Мое поведение не изменилось, а вот настроение скакало. Анемон все замечала, хитро улыбалась, чем знатно меня раздражала. Мне же было стыдно. Жена чувствовала мою тягу к иномирянке, но выжидала. Чего? Пусть плохо мне, но своих же правил я не нарушу. Я женат на Анемон и это неизменно!

— Кто-то не в духе? — пропел Фавирак за спиной, пока я собирал сухие ветки после урагана.

— Что ты хотел, Фав? — грубее, чем хотел, спросил змея.

— Ничего, — рассмеялся. — Просто мне доставляет удовольствие лицезреть борьбу в твоих глазах. И мы оба знаем, что победит не желание, а долг… Как всегда, Ворт!

Фавирак — наг. Черный змей, чей яд опасен, а нрав непредсказуем. Наемный убийца и вор. За ним всегда кровавый след, а личность покрыта тайнами. Умный, изворотливый, сильный. Я помню, как тяжело было его поймать.

— Заткнись, — огляделся и просканировал пространство, убеждаясь, что кроме нас никого нет. — Ты же не просто так подошел?

— Хотел сказать, что претендую на малышку, — улыбался Фав. — И не надо так сверкать глазами, Ваше Высочество.

— Не смей к ней приближаться, — зарычал я, теряя контроль. — Только не ты…

— А кто? Кто сравниться по силе со мной, Ворт? Нас меньше сотни. И все отъявленные ублюдки… Ну кроме Анемон, да? — смеялся змей, но глаза были серьезными. — Слух пошел, что девочка может помочь выбраться, обрести свободу. Ты, конечно, молодец, все под контролем держишь, голодать никому не даешь… Но со свободой ничего не сравниться. Понимаешь?

Я понимал, да. Пленники все чаще говорили о Сакру и о ее появлении. Они надеялись, что девчонка сможет открыть портал и освободить всех. Да только портальщиков на Валерии единицы, а пройти в угол Кракса невозможно… было до момента, пока не появилась Сакру. Надежда на спасение зажглась у всех.

— Она не портальщик, — в который раз повторил я.

— А что до ее мальчишки? Да брось ты делать из этого тайну! Это туннели, всем прекрасно был слышен и ваш разговор, и предположения. Сакру не скрывает деталей своего перехода. А как она ревет по ночам… Люблю страдания.

Я тоже слышал, как плачет Сакру, как шепчет проклятия в адрес Эрвальда, как скулит и просит ее забрать домой. Ей сложно принять не только тюремное положение, но и сам факт существования других миров и магии. Нежная, ранимая, не привыкшая к жизни и порядкам, что царят здесь.

И мне было жаль ее, хотя все чаще жалость перебивали желание и эгоизм. Нравилась она мне…

— Нет пока этого Эрвальда. Возможно, он не сможет пробиться сюда. Или просто отправил ее в другой мир и забыл как страшный сон. Неизвестно.

— И все же… я на нее претендую. Даже если за ней не придут, то все равно сделаю своей, — усмехнулся змей. — А то старый Бот уже подкатывает к ней свои яйца.

Не выдержал, отбросил сухие ветки и молниеносно приблизился к Фаву. Наг был готов к нападению и увернулся, на ходу меняя ипостась. Зрачки вытянулись, змеиный язык вырывался изо рта, клыки удлинились и сочились ядом, а длинный хвост вибрировал.

— Не смей к ней приближаться! — рычал я, хватая за шею этого ублюдка.

— Ворт, эмоции побеждают, да? — прохрипел Фавирак. Его хвост коснулся моих ног, заключая в плотное кольцо. Ловушка! Я и правда потерял бдительность. — Два сжатия и я переломаю тебе кости. Три — и ты перестанешь дышать. Страшно?

— Я не боюсь смерти, Фав! Но и ты кое-что упустил, — сквозь боль улыбнулся я. Выпустил когти, распарывая твердую кожу с чешуей на ребрах Фавирака. Хватка хвоста чуть ослабла и, сделав усилие, я выскользнул.

Покружив напротив, мы ринулись друг на друга. Фавирак был силен, но и я хорошо обучен. Мы наносили несмертельные удары, ругались, сыпали колкостями и обвинениями. Я рычал, Фав шипел, и оба были перепачканы в грязи и собственной крови.

Верх никто не взял. Оба устали, выдохлись, спустили напряжение.

— Ворт, ты же сам понимаешь, что ей нужен защитник, — упал на траву рядом со мной змей. — Помимо надежды, что она подарила всем своим появление, она женщина. И много голодных мужиков рядом. Постоянно. День за днем. Год за годом. И пусть шанс на свободу — эфемерный, но желание потрахаться — вполне реальное.

— Знаю, но ты… убийца, — отдышавшись, выплюнул я.

— А кто здесь святой? Это тюрьма, — хохотнул Фавирак. — Но моя кандидатура — самая выгодная. Я силен, имею влияние, могу быть полезным…

— А если честно?

— Скучно. Мне невыносимо скучно, а как ты появился здесь — стало совсем отвратно. Правила, рамки, законы, распорядок дня, работа. А так хоть девчонка рядом будет. Да и твоя борьба приносит мне удовольствие, — вздохнул Фавирак. — А еще я не упущу шанса слинять, как только появиться возможность.

— Ты не получишь свободы. Только не ты! Убийца, наемник, вор. Тебе здесь самое место, — без злости констатировал я.

— Хочу отметить — если бы тогда я все таки убил твоего брата, то ты был бы королем, — хохотнул Фавирак. — И никакого угла, сложностей и заключения.

И змей прав. Много лет назад Фавирак взял заказ на убийство моего брата Игара. От осведомителей я узнал, что готовиться покушение и предотвратил. Не без труда, но поймал Фава и упек в угол Кракса. Только заказчика не нашел. А так… Спас брата, но спустя год оказался тут же. И вот мы вместе лежим на сырой траве и говорим почти как друзья.

— Обещай, что не тронешь ее, — сдался я. — Оберегай, защищай, но сам не трогай.

— А не много ли тебе женщин⁈ Анемон… А теперь и Сакру? Тяжело, да? Анемон — нелюбимая жена и бывшая твоего брата, а Сакру свежая, молодая, интересная, красивая…

— Замолчи, — процедил я сквозь зубы. Хоть и Фав был прав, я сопротивлялся. Хотел девчонку, но был скован обещанием, долгом, совестью. Когда я начал терять контроль над своими эмоциями и жизнью?

Сакру

— Магия не сложна, просто ты не понимаешь откуда она берет свое начало, — повторяла Анемон. После прогулки и разговора с Фавом я вернулась в лечебницу.

Змей прав — я не стараюсь. Постоянно цепляюсь за прошлое в надежде, что отец, братья или Эрвальд меня вытащат. Тоскую, сожалею, но не принимаю очевидного — я одна. Ждать и надеяться хорошо, однако нужно как-то жить все это время. Жить и выживать…

— Магию разные существа черпают из резерва. А вот природа магии различна. Так у друидов вроде меня магия от божества и веры, от силы стихии. Мы чем-то похожи на эльфов, у них тоже есть пантеон Богов, — объясняла Анемон.

— А у демонов? — вырвался вопрос прежде, чем я успела подумать. И стыдно стало перед жрицей, щеки в миг покраснели.

Я хоть и не привыкла к внешнему виду Ворта, но он мне нравился. И рога его уже не так пугали, и хвост не вызывал дрожи, и глаза не казались жуткими. Понимала, что он муж Анемон. Что он мужчина несвободный, и вообще демон! Но себя часто ловила на мыслях о рогатом.

— Демоны рождены с огнем в крови. У них нет другой магии, кроме огненной. Разница лишь в количестве возможностей и сил. Ворт, например, королевских кровей. Он может спалить здесь все, расплавить камни, испарить источник, превратить в пепел кого-то из пленников. Его сила — основа его власти. Есть и другие демоны, но они не так могущественны.

— Как Ворт попал сюда? Насколько я слышала и от тебя, и от других, то он сын короля, вашего правителя, — не укладывалось у меня в голове, что королевская особа может быть преступником.

— Это не моя история, Сакру. Тебе лучше спросить его самого, — как всегда ответила Анемон. — Тут каждый имеет груз прошлого. И не мне рассказывать тебе чужие тайны.

— А наги? — перевела я тему.

— Наги рождаются с родовой магией. Они искусные манипуляторы. Их взгляд как гипноз, а яд почти смертелен. Опять же зависит от сил и вида змеев. Есть песчаные, есть лесные, есть болотные, водяные, огненные. Если смотреть по географии Валерии, то живут они в кланах и обособленно. Короне не подчиняются. Но и на конфликты не идут. Сильные, гордые, опасные. Родовая магия — у каждого своя и чаще всего тоже уникальная, резерв небольшой, но есть вторая ипостась, яд, гипноз и хвост.