддержать ее независимость и одиночество, понимала — ей нужен защитник. Я по этой же причине 19 лет назад приняла «помощь» Ворта.

Искать покровителя — особенность тюрьмы. Пленники в основном мужчины, но и есть несколько женщин. Понятно, что у всех есть потребности, в том числе и в близости. И чтобы хоть как-то защититься от нападок голодных мужиков, женщины-пленницы стали искать самых сильных и влиятельных заключенных. По словам Карисы до появления Ворта творился беспредел. Но как только Ворт забрал власть и управление, то стал контролировать и эту сферу. Демон понимал, что не может регулировать все, но и женщин старался защитить. Он поддержал идею с покровительством, а пленницы свободно вздохнули. Вот уже 20 с лишним лет в углу Кракса почти нет изнасилований.

Но появилась новая «пленница» — Сакру. Молодая, красивая, она привлекала много мужских взглядом. А вот покровителем обзавестись не задумалась. Для девчонки было дико выбирать мужчину из выгоды, отдавая взамен свое тело. И я ее понимала, но против правил пойти не могла.

Поэтому толкала Ворта в ее объятия, ведь видела какие взгляды кидает муж на девушку. И ядовитой занозой в душе понимание — он слишком упертый, чтобы сделать первый шаг. А еще он не из тех мужчин, что предаст. Пусть я жена ему только по обряду, для вида, для защиты и поддержки власти, но королевский демон дал слово. И никогда его не нарушит.

— Проводил? Сакру сегодня была сама не своя, поэтому я не стала ее останавливать. Девушка хотела побыть одна, но сам понимаешь — это опасно, — сказала я, как только муж зашел в личную комнату.

Ворт кивнул, хмыкнул и разделся. Напряглась, уловив его горящий яростью и жаждой взгляд.

— Специально это делаешь? — зарычал Ворт. Он никогда не разговаривал так со мной за все 19 лет моего заточения. С пленниками — да, но со мной впервые.

— Чего ты добиваешься, цветок ветра? — приближался распаленный демон. — Ты жрица, воспитанница храма и самая добропорядочная женщина здесь и во всей Валерии! Что движет тобой, Анемон⁈ Зачем ты пытаешься разрушить меня, мою волю и власть⁈

— Я попросила тебя присмотреть за Сакру, — пожала плечами, отмечая реакцию Ворта. На имени девчонки демон дернулся, а его хвост завибрировал.

— Хватит! Я чувствую твою ложь, и ты это знаешь, — языки пламени проявились из-под кожи, а вены на лице и шее вздулись.

Поняла, что смысла молчать больше нет. Поставила полог тишины на небольшую пещерку, что долгие годы служила нам личной комнатой.

— Вот именно, Ворт, хватит! Сколько мы здесь? Два десятилетия ты ходишь с важной рожей, раздаешь приказы и пытаешься выстроить нормальный уклад жизни! Да только не нужно никому здесь ни благородство, ни мораль. Мы в тюрьме, Ворт. Пленники, обреченные остаток своих жизней провести на острове, которого даже на картах не существует. Нас не существует, ты понимаешь? Стерли, уничтожили, забыли!

— Анемон… — растерялся Ворт от моих криков.

— Что Анемон? Ты всерьез считаешь меня доброй жрицей, друидом, который не жалеет сил и ресурсов на общее благо? Покорной женой и верным союзником? Да только нет меня больше, нет! Твой брат растоптал все хорошее, что было. И не успев склеить разбитое сердце и зализать раны, Игар испепелил меня, добил, когда отправил в заключение на Кракс беременной. Я потеряла все: жизнь, предназначение, смысл, свободу, себя… И мне действительно все равно, что подумает кучка ублюдков в этих пещерах. Но ты… ведь ты тут единственный, кто не заслуживает наказания. Но ты упорно делаешь вид, что виновен. Сам на себя взвалил ответственность, установил рамки поведения, придумал адовы правила. Зачем? Скажи мне в чем смысл доживать остаток жизни глубоко несчастным? К чему сохранять лицо перед другими⁈

— Анемон, не важно, где мы и в каком положении! Порядок необходим во всем. Что будет, если пленники взбунтуются? Моих сил не хватит, чтобы усмирить сотню магических существ. Имея власть и влияние, я могу контролировать обстановку. А ты… ты моя поддержка, моя вторая сила. Единственный друид на Краксе с магией жизни и исцеления. И пусть мои слова прозвучат подло и цинично, но я не отдам тебя никому! Встань ты на сторону другого, и все рухнет.

— Неужели ради власти и порядка ты готов пожертвовать своим счастьем? У вас это в крови, да? — усмехнулась я, вспоминая Игара. Боль привычно пронзила грудь, сбивая дыхание.

— Какое счастье? Сакру? Не смеши меня, Анемон! Девчонка из другого мира, которая даже магию освоить не может. Она слаба и капризна. Да я ее толком не знаю даже. А ты придумала невесть что!

— О, да ты не видишь дальше своего носа! — натурально зарычала я, выпуская магию из рук, чтобы погасить загоревшееся покрывало. — Бунт уже начался! С того момента, как слабая и капризная иномирянка появилась в сырых туннелях, пленники начали задумываться о побеге. Да на нее теперь смотрят как на идола, способного перенести их на волю. Только ты ходишь и ничего не замечаешь. Кидаешь на нее голодные взгляды, облизываешься, но сам себя запираешь надуманными правилами и моралью.

— Что ты несешь, женщина⁈ — взревел Ворт. Не нравились демону мои слова, которые попадали прямо в цель. — Или в тебе тоже теплится надежда на спасение? Думаешь, если она и ее портальщик перенесут нас на свободу, то получишь вольную? Ты — моя жена! Не забывай об этом.

— Да, я, как и все, хочу свободы, — призналась честно. — И в перспективе надеялась, что… если мы выберемся, то ты отпустишь меня. А Сакру тебе мила. И ты мог бы пока побыть с ней.

— Пока? Имеешь в виду до того момента, пока ее портальщик не заберет ее в свой мир? Ты идиотка? Как ты представляешь себе ситуацию? Думаешь я клещ бельевой, чтобы прыгать из койки в койку? Сакру для меня под запретом. А ты знай свое место — оно рядом со мной. И если, Анемон, мы выберемся отсюда, мы заберем то, что принадлежит нам по праву — власть.

— Ты такой же, как и брат! Одинаково хотите власти и влияния, но…

— Это мое по праву! — взревел мужчина, перебивая меня. — Я больше ничего не умею… Да и маловероятно, что мы вернемся.

— Пора сбросить корону, Ворт. Пора ослабить хватку и позволить себе больше. Ты всю жизнь жил с мыслью, что станешь правителем целого континента. Чувства долга и ответственности тебе прививали с пеленок, но… Ты не король, не правитель, а в подчиненных у тебя всего сотня мерзавцев и убийц. И пусть ты не добровольно оказался здесь, но сам взвалил на себя управление. Пойми же, что твои устои и видение мира сюда не вписываются. Прими действительность, Ворт. Сними наконец-то белый плащ. Мы заперты в углу Кракса, сломленные и выброшенные из нашего мира. Наши руки по локоть в крови, а души отравлены. Перестань строить из себя законопослушного и высокоморального демона, отпусти свои желания.