— Вижу, вам по душе сверкать голыми попами… Кристина Валерьевна просила передать вам воду, — она протянула бутылки, старательно глядя куда-то поверх голов девушек, — Вы забыли взять с собой. И вообще, разве вы не собирались отрабатывать элементы защитной магии, а не… вот это всё?

— Спасибо, Сахарок! — Настя приняла бутылку, даже не пытаясь прикрываться, — Ты лучшая подружка в мире! А что касается магии… мы немного увлеклись альтернативной программой.

— Именно! — поддержала Эмми, жадно отпивая воду и позволяя нескольким каплям стечь по подбородку, — Всегда появляешься в нужный момент! Это как с бригадой «скорой помощи», только с четырьмя руками и классными антеннами!

— В самый неподходящий, ты хотела сказать, — пробормотала Сахаринка, заметно покраснев. Кожа на её щеках приобрела слегка розоватый оттенок, что делало её похожей на взволнованного подростка, — Представляю, что сказала бы Кристина Валерьевна, если бы увидела вас в таком виде…

— Ой, да ладно тебе, — Настя поднялась на ноги, потягиваясь как кошка, — Ничего такого, чего бы ты раньше не видела. Мы в баньку вместе ходили! В конце концов, мы все девочки!

— Да, но не в таком… боевом контексте, — заметила Сахаринка, пытаясь звучать беспечно, хотя её антенны выдавали смущение, подёргиваясь в разные стороны, — И вам обязательно раздеваться при этом? — Сахаринка приподняла бровь, скрещивая две руки на груди, а двумя другими жестикулируя.

— Это вышло случайно, — Настя пожала плечами, осматривая останки их тренировочной формы, разбросанные по всему залу, — Просто заклинания пошли не по плану. Ты же знаешь, как это бывает!

— Жалко форму, — вздохнула Эмми, подбирая остатки своей, — Третий комплект за неделю. Кристина Валерьевна нас убьёт.

— Не убьёт, — отмахнулась Настя, доставая из сумки, лежавшей у стены, свой телефон, — Маменька слишком добрая… К тому же, — добавила она с хитрой улыбкой, — мы всегда можем сказать, что отрабатывали экстремальные боевые условия. Типа, «как сражаться, если с тебя сорвали одежду»!

— И ты думаешь, она на это купится? — скептически спросила Сахаринка.

— Нет, — честно ответила Настя, — Но хотя бы посмеётся, прежде чем наказать нас!

Она подошла к Эмми и обняла её за плечи.

— Давай хоть память оставим о нашем эпичном поединке! Как в той сцене в конце сериала, где Азария и Вистерия примиряются после битвы!

— Так вы просто подражали героям из этого нового сериала? — Сахаринка округлила глаза, — Весь сыр-бор из-за этого?

— Селфи? — воскликнула Эмми с энтузиазмом, — Отличная идея! Только без этих дурацких фильтров с кошачьими ушками, как в прошлый раз!

— Договорились! Я тогда нам просто приделаю большие анимешные глазки…

— Настя!

— Ладно-ладно, без фильтров, так без фильтров…

Они приняли максимально драматичные и сексуальные позы, всё ещё обнажённые. Настя сделала несколько фотографий, хихикая как школьница, получающая первые уроки магии зеркал.

Сахаринка закатила глаза.

— Вы же понимаете, что если эти фотографии кто-то увидит, будет скандал? — она многозначительно посмотрела на телефон, — Особенно если это будет Айсштиль. Помните, что она сделала с тем парнем из техслужбы, который пытался заглянуть под юбку новой статуи в саду?

— Превратила половину его тела в лёд, — кивнула Настя, отдав телефон Эмми, — Очень познавательный урок анатомии получился!

— Поэтому их увидишь только ты! — объявила Эмми, выставляя телефон перед Сахаринкой, — Иди к нам, будет фото на память! Три грации в тренировочном зале!

— Снимай свой броне-хитин! А то что ты одна одетая, не честно, — закивала Настя.

— Нет-нет-нет, — Сахаринка отступила на шаг, замахав всеми четырьмя руками, — Я пас! Как мне сестрам после такого в глаза смотреть?

— Ну, пожалуйста! — взмолилась Эмми, — Только одно фото! Сахарушки нашей хорошей!

— Вот ещё, — фыркнула Сахаринка, — Мне потом мама Мелинта проходу не даст, если узнает. Она и так считает, что я слишком много с вами общаюсь.

Настя и Эмми переглянулись, затем синхронно пожали плечами.

— Ну, как хочешь, — сказала Настя, просматривая получившиеся фотографии, — О, эта просто огонь! Смотри, Эмми, как мы тут сочно выглядим!

— Надо будет Косте сбросить, как вернется…

Они снова расхохотались, прижавшись друг к другу и рассматривая телефон. Сахаринка, глядя на них, вдруг произнесла:

— Вы какие-то… ну прямо совсем беспечные. Хотя до сих пор неизвестно, где папа и что с ним. Ведь ты, Настя, ещё неделю назад плакала каждую ночь, а сейчас ни слезинки в глазу…

Смех Насти и Эмми резко оборвался. Они переглянулись, и что-то мелькнуло в их глазах — тень той боли, о которой напомнила Сахаринка. Но Настя быстро выпрямилась, гордо подняв подбородок.

— Костя бы не одобрил слёзы, — твёрдо сказала она, — Он всегда говорил, что нытьём делу не поможешь. Поэтому мы с Эмми посовещались и… решили сосредоточиться на тренировках! Без всякой грусти и тоски! Уверена, Костя бы этого хотел…

— Именно! — энергично поддержала Эмми, — И вообще, тренировки — это такой кайф! Кровь разгоняется по телу, мозг вырабатывает эндорфины…

— И в такие моменты почти не думаешь о… всяком, — тихо добавила Настя.

Сахаринка внимательно посмотрела на них, заметив, как дрогнул голос Насти в конце фразы.

Кажется, Настя и Эмми таким вызывающим поведением… просто старались заглушить тоску по Косте. Чтобы совсем уж не пасть духом.

— Я всё обдумала, — продолжила Настя, стараясь говорить уверенно, — И я на сто процентов уверена, что Костя вернётся. Он всегда возвращается! — её голос стал громче, словно она пыталась убедить саму себя, — А значит, нечего вешать нос и падать духом! Долой слёзы!

Последние слова прозвучали с таким надрывом, что улыбка Сахаринки стала грустной. Она видела, как Настя сжимает кулаки, как Эмми украдкой смахивает что-то с ресниц.

— Вообще-то… — медленно произнесла Сахаринка, словно наслаждаясь моментом, — папа так-то уже возвращается и едет в особняк.

Две пары глаз уставились на неё с таким изумлением, что она невольно сделала шаг назад.

— ЧТО⁈ — выкрикнули Настя и Эмми одновременно.

В следующее мгновение Сахаринка оказалась прижатой к стене — Настя с одной стороны, Эмми с другой, обе обхватили её, требуя подробностей.

— Когда? Как? Откуда ты знаешь? Он в порядке? Он один? Почему ты молчала? — вопросы сыпались со всех сторон, как горох из дырявого мешка.

— Да не прижимайтесь вы ко мне своими потными телесами! — возмутилась Сахаринка, пытаясь выбраться из захвата, — Мне потом панцирь отмывать от вас!

Но девушки не обращали внимания на её протесты, продолжая засыпать вопросами.

— Рассказывай всё! Сейчас же! — потребовала Настя, и её глаза сверкали таким огнём, что Сахаринка сдалась.

— Его телефон вдруг стал доступен, и Кристина Валерьевна дозвонилась! — выпалила она, — Он сказал, что всё объяснит при встрече. Что едет домой. Будет здесь примерно через час-полтора…

Настя и Эмми издали радостные вопли и, не сговариваясь, рванулись к выходу из тренировочного зала.

— Стоять! — Сахаринка молниеносно преградила им путь, расставив все четыре руки, — Куда вы в таком виде собрались⁈

Они остановились, озадаченно глядя на неё, а затем, опустив взгляд на свои обнажённые тела, залились смехом.

— Точно, — кивнула Настя, — Сначала переодеться!

— Чур, я первая в душ! — воскликнула Эмми, направляясь к своим вещам.

— Эй, это нечестно! — возмутилась Настя, — Тебя на дуэль вызвать?

— Отложим финальный раунд нашего противостояния до возвращения судьи, — серьёзно ответила Эмми, но в её глазах плясали весёлые огоньки.

— И то верно, — кивнула Настя, собирая свои вещи, — Только Костя сможет по достоинству оценить наше эпичное сражение!

Они, всё ещё хихикая и перешучиваясь, отправились к душевым. Сахаринка проводила их долгим взглядом, и на её лице играла тёплая улыбка. Она не могла не оценить, как быстро изменилось настроение девушек, как вспыхнула в их глазах надежда. Хотя они и изо всех сил хотели казаться беспечными.