Мои брови поползли вверх. На древках стрел краской были нанесены цветные метки: у семерых охотников красные, а у Матвея, который стоял в центре, синяя. Интересно, что они значат?

Тем временем из‑за поворота показались монстры.

– Трескун мой, – негромко сказал Матвей, вскидывая лук и прищуривая один глаз. – Натяни! – охотник сделал короткую паузу. – Пускай!

Охотники спустили тетивы почти одновременно и две стрелы, помеченные красной краской, ушли в полёт. Я ожидал обычного свиста, но услышал низкий гул, как будто стрелы разрезали воздух с огромной силой. Так оно и было, стрелы ушли с такой скоростью, что мне показалось, что они просто исчезли. Только что были, а теперь только натянутая тетива со звоном вернулась на место. Вот это мощь! Вот это скорость!

Первая стрела вонзилась в бок выползня. И тут произошло то, чего я не ожидал увидеть. Наконечник не просто пробил панцирь, он вошёл в хитин, как раскалённый прут в масло, оплавляя края и проходя в тело монстра до самого оперения. Тварь взвизгнула, упала на землю и через пару секунд затихла.

Второй охотник выпустил стрелу в огарка, красная стрела прожгла жабье тело насквозь, и тварь тоже завалилась набок, дёргаясь в агонии.

Мои глаза расширились. Две стрелы, два сражённых монстра. Да что за стрелы у них такие⁈ По нашим рядам пронёсся гул, мужики зашептались.

А вот с трескуном вышло по‑другому. Матвей, стоявший в центре, достал стрелу с синей меткой и натянул тетиву. Он целился чуть дольше остальных, отпустил тетиву и его стрела также почти мгновенно исчезла из вида, чтобы через мгновение вонзиться трескуну прямо в морду.

И, вместо того чтобы прожечь хитин, стрела покрыла его белым инеем, который мгновенно расползся по голове и шее монстра.

– Заморозка! – громко прошептал кто‑то сзади. – У него стрелы с заморозкой!

И правда, шея и голова у монстра лишилась подвижности, а вместе с ними что‑то сломалось и управлении телом твари. Трескун сделал еще пару шагов по инерции, остановился как вкопанный и, подогнув лапы, упал на брюхо, как бы защищаясь своим черепашьим панцирем.

– Всё, ваше благородие, готовы, – буднично сказал Матвей, опуская лук и оборачиваясь ко мне. – Сейчас мои ребята добьют и пойдём дальше.

Охотники уже закинули луки за плечи, подняли с земли копья и неспешно направились к монстрам. Трескун ещё слабо дёргал лапами, но было видно, что он уже не жилец. Огарок тоже пребывал далеко не в самом лучшем своём состоянии.

Наши мужики, стоявшие позади, загудели от восторга.

– Вот это да! – пробасил староста, хлопая себя по ляжкам. – Они его заморозили! Вы гляди‑ка, ваше благородие, стрела‑то ледяная!

– Никогда такого не видел, – поддержал Илья, у которого от удивления брови уехали на лоб. – Они даже мяукнуть не успели!

Мужики Дубровки, вдохновлённые быстрой победой, рванули с места, устремившись к монстрам.

– Ну‑ка, подсобим! – заорал Илья, выхватывая топор.

– Добивай его, пока шевелится! – поддержал Гаврила, подбегая к трескуну.

– Молодцы! Вот это скорость!

– А как они стрелы‑то пускают, а! Даже не целились почти!

– Чистая работа, – я подошёл ближе к Матвею, который явно наслаждался произведённым эффектом. – Магическое оружие?

Я уже совсем по‑другому стал разглядывать его лук со стрелами. Лук как лук, деревянный, с виду обычный, стрелы тоже. Но сила выстрела и скорость были невероятными, да плюс огненный и ледяной эффекты.

Сергей с Игорем подошли к нам с Матвеем, и я заметил, что Ждановы смотрят на на главного охотника с плохо скрываемым интересом. Особенно Игорь, у которого глаза горели, как у мальчишки, увидевшего настоящее чудо. Впрочем, это почти так и было.

Матвей хмыкнул, убирая лук за спину. Его охотники вместе с нашими мужиками азартно добили монстров и принялись их потрошить, извлекая ядра. Андрей крутился рядом с ними, следя, чтобы наши правильно снимали хитин и отдирали панцирь.

– У нас же артель, – ответил Матвей, с хитрой улыбкой глядя на меня. – Княжеские маги усилили наши луки и стрелы магией воздуха. А наконечники тоже не простые, а с магией огня и льда.

Да‑а‑а, многое же я не знаю об этом мире. Почему я об этом только сейчас узнаю? Это же такие боевые перспективы открывает! Нам такое нужно. Обязательно нужно. И хорошо, что такими технологиями не обладали разбойники, напавшие на Дубровку. Исход боя мог бы быть и другим.

– Матвей, – произнёс я, кидая взор на своих лучников. – Дай нам стрелы испытать. Компенсируем тебе ядрами со следующих монстров.

Матвей посмотрел на меня, перевёл взгляд на Ждановых, потом снова посмотрел на меня и улыбнулся.

– Понимаю, сам, когда в первый раз увидел, сразу решил, что достану такие стрелы во что бы то ни стало. Три дам, у нас их не так много, – главный охотник достал из колчана три стрелы с красными метками и протянул одну мне, вторую Сергею, а третью Игорю.

Я взял стрелу и тут же почувствовал, что она как будто весит меньше, наконечник был чуть теплее, чем древко. А в остальном, ничего необычного.

Тем временем к нам прибежал Андрей и чуть не врезался в Матвея, по ходу движения косясь на Игоря, который зачем‑то проверял древко на зуб.

– А купить у вас можно эти стрелы? – быстро спросил мой советник, глядя на охотника с надеждой. Молодец, быстро смекнул.

– Нет, у нас их мало, – покачал Матвей головой. – Сами бы покупали, если бы знали где. Без них монстров бить одно мучение, а после третьего ранга вообще без них никак.

Я задумался, глядя на то, как охотники деловито потрошат монстров. Нам такие стрелы нужны, причём много. Раз их купить негде, значит, надо делать самим. А для этого нужно понять, как передавать силу стихии оружию.

У меня уже получается использовать ядра для разового усиления своих заклинаний, Лиля умеет кормить Кедр ядрами, направляя в них жизненную энергию. Значит, принцип передачи силы ядра в объект существует, и мы его уже применяем. Вопрос в том, как применить его к стрелам и к луку.

Поручу Андрею найти это в книгах. И Лиля. Если кто и сможет разобраться, как передавать силу ядра в стрелу, то это она. Ладно, этот вопрос я на ходу обдумаю, время дорого.

Хитин и панцирь с замороженного монстра мы спрятали в кустах, чтобы забрать на обратной дороге, и двинулись дальше.

– Нужно нам тоже так научиться, – подозвал я Андрея. – Стрелы и оружие магией усиливать. Это меняет всё, с ними мы сможем бить монстров не хуже артели.

– Ваше благородие, я почему‑то не встречал такого в книгах, но я обязательно поищу, – заверил Андрей, прижимая тетрадь к груди. – Как вернёмся, сразу зароюсь в книги. Это стратегически важно, я уже понял.

– Вот именно, что стратегически, – задумчиво сказал я, отправляя Верного вперёд по дороге. – Себе сначала сделаем, а потом и на продажу можно, те же охотники у нас будут брать.

Андрей довольно улыбнулся, уже видимо считая, сколько мы сможем заработать на стрелах, а я подозвал Лилю.

– Лиля, – сказал я, глядя на неё. – Ты Кедр ядрами кормишь, жизненную энергию в них направляешь. А в стрелу сможешь меня научить огонь передавать или воздух в лук?

Девушка задумалась на мгновение.

– Наверное, это возможно, ваше благородие, – ответила она, поглаживая лошадь по гриве. – Я как делаю – чувствую энергию в ядре, и как бы соединяю её с жизненной силой дерева. Но это лучше вам показать на Кедре, как я энергию направляю, а вы потом и на оружии попробуете.

– Договорились, – кивнул я, сосредотачиваясь на дороге. – Как вернёмся, так и сделаем.

Мы как раз миновали поворот на каменоломню, и расчищенная нами дорога закончилась, превратившись в узкую тропу среди зарослей кустов и небольших корявых деревьев.

Еще через минут пятнадцать ходу Миша доложил, что чувствует четырёх монстров на западе от нас, движутся нам наперерез. Я прикрыл глаза, потянулся к пустельге и через её зрение сумел разглядеть среди деревьев монстров. Четверо выползней, с одинаковыми тёмными панцирями и скорпионьими хвостами, метров сто от нас.