— И? Что дальше? При чем тут Сакру? Наша сестра пропала, а ты рассказываешь нам фантастические истории!

— Как уже сказал Буро, были использованы миллионы кристаллов, в том числе те, что хранились в качестве стратегического запаса. И тут наш мир столкнулся с недостатком энергии. Заметили, что власти стали глушить ночную иллюминацию? И сколько развернулось программ по сохранению энергии и рациональном использовании бытовых приборов? Так вот, Крикрам умирает. Жители, которые еженедельно сдают свою энергию в Центрах зарядов, поставляют все меньше и меньше. Год-два и наш мир начнет угасать.

— А что Собрание Смотрящих? Почему они не решают вопросы, связанные с вымиранием крикрамцев? Как возродить магию, если никто не знает о проблемах? И где наша сестра?

— А теперь самое интересное, — хлопнул себя по коленям изрядно выпивший Смотрящий. — На месте, где пропала Сакру, были эманации чистой магии, эфира, энергии. Некто смог использовать магию и, как я полагаю, направить ее на нашу девочку. Сакру бесследно пропала, ее коммуникатор молчит…

— Но почему нельзя сообщить об этом Наблюдателям? Они найдут ее, ведь это их работа! Да и мы сидим и говорим ни о чем! — сорвался младший сын.

— Ни наблюдатели, ни власти, ни крикрамцы не знают о проблемах истощения энергии. И даже не подозревают о магии, что на данный момент является давно забытым мифом. Не так ли? — правильно понял Тюркару.

— Да. Полной информацией владеют только Смотрящие, — ответил честно. — Группа из одиннадцати крикрамцев управляет нашим миром, храня тайны планеты с особым трепетом. И если хоть кто-то узнает о возможности использования энергии как обыкновенной магии, могут начаться волнения, а власть пошатнется. Порядок, к которому шли тысячелетия, превратиться в хаос.

— Почему бы тогда не сообщить именно Смотрящим? Ты и еще десять твоих коллег сможете найти Сакру?

— Не думаю, — почесал подбородок Миркару. — Даже в Собрании не все так гладко. Часть Смотрящих настаивают на возрождении магии. А другая, большая часть моих коллег, не хочет ничего менять. Жадные до власти и до энергии, они сидят на своих местах и наслаждаются жизнью. Изначально… когда поняли, что магию можно собирать и делить между народом поровну, чтобы сладить неравенство и возникающие на разнице положений и сил конфликты, действующая власть придумала систему распределения. Год за годом все работало прекрасно. Крикрам процветал, жители были довольны, наука и техника развивались, открывались новые возможности. Жизнь стала простой, понятной и легкой. Но власть… менялась. Со временем Смотрящие стали брать больше кристаллов, потреблять выше нормы.

— Отсюда их высокий жизненный цикл? Все кланы Смотрящих доживают до 500 лет, а обычные жители Крикрама до 230 лет максимум. Да?

— Да. И возвращаясь к нашей девочке… Узнай Смотрящие, что кто-то использовал свою энергию по назначению… Они постараются замять эту ситуацию, а чтобы никто даже случайно не узнал подробности — уберут лишних свидетелей.

— В каком смысле — уберут? — спросил Буро.

— Убьют. Не так ли? — хорошо понял своего отца старший сын Тюр, который должен был приступить специальному обучению Смотрящего через десять лет.

— Да. Нам придется искать Сакру своими силами и попытаться скрыть факт ее пропажи.

— Но где она? И как смогла пропасть?

— А вот это нам и нужно выяснить. Но только так, чтобы ни одна живая душа не догадалась, — тяжело вздохнул Миркару.

— Иначе нас убьют… — прошептал старший сын, а Буро, не удержав эмоции, швырнул пустую бутылку аниса в стеллаж.

Звон разбитого стекла, словно решающий выстрел, поставил жирную точку в этом долгом и насыщенном дне. Дне, когда жизни всех членов клана батар Вериде изменились навсегда.

— Готов к слушанию, батар Вериде? — спросил Смотрящий Черкасе. — Всем уже известно, что твоя дочь… пропала. И что странно — на месте ее исчезновения эманации чистого эфира.

Коллега Миркару злорадствовал. Он уже мысленно потирал руки и ликовал оттого, что батар Вериде под угрозой. Его так сильно раздражал Миркару, что он готов был на многое, чтобы заткнуть старика.

— Для этого и есть Собрание Смотрящих, батар Черкасе, — держал лицо Миркару. По взгляду своего оппонента он понял — все хуже, чем он думал.

И вопрос уже не только в пропаже Сакру и ее поисках, а в безопасности для него и его сыновей.

Эрвальд

Со дня магического выброса прошло три дня. Я не находил себе места, а новой информации не поступало.

В тот день, когда я отправил Сакру в неизвестность, отец вернулся поздно. Он беззвучно зашел в комнату, устало откинулся на диван рядом с матерью и сообщил, что выиграл немного времени. Попросил в случае допроса сказать, что Сакру была на выпускном, поговорили и разошлись. Мол больше я ее не видел. Врать не хотелось, но я понимал, что так будет лучше.

Мать была сама не своя, отец постоянно хмурился. Я же не находил себе места. Ни спать, ни есть не мог, постоянно думал о Сакру. Что с ней? Где она? И как ее вернуть?

Странно было то, что ее не искали. Нет, ее старший брат приходил, спрашивал о ней, но не допытывался. Я сказал все, как рекомендовал отец и этого было достаточно. Но вот Смотрящий, ее отец, панику не поднимал. Почему? Его совсем не волнует, где его дочь?

Матушка сказала, что нам это на руку. И все. Никто не собирался мне помогать и обучать. Я злился и не понимал своих родителей. И спустя три дня эта неизвестность и нервное напряжение подвели меня к черте. Никогда ранее я не следил за отцом, не подслушивал мать, не пытался тайно влезть в их комнату.

В одну из ночей я мучился от отсутствия сна и наконец-то решился сделать все сам. Раз у меня получилось отправить Сакру куда-то, то я и себя могу перенести. Осталось понять как.

Поднимаясь по лестнице на родительский этаж, я замер, как только услышал голоса. Мать и отец в кабинете. Полоска света разбивала темноту спящего дома. Мне повезло, что они не закрыли дверь.

Подошел ближе, чтобы подслушать их разговор.

— … записей нет, я их уничтожила.

— Ты сильно рисковала, Лаура! Они могут отследить магический след, сама понимаешь! — шепотом кричал отец.

— Как? Да они элементарных заклинаний не знают, Тарвос! Все под контролем. И…

— Я не могу подвергать опасности ни тебя, ни сына. Знаю, что ты хочешь сказать, но я не готов.

— Мы совершили ошибку, Тарвос…

— Да неужели? Когда, Лаура⁈ Когда очнулись в ущелье Силка? Или когда разрушили Латею? А может когда я пошел за тобой по другим мирам? Или когда мы лишили нашего сына шанса на истинную пару, выбрав мир Крикрам? Или когда скрыли от Эрвальда подлинную сущность?

— Тарвос, мы можем сейчас сокрушаться в сожалениях, да! Но терпение Эрвальда кончается, и мы должны ему помочь! Если не мы, то он сам…

— Он сам ничего не сможет, Лаура. Его магический резерв не раскачан, каналы непроработанные, а магия… Это был единичный случай, всплеска такой силы больше не будет, — послышался звон. Заглянул в кабинет через приоткрытую дверь и увидел, как отец наливает в бокалы голубой напиток.

— Я помогу ему, Тарвос.

— Почему? Ты же ненавидишь магию и все, что с ней связано. А сейчас встрепенулась и готова на все ради девчонки, с которой мы даже не знакомы. Так сильно сопереживаешь ей? Отголоски прошлого и опыт? — язвил отец. И честно, я впервые слышал от него такие грубые интонации по отношению к матери.

— Не надо…

— Порой мне кажется, что я для тебя как плащ, — отец развернулся лицом к окну, а мать всхлипнула. — Да, как плащ, который ты берешь с собой всегда на случай дождя или холодного ветра. Как вещь, которая вроде нужна, но только в непогоду.

— Тарвос…

— Нас связала магия, Лаура. Истинность, божественный дар, судьба… называй как хочешь, но и ты и я знаем — это магия. Ты отрицаешь, ненавидишь, презираешь, но не хочешь видеть очевидного. Я часть магического мира. Чистый эфир струиться по моим венам, энергия просит выхода и хорошего пополнения.