— Значит так. Да, накосячили малехо. Да, на победу в верхней сетке теперь не претендуем. Ну так что, руки опустим? Фиг там! Будем выгрызать свой шанс в нижней! Порвем там всех на британский флаг, заставим жрать пыль ботинок наших! И когда Черное солнце будет наше… вот тогда и поглядим!

Подручные одобрительно зашумели, повеселели.

— Во-во, хозяйка дело говорит! — гаркнул кто-то, — Утрем нос всей этой титулованной швали! Наше ме…

Договорить он не успел. Со стороны арены донесся оглушительный взрыв, да такой, что задрожали стены. Следом раздался слитный вопль тысяч глоток — изумленный и восторженный.

Похоже, финальная битва меж Соколовыми и Безумовыми достигла своего апогея!

Госпожа резко обернулась к экрану, транслирующему схватку. И обомлела: арена превратилась в настоящее месиво!

Афина с ее ледяными клонами, Марья верхом на пылающем лавовом монстре, хмурые маги-сенсоры — вся честная компания будто взбесилась! Они остервенело бросались на Безумовых, осыпая тех лавиной атак. В ход шло все — от банальных фаерболов и ледяных копий до каких-то запредельных менталок, от которых кровь стыла в жилах!

Пространство арены то и дело вспарывали ослепительные вспышки, грохот стоял такой, что уши закладывало. Обломки, крошево, клочья дымящейся плоти — все смешалось в чудовищной круговерти!

Но и Безумовы не отставали. Бесстрашно бросались в самое пекло, орудовали печатями так, что дух захватывало! Вот Сахаринка, мирмеция-красавица, с непостижимой ловкостью скачет по полю боя, сметая со своего пути десятки ледяных болванов. Настя сотворила доппельгангера самой Светланы — и теперь эта штуковина азартно месит лавовую псину!

Эмми и Айсштиль вообще словно с катушек слетели — носятся меж врагов ошалелыми вихрями, то и дело впиваясь в противника то шипами, то ледяными кинжалами. Поди пойми, где там чья магия!

Но больше других, конечно, впечатлил Безумов. Вот уж кто оправдывал свое прозвище на все сто! Он будто везде сразу — и здесь, и там! Черные щупальца так и мелькали, опутывая недругов, впиваясь под кожу. Даже сквозь грохот и вопли Госпожа различала мерзкий хруст ломаемых ледяных суставов.

А у края арены прогуливалась Светлана Соколова собственной персоной — невозмутимая, словно снежная королева. Все с тем же бокалом вина, будь он неладен! Княжна флегматично взирала на побоище, изредка лениво отмахиваясь от случайных атак.

Шальное заклинание врезалось ей в висок — и тут же от отскочило в сторону, не причинив княжне ни малейшего вреда! И хоть бы хны! Ни один волосок не упал с ее идеальной прически!

Госпожа сглотнула. Да уж, ну и силища у девки! Даже не шелохнется ведь, зараза, а поди сдвинь ее с места!

Вновь кольнула обида — даже она сама со своими крыльями и жалами не сумела бы пробить эту необоримую защиту…

— Вот ведь зараза лощеная! — процедила она сквозь зубы. Будто почуяв ее эмоции, бойцы сзади гневно загалдели, то и дело поминая недобрым словом «княжью холеру» да «выскочку патлатую». Особо смачные эпитеты сыпались и в адрес ее соратников — «курощупов недоделанных» и «куриц ощипанных».

Госпоже это не сильно понравилось.

— А ну хорош прохлаждаться! — рявкнула она на своих подручных, — Уже выздоровели? Быстро за тренировки, бездельники!

Те испуганно шарахнулись прочь, на ходу подхватывая разбросанное оружие и экипировку. Зная крутой нрав хозяйки, связываться с ней в таком настроении — себе дороже.

Госпожа поморщилась. Башка всё еще раскалывалась после ментальной атаки проклятой Дарьи Кривотолковой. Поганая стерва, ну ничего, она еще припомнит ей этот финт ушами! Отольются кошке мышкины слезки!

Надо что-то делать с этим странным гулом в голове. Не замолкает, зараза, ни на миг! Будто рой пчел в черепушку залетел и давай жужжать! Поганое чувство!

Тут за спиной раздался смачный грохот. Будто что-то тяжелое уронили, хряпнули со всей дури! Госпожа аж подскочила от неожиданности. Какого черта⁈

Резко обернувшись, она не сдержала возгласа изумления. Потому что в дальнем углу помещения возвышались… ее головорезы! Точнее, то, что от них осталось. Живописной кучкой громоздились на полу, оглушенные, помятые, со свернутыми набок челюстями. Над телами клубился легкий дымок, в воздухе отчетливо воняло паленым.

Какого… стоило ей на миг расслабиться…

— Это что еще за новости⁈ — взревела Госпожа, метнувшись к неподвижным бойцам. Склонилась, пощупала пульс у ближайшего амбала. Слава богу, живой! Но в отключке конкретной, это да.

Только тут до ее слуха донесся негромкий смешок. Госпожа вскинула голову — и обмерла. В паре шагов вальяжно прислонившись к стенке стоял… Фома Лисовский собственной персоной! Легендарный мастер подлых ударов в спину и по совместительству персональный кошмар всех служб безопасности!

— Ты⁈ — только и смогла выдохнуть Госпожа, во все глаза пялясь на нежданного гостя, — Какого черта⁈

— И тебе не хворать, дорогуша, — ухмыльнулся в ответ Лисовский. Смерил Госпожу насмешливым взором, хмыкнул, — Интересная ты барышня, Госпожа. То за мужиков рубишься похлеще их самих, то в истерике бьешься.

Госпожа дернулась было к наглецу, да так и застыла на полувздохе. Да уж, в ее планы совсем не входило повторить участь незадачливых подручных! Кто его знает, чего можно ждать от этого проходимца?

В таком состоянии она Фоме точно не противник.

— Полегче, красавица, — вкрадчиво протянул Фома, заметив ее нерешительность, — Не дергайся ты так, не укушу. Я ведь с миром пришел, потолковать хотел.

— Ах потолковать? — прошипела Госпожа, медленно выпрямляясь. Уперла руки в бока, нехорошо прищурилась, — Что-то не похоже, будто ты за душевными беседами пожаловал! Раскидал моих парней как котят, ворвался без спроса… Больно наглый ты что-то, Лисовский!

Фома лишь примирительно вскинул ладони:

— Брось, подруга, остынь! Ну немножко погорячился, с кем не бывает! Уж прости старого вояку, мы — народ грубый, сразу за меч хватаемся!

Госпожа скептически фыркнула. Ага, как же! Поверила она в эти отмазки!

Но прежде чем она успела озвучить свои подозрения, Лисовский добавил:

— У меня к тебе дело, Госпожа. Серьезный разговор. Думаю, тебя заинтересует мое предложение.

Вот тут женщина заколебалась. Неужто правда по душам решил поболтать? Или очередная подлянка на подходе?

Лисовский, будто прочитав ее мысли, снова ухмыльнулся. Плавным движением достал из-за пазухи бутылку — судя по мутно-зеленому стеклу и характерному бульканью, выпивка что надо.

— Не желаешь пропустить по стаканчику? — невинно осведомился он, приподнимая бутылку, — За встречу, так сказать. Глядишь, под винцо и потолкуем спокойно, без лишних нервов.

Госпожа с подозрением покосилась на вино. Кто его знает, может, отрава там какая? Впрочем, у нее иммунитет к большинству ядов, так что…

Фома словно бы и не заметил ее замешательства. Уже звенел стеклом, разливал душистый напиток по стаканам. Протянул один собеседнице, полный до краев:

— Ну же, за встречу! Или сильно брезгуешь, с бывшим Истребителем за одним столом сидеть?

Разозлившись, Госпожа решительно шагнула вперед. Дерзко вырвала стакан из рук Фомы, смело отхлебнула, крякнула. Крепкая, зараза!

Но не успела толком распробовать вкус, как проклятый Лисовский выкинул очередной фортель. Резко подавшись вперед, навис над Госпожой и вкрадчиво прошептал:

— Не будем особо тянуть, сразу к делу. У меня к тебе вопрос, дорогуша. Как ты смотришь на то, чтобы перехитрить нашего обожаемого Императора? И заодно весь этот гребаный турнир к чертям разнести?

Госпожа подавилась на полуглотке, закашлялась. Вытаращилась на собеседника, хватая ртом воздух:

— Ты совсем двинулся, Лисовский⁈ Какое еще разнести⁈ Ты о чем вообще⁈

Тот лишь глумливо осклабился, неторопливо потягивая вино:

— Да все о том же, подруга. О Черном солнце. Вот скажи, ты в курсе, что эта фиговина — самый что ни на есть древний артефакт, созданный Безумным Богом?