Сакру… что ты делаешь со мной? Зачем появилась именно здесь? И как я могу помочь тебе? Был бы я свободен… То что? Я никогда не буду по-настоящему свободен. Здесь — я пленник. А там, на Валерии — наследный принц. И в любой из этих ролей у меня связаны руки.

Хотел бы я дать тебе и комфорт, и безопасность, но увы, в углу Кракса ресурсы ограничены, а вернуться на Валерию шансов мало… Тупик какой-то!

Что я могу предложить тебе, маленькая иномирянка? И как заполучить твое расположение? Смогу ли я разжечь в тебе такие чувства, что ты решишь остаться рядом? И как поступлю сам, если мы все же покинем Кракс?

Все эти годы я мечтал выбраться, отомстить и забрать власть, которая принадлежит мне по праву. Я жаждал наказать брата за то, как он поступил с Анемон. Я представлял, как буду карать предателя и уже составил список тех, кого навещу в первую очередь.

Но с появлением Сакру моя ненависть поутихла, а приоритеты изменились. И я стал ловить себя на низких поступках, таких как подслушивание и подсматривание за девушкой. Кто бы мог подумать, что королевский демон будет ночами сидеть в сырых туннелях и слушать разговоры между Сакру и Фавираком? Ненормально радовало, что близости у них не было. Только разговоры, шутки, смех. Иногда Сакру плакала, а Фав говорил ей, мол иди ко мне. И меня взрывала ревность. Она расплавленным железом струилась по венам, отключая все сознательное во мне.

Может и правда перестать сопротивляться? Я же, по сути, веду войну внутри себя. А как известно, в бою с самим собой нет ни победителя, ни проигравшего. Опустошение. Потеря смыслов и ориентиров.

Из размышлений меня выбил магический всплеск небывалой силы. Я дернулся, прислушался, но в сырых туннелях только гулял ветер. Однако магия разливалась в воздухе, словно дым. Внешние потоки пульсировали, колыхались.

— Ворт! — проснулась Анемон. — Купальни!

Анемон не только жрица ветров, но и друид. А они, как известно, хорошо чувствуют колебания внешних потоков и природную силу магии.

Подорвался с постели и не одеваясь, выбежал из комнаты. За считанные секунды преодолел пару пролетов.

Что это? Новый пленник? Тогда почему так фонит? Переход должен был изломать заключенного, иссушить резерв.

Может Тишвальда, старая карга, выбралась из клетки? Почти невозможно без помощи, ведь я принудительно иссушаю ее лично каждые два дня. Она слишком безумна и чрезвычайно опасна для всех. Пленница, чье заключение в углу Кракса всецело оправданно. Да и не похожи эманации на ведьминские.

Вбежал в купальни и обомлел. В воде стояла обнаженная Сакру. Белые локоны ее были мокрыми, но колыхались по воздуху словно змеи. Глаза безумные, красные. Губы, вкус которых я до сих пор бережно храню в памяти, приоткрыты, а из уголков течет алая кровь. На острых ключицах наливаются синяки, на округлых плечах ссадины.

И вода… кишит молниями, разряды которых создают треск и шипение. Неужели девчонка смогла пробудить свою магию? Но как она справилась с каналами, которые не были пробиты?

— Аааа, — завизжала девушка, подпрыгивая в воде. Меня она не видела, но кричала пронзительно. Молнии на ее руках затрещали с новой силой.

— Твою ж мать! — взревел я, понимая, что силу то она пробудила, а вот справиться с ней не может. Не умеет. А эмоции подогревают магию к необдуманным всплескам. — Батат…

Иномирянка не ожидала моего появления и вздрогнула. Испугалась. И скорее всего не осознавала, как выпустила в меня чистейший поток сырой магии.

В последний момент я успел выставить простой щит. Сгусток с терском ударился о магический заслон и прогорел в пространстве.

— Сакру, что ты творишь⁈ — зарычал на девчонку и почувствовал толчок в спину. Анемон спустилась следом за мной.

Я слышал еще шаги, вскрики, и ругался про себя. Другие пленники тоже почувствовали колебания и спешили проверить.

Пока думал, как вытащить девушку из каменного бассейна, а Анемон пыталась обойти меня, из воды всплыло тело Фавирака. Змей во второй ипостаси не двигался, а его торс и часть хвоста были обожжены. О, адово пекло, что же ты натворила, Сакру⁈

Видимо, она и сама не понимала. Всплеск силы, выброс магии, сырой сгусток — иномирянка отключилась. Не пережгла бы свои каналы…

Я волновался и за нее, и за Фавирака. Пусть змей был преступником и личностью крайне неприятной и загадочной, за годы совместного заточения наши отношения как-то… потеплели. И он, и я не показывали вида, но между нами уже не было той ненависти, что в самом начале.

Анемон все же смогла меня отодвинуть, и бесстрашно кинулась к воде. Я перехватил жрицу за талию, приподнимая над электризованной водой.

— Куда⁈ — зарычал я на жену. — Вода наэлектризована. Не хватало еще тебя вытаскивать! Призывай ветер, Анемон. Сначала Сакру, потом Фава.

Анемон была бледная и напуганная. За все время, что она проводила с Сакру, привязалась к девчонке, полюбила ее. И видя в каком состоянии сейчас ее подопечная, ужаснулась, потеряла привычную маску отрешенности.

Еще раз рыкнул и встряхнул жену как следует. Сам стоял на влажных камнях и ощущал, как по стопам бьют микро-заряды. Для меня не смертельно, ведь я демон. Болевой порог у меня выше, а тело регенерирует моментально.

Анемон призвала ветер, и упругие жгуты сжатого воздуха потянули бессознательное тело Сакру на берег. Поставил Анемон на ноги, убедился, что она стоит на сухой части, и рванул в сторону иномирянки.

Вытаскивал Сакру, мельком осматривая нагое тело по предмет повреждений. Синяки на шее, порезы и ссадины на плечах, посинения на бедра и щиколотках. Очень похоже на то, что ее намеренно топили… Ох, если это так, Фавирак, то я сам тебя исцелю, а потом убью. Змеиный выродок!

— Ворт, я не смогу его поднять, — звала меня Анемон. Она уже подтащила к берегу тело змея.

Выругался вслух, но приподнял Фавирака и вытащил тело на берег. Из-за длинны его хвоста пришлось обжечь руки молниями и подтянуть конечность из воды дальше. Анемон шикнула на мои резкие, почти грубые действия и бегло осмотрела сначала Фавирака, потом Сакру.

— Они будут в порядке, — кивнула жрица.

Она уселась на сухие камни, прикрыла глаза и начала зачитывать заклинание рассеивания магии. Так могли делать только друиды и некоторые ведьмы. Сам ритуал занимал время, но на данный момент это то, что поможет привести источник в порядок, а заряженную молниями воду нейтрализовать.

Я вернулся к Сакру, прижимая ее к себе. Магией высушил ее тело, волосы. Подхватил на руки, поднимая температуру тела так, чтобы она не замерзла.

Что же ты натворила, маленькая?

Сакру

Просыпалась неохотно. Краем сознания слышала, как кто-то зовет меня. И голос такой приятный, бархатистый, с мягким рычанием, пропитанный нежностью и беспокойством.

На удивление было тепло, а я так пригрелась, что даже не стала возмущаться на Фавирака. У него привычка во сне всегда обнимать меня. За неделю совместных ночевок я привыкла и возмущение мое перестало быть натуральным, да и теплее было вдвоем.

— Как она? — прозвучал голос Тирка совсем рядом. Напряглась, не понимая, что дворф тут делает. Так…

Я была в комнате… потом пришел Фав. Мы говорили о чем-то, змей меня звал в купальни. И глаза его эти завораживающие, подчиняющие, и голос сладкий, зовущий саму душу.

Источник. Мы обнажены.

Звезды, что произошло⁈

Захват на ногах, рывок под воду.

… твоя сила — единственное, что может тебя спасти…

И воспоминания обрушились на меня, оглушая. Мозг начал лучше соображать, а тепло уже не казалось таким приятным. Обжигающие ладони на спине и плечах пугали.

Пыталась пошевелиться, но тело простелила острая боль. Руки, ноги, спина, голова, да мне казалось, что даже кончики волос нестерпимо горели!

— Ммм, — простонала я и резко открыла глаза. Полумрак, каменные своды купальни, светящиеся грибы на стенах, и глаза — желтые, как расплавленное золото.