Как позже выяснилось, так поспешать их заставил испуг от запуска «Спутника». Кстати, «Спутник» здесь имя собственное конкретного космического аппарата, первенца на орбите, и зарегистрированная торговая марка. «Спутник» — не оружие, но стартовал он на четырнадцати двигателях — баллистических ракетах, штатно отработавших во всех трёх ступенях. Технологическое отставание в Британии оценили уже в десяток лет — и это ещё оптимистично. Научное отставание даже оценивать никто не брался, оно ещё больше, а насколько — можно только гадать. Достоверных данных для анализа нет. В общем, торговаться стало некогда, отставание нарастало слишком стремительно, а шансы прекратить это безобразие военной силой утрачивались с каждым днём.
Германии отписали все колонии Франции, Бельгии и Нидерландов, кроме тех, что уже были захвачены Японской империей (Французский Индокитай, Голландские Калимантан, Суматра и Ява) и Корсиканским королевством (Тунис).
Свои колонии Третьему рейху ещё предстояло завоевать, никто там тевтонов с хлебом-солью встречать не собирался, а поэтому сильно проблемный Конго нам на германские промышленные активы обменяли. Именно на промышленные активы, торговые марки «БАСФ», «Байер», «Юнкерс» и «БМВ» мы оставили себе для собственных производств.
В Конго пятидесятитысячный армейский корпус расовых бельгийцев, которые Рейху сдаваться не собирались, а теперь — это наша проблема.
Решим. Такие граждане в Русской Аравии нам пригодятся. Обрусеют они очень быстро, как и французы в СССР. Военным бельгийцам в Конго лучше не оставаться. Колонию они в подчинении держали не числом, но звериной свирепостью, а это запомнится надолго. Негры очень быстро «вкуривают» политэкономию и бельгийцев выделяют особо. Все европейцы те ещё звери, но бельгийцы самые кровожадные из всех. Мы? Да какие-же мы европейцы? Мы южноамериканцы из Треугольника. Невелик Треугольник на карте, но в этом отношении и Бельгия ничего выдающегося из себя не представляла. Тем более, что нет уже ныне той Бельгии, теперь это протекторат Третьего рейха.
Возобновилось торговое судоходство в Суэцком канале, цена на нефть за неделю обвалилась вдвое, в порты Персидского залива ломанулись танкеры. Мы такой ход прогнозировали и в целом даже заработали на объёме, а вот всякая мелочь, копошащаяся на рынке геологоразведки, снова не выдержала честной рыночной конкуренции. Собственность неудачников мы опять скупили за копейки, в том числе и интеллектуальную. Горе побеждённым.
Восемнадцатого декабря 1940 года до мира довели результаты плебисцита в Италии. За новую королевскую династию Боргезе проголосовали восемьдесят шесть процентов итальянцев. Вместе с народным доверием, король Юнио Валерио Первый получил и широкие полномочия, в том числе — на приостановку действия различных статей конституции и формирование кабинета министров по собственному усмотрению. Глас народа — глас Божий. Боргезе получил Абсолютную власть. В чрезвычайной ситуации — это самая разумная форма правления. Фашистская партия уже раскололась на три вождистские и из большой политики вылетела.
Первый зарубежный визит, по совету Папы, новый король Италии совершил на Кубу, точнее в Гавану Руса. Прилетел на нашу традиционную Рождественскую неделю.
Гавана Руса — неофициальная столица Организации. Точнее сказать — официальная столица неофициальной и довольно мутной, но очень могущественной Организации. Гавана Руса теперь владеет всем западным хвостиком острова Куба и занимает площадь ненамного меньше Треугольника. Гавана Руса — мировая столица шоу-бизнеса, а конкуренция с Лас-Вегасом только добавила Гаване Руса статуса. Лас-Вегас копирует идеи, всё начиналось здесь, вокруг казино «Космос». Здесь история, здесь традиции, здесь соответствующая публика, а Лас-Вегас — это для непритязательных ковбоев со Среднего Запада. Ницца? Монте-Карло? Помилуйте. Да разве уместно сравнивать европейские провинции с мировой столицей?
Боргезе мы сходу посоветовали уходить с Африканского Рога, из Эфиопии, Эритреи и Сомали, сосредоточившись в Ливии, Албании и Черногории. Колониальная система подлежала обнулению, поэтому никаких колоний в Восточной Африке у итальянцев не будет, а вот часть Магриба и Балкан сохранить для Итальянского королевства вполне реально. Римляне владели этими землями задолго до того, как туда понабежали варвары, нынешние туземцы.
На обнуление колониального мироустройства кроме нас нацелены Советский Союз и Соединённые Штаты. Быстро из Африки хотя бы подобие Латинской Америки не построить, поэтому внешнее управление там будет поддерживаться, но уже не с помощью войск, а деньгами и отношениями.
Сейчас Италия ещё имеет шанс уйти с Африканского Рога красиво и завязать там немало полезных отношений для грядущего неоколониализма, да и войска обязательно пригодятся в горячей точке. Восточная Африка — гиря на ноге Италии и от этой гири нужно срочно избавляться. Именно она больше всего препятствует заключению договора перестраховки Италии с СССР и САСШ. В Восточной Африке никто из них интересов не имеет и войну из-за неё начинать не планирует. Средиземноморье — другое дело. В этом регионе союзники нам очень нужны.
У Италии почти миллионная кадровая армия и три миллиона резервистов. Флот теперь пятый по силам, после Соединённых Штатов, Британии, Германии и Японии. Ещё, конечно, Советский Союз скрывал свои истинные возможности, но пусть даже шестой флот. Зато он находился именно там, где нужно, в самой гуще событий нашего миттельшпиля и опирался на собственную промышленность.
При Муссолини военный флот итальянцы строили только сами. Вот за это ему точно памятник поставить нужно. Получилось не самое совершенное военно-морское творение, но зато быстро и дёшево ремонтируемое. Учитывая специфику — действия вблизи своих военных баз и зоне контроля своей береговой авиации, флот вполне годный. Пролив между Италией (Сицилией) и Тунисом в страхе держать способен, он и будет отвлекать на себя основные силы Евросоюза, что должно позволить нам вцепиться в загривок Мальте, а там… Даже малыми силами можно решать большие задачи. Закроем этот проход, и Балканы превратятся для Рейха в смертельно опасный тупик, куда всё нужно завозить по железной дороге. А там до сих пор партизанщина в горах не вывелась. Турки свои дивизии с этого фронта отозвали, а мадьяры перестали усердствовать. Милош Хорти завис в непонятном статусе и это толкнуло его на тайные переговоры с Москвой и Стамбулом.
Собственное министерство Иностранных Дел завёл и Герман Геринг. Точнее, учредил. Издал эдикт об учреждении — наше дело в белом мундире вами повелевать, а ваше исполнять, ага. Ещё Геринг учредил орден собственного имени, и разругался из-за этого с Дёницем, который наотрез отказался этот орден принимать. Как и прогнозировал мой друг Отто Первый, Геринг очень быстро превращался в опереточную фигуру. Фигляр и паяц, паразитирующий на ностальгии по славным временам Кайзера.
Геринг безнадёжно проигрывал Геббельсу войну за умы, к тому же Геббельс играл в сплочённой круговой порукой команде, а Геринг ходил с той ноги, с которой утром встал.
Тринадцатого января 1941 года во Франкфурте-на-Майне Рудольфом Гессом (Третий рейх), Уинстоном Черчиллем (Британская империя), Хосе-Антонио Примо-де-Риверой (Испания) и Антониу ди Салазаром (Португалия) был подписан договор создания Евросоюза. Примо-де-Ривера и Салазар подписываться на войну с остальным миром желанием не горели, но шансов отсидеться в стороне британцы с германцами им не оставили — не войдёте в Евросоюз по доброй воле — попадёте в него протекторатами. Вот и весь выбор.
Приглашали во Франкфурт представителей Италии, Турции и Корсики, но Юнио Валерио Боргезе, Мустафа Февзи Чакмак и Отто Скорцени отказались посылать даже наблюдателей. Садиться за один стол с британцами и вступать в игру за их постоянные интересы их же краплёной колодой дураков больше не имелось. Добровольцем вызвался только Рейх — вот и флаг ему в руки.
