Правда в том, что это невозможно. Я не стану жрицей храма, не смогу очистить имя и никогда не забуду эти 19 лет в заключении. Игар и угол Кракса меня сломали. И мне пора признать, что прошлая Анемон безвозвратно потеряна для этого мира…

И как мне жить дальше, какими принципами руководствоваться, какой морали придерживаться — решать только мне. Я ничего не теряю, ведь терять уже нечего. Новая чистая страница жизни УЖЕ в моих руках…

— Анемон, с тобой все в порядке? — вырвал меня из собственных мыслей голос Ворта. — У тебя взгляд, как будто ты кого-то убила…

— Я более чем в порядке, Ворт, — ответила демону и поднялась с места.

И да, я сейчас убила себя. Мысленно. Сидя за столом в постоялом дворе «Гуси Жабо».

Кровать в комнате Сакру была широкой. Мы спокойно поместились с ней вдвоем, так как обе были миниатюрные. Да и после жестких матрасов из соломы и рами в углу Кракса мера комфорта изменилась.

Девушка быстро уснула, а я лежала, рассматривая деревянный пололок. Не то, чтобы я не хотела спать, просто боялась упустить свою решительность. Мне было страшно проснуться, опять став холодной, замкнутой и раненой Анемон.

Не знаю, что мной двигало, когда я тихо встала, накинула плащ прямо на ночную сорочку и вышла за дверь. Остановилась напротив комнаты Эрвальда, занося кулак у двери. Постучать? А если он меня прогонит? Нужна ли ему я такая?

Какая, Анемон? Какая ты?

Так, в адово пекло все! Ошибкой больше, ошибкой меньше… какая к демонам разница⁈

Решительно постучала, прикрыла глаза в ожидании. За дверью послышались приглушенные ругательства, потом шаркающие шаги.

— Анемон⁈ — натурально удивился сонный Эрвальд. Парень стоял в одних тонких штанах, демонстрируя поджарый торс. — Что ты…

Он не успел задать свои дурацкие вопросы, потому что я налетела на него, как весенний ветерок. Резко, бойко, без предупреждения.

Обхватила его скулы ладонями и прижалась губами к его сухим и потрескавшимся. Эрвальд опешил, но спустя секунды — ответил.

Я слышала, как хлопнула дверь комнаты. Чувствовала, как руки Эрвальда развернули меня и прижали к стене. Наслаждалась его поцелуем — глубоким, жадным, таким вкусным!

— Я не умею, — шептала в его губы, пока он распутывал завязки плаща. — Не умею жить эту жизнь.

— Я тоже, — отвечал портальщик, но в его глазах не было осознанности. Только откровенное желание и похоть.

— Я потерлась, — задыхалась от прикосновений его губ к шее. Плащ улетел под ноги, на мне осталась только тонкая ночная рубашка. — Давно потерялась и решила, что не буду искать себя.

— Мху, — толкал Эрвальд меня к кровати, скидывая с себя штаны.

Он стоял напротив совершенно голый. Дышал тяжело, сипло. Кадык дергался, вены на шее и висках вздулись. Эрвальд провел ладонью по стоячему члену, выгнул вопросительно бровь и ухмыльнулся. Провоцировал? Проверял меня на прочность?

Я призвала ветер и подняв полы ночной сорочки, скинула с себя раздражающую ткань. Феерии засветились, рассеивая темноту в комнате.

— Я замужем, Эрвальд. И я старше тебя… намного. А еще я не знаю, чем закончится вся эта история. Возможно, что кто-то из нас умрет, а может все мы. Я не уверена, что справлюсь с будущим. И даже не знаю, какой проснусь утром — жалея о содеянном или, наоборот, наслаждаясь воспоминаниями о нашей ночи. Но я хочу тебя. Сейчас.

— Иди ко мне, — подозвал меня Эрвальд, но первый сократил расстояние между нами. — Как я тебя понимаю, Анемон! И я тоже не умею жить эту жизнь. С некоторых пор мой мир изменился в прямом смысле. И не обещаю тебе, что все будет хорошо. Я, как и ты, в растерянности. Единственное что я могу предложить тебе — научиться жить заново. Ты и я. Чистый лист и новая дорога.

Поцеловала его сама, зарылась пальцами в волосы и простонала от удовольствия. Нет, я не простила себя, но уже подобрала ключ к своей личной темнице.

Знала бы я, что принесёт нам утро, давно бы решилась на близость с Эрвальдом. Эта ночь между нами была незабываемой, полной откровений и надежд на будущее…

Ворт

Сакру ушла вслед за Анемон, даже не попрощавшись. Обиделась.

Девушка злилась на меня за то, что я не рассказал ей про академию и про бывшего ректора всей правды. Я же знал, что иду в дом Борислава Ротсада за помощью не для себя, а для иномирян. Игар не сможет добраться до портальщика и моей девочки, если они станут адептами. Академия всегда стоит на стороне магии и существ, всегда дает дом тем, кто нуждается более всего. Законы академии нерушимы уже многие тысячелетия.

Я знал, что Сакру со временем остынет. Тем более она сама желала поступить на обучение, а я… просто ускорил этот процесс.

— Она всегда такая капризная? — толкнул меня в бок Ус.

— Как ты оказался в столице? — спросил старого друга, игнорируя вопрос. — И как нашел меня?

Я был очень рад видеть Уса. Наша дружба началась с академии, а точнее с драки, общего наказания и скрытого соперничества. Поначалу мы друг друга терпеть не могли, а потом как-то сдружились. После окончания академии вместе проходили практику, но наши пути разошлись. Ус, как и я, по натуре лидер. Нам было тесно вместе в одном отряде, и поэтому Ус перевелся в северные земли. С тех пор мы виделись редко и то, когда возникали какие-то военные конфликты.

— Слухи пошли, я сорвался сразу же, — скривился орк. — Знаешь ли, я не для того учился столько лет, дослужился до командира гарнизона, чтобы потом сопровождать караваны дворфов за три золотых.

— Все так ужасно? — напрягся. Ус хороший мужик, прекрасный командир, всегда заботиться о своих и никогда не идет на неоправданный риск ради очередного звания.

— Когда на Валерии прогремела весть о том, что первый наследник убил короля ради трона, я не поверил. Хотел выезжать в столицу, чтобы разобраться. Но сразу после прошла еще одна новость — тебя судили и отправили в угол Кракса. Смысла уже не было, сам понимаешь. Да и оставить своих я не мог, изменения начались почти сразу. Начальников сменили, командующего северными землями подвинули. Следом начали сокращать войска, увольняя всех без разбора.

— А ты? — злился я на ситуацию и на брата, что сотворил подобное.

— Ребят не увольняли, как положено, понимаешь? Нас отправляли на острова и к пустынным землям в сезон дождей, Ворт. Шансы выжить минимальны. Я знал о рисках и смог повлиять на своих. Выплатил им положенное жалованье из своего кармана, распустил. Сам пытался еще как-то держаться на плаву, но меня никуда не брали. А когда Бри родила, золота стало не хватать.

— Значит, ты отец? Поздравляю, — искренне порадовался за друга.

— Моей дочери уже 20, Ворт! Но спасибо, — посмеялся Ус. — Как-то так… перебиваюсь случайными заказами, в основном сопровождаю караваны или повозки. Иногда везет и можно хорошо заработать на охране какого-то аристократа.

— Мне жаль, Ус. Правда жаль, что все так изменилось, — посмотрел на друга с осознанием, что все эти годы ему тоже было не просто.

— Как только Игара короновали, на Валерии все изменилось. На север бегут ведьмы, несколько кланов оборотней вообще ушли на пустынные земли, храмы перестали получать поддержку от короны и жрицы стали собирать собственные налоги. Чтобы зайти в храм к Каменному Богу и просто помолиться, Ворт, мне приходиться отдавать по пять серебряных! Школы тоже платные, и не у всех есть золото, чтобы заплатить. Хорошо, что академии все еще держат оборону. И я молчу про цены и торговлю. Игар совсем с ума сошел и пытается воевать с пустынными землями, хотя твой отец пытался наладить с ними отношения. Все изменилось, друг.

— Да, вижу, — кивнул. — В углу Кракса магических вестников не было, увы. Так что для меня все очень… шокирующе.

— Недавно болтать начали, что первый наследник освободился, — поиграл куцыми, обгоревшими бровями Ус. — И я сразу же рванул в столицу. И видя тебя живого и почти не вередимого, готов помочь тебе.