Все шло несказанно хорошо, я бы даже сказал, что слишком хорошо. На третий день я обошел лес вокруг дома, дабы осмотреться, нет ли поблизости других желающих захватить мои хоромы. Но все было тихо и спокойно, лес, тишина, разве что пение птиц доносилось со всех сторон, не более. Но на всякий случай я наставил по периметру дома массу растяжек, использовав все гранаты. Вместо тонкой проволоки использовал толстую рыболовную леску, так что нужно будет очень сильно постараться, чтобы ее заметить.

Выдохнув с облегчением, я сходил в курятник, набрал яиц, покормил кур и отправился на кухню готовить обед.

На пятый день, после полудня, я услышал то, чего боялся больше всего, сначала эхом по лесу прокатился рев моторов, а чуть позже и раздался взрыв одной из растяжек либо кто‑то кинул гранату, но все же, скорее всего, первое. Помня ошибки предыдущих жильцов, я держал оружие и бронежилет под рукой и уже через пару минут был готов к бою. Но был главный вопрос: кого это занесло в такое захолустье?

Осторожно выглядывая в окно, я увидел, как к дому на всех парах подлетело две БМП. Они повернулись к дому боком, и из них высыпались вооруженные до зубов солдаты. Они спрятались за броней, а БМП тем временем развернули свои пулеметы в мою сторону.

– Вот же попал! Сначала моряки, теперь пехота! – злобно прошипел я, отпрянув от окна. – А может, обойдется? Если это военные, чего им меня трогать‑то? – призадумался я, но вдруг вспомнил, что четыре тела так и лежат у забора. – Ага, как же! Обойдется!

– Кто‑кто в теремочке живет? Кто‑кто в невысоком живет? – раздался насмешливый голос с улицы.

– Чего надо? Тут только мирные люди живут! Мы никому зла не желаем, уезжайте отсюда! – крикнул я как можно громче, после того как приоткрыл створку окна.

– Мирные, говоришь? – ответил все тот же голос. – А тела чьи у забора лежат? Или дай угадаю, это замороженные полуфабрикаты? Каннибализмом балуетесь, уважаемый?

– Нет, людей мы не жрем, а трупы, так у нас тут непонятки вышли, только и всего. Вы же не полиция, так что езжайте дальше, мы тут сами разберемся!

– Ага, как же. Дружище, выходи поговорим, пока по‑хорошему прошу, ты же видишь, шансов у тебя или вас ноль, не доводи до греха.

– Так я и отсюда неплохо слышу, да и ты вроде бы не глухой.

– Да я хочу в очи твои ясные посмотреть, а глотку рвать уже надоело.

– Круг, да че ты с ним цацкаешься? Один он там, зуб даю. Давай штурманем и дело с концом, вот время еще на него тратить будем. – раздался третий голос.

– Да, так и поступим, готовьтесь, парни. – согласился тот самый Круг.

– Тише, господа офицеры! Давайте без штурма, я сдаюсь. – понимая, что штурм мне в лучшем случае аукнется легким ранением или отбитыми почками. Пожалуй, сдамся, а дальше видно будет, не первый плен за последнее время, да и не последний.

– Добро, выходи с поднятыми руками, слово даю, тебя никто не тронет. – крикнул мне в ответ их командир, и я, отхлебнув из бутылки с водкой, бросил оружие на пол, скинул разгрузку и направился к двери.

Ил

Снегоход неспешно приближался к нам и остановился в пяти метрах от машины. Водитель заглушил мотор и демонстративно поднял руки вверх.

– День добрый. – громко произнес он. – Мы мирные и не ищем проблем. – спокойно произнес мужчина.

На вид ему было лет сорок‑сорок пять. Вид уставший, синяки под глазами от недосыпа, небольшая неестественная щетина. Одет он был в армейский бушлат старого образца, болоневые штаны, а обут в обычные зимние ботинки. Оружия при нем я не заметил, так что вполне возможно, он и правда не желает конфликта.

– Здорово! Коль не шутишь. – поприветствовал я его. – Че хотел‑то? – убирая гранатомет спросил я, но Герда при этом продолжала держать его на мушке.

– Поговорить, так сказать, предложить обмен информацией. – спокойно ответил он. Ему явно не нравилось, что дуло пулемета наставлено на него, но при этом он покорно терпел.

Видимо, в современных реалиях это уже становится нормой. Все время кто‑то или в перекрестии прицела, или на волоске от того, чтобы быть сожранным. И самое забавное в этом тот факт, что зомби сейчас впали в зимнюю спячку и отсутствуют, но угроза никуда не делась, ох уж этот голод и больные на голову люди.

– О как. – улыбнулся я. – Ну давай поговорим, но есть один момент, почему я должен верить тебе, а ты мне? Сам понимаешь, сейчас все на стороже, все же человек человеку волк, так было раньше, а теперь и подавно.

– Не верить мне – это ваше право, да и та информация, что меня интересует… – замялся он и отвел взгляд в сторону. – В общем, не думаю, что вы будете врать, тем более раз не открыли огонь, то вы нормальные люди, а не отморозки какие. – произнес он, и Герда тут же стрельнула в меня взглядом и едва смогла сдержать смешок.

– А вот сейчас обидно было. – хохотнул я в ответ и ткнул ее локтем в плечо.

– Что вас интересует, спрашивайте. – обратилась к нему Герда.

– Я правильно понимаю, что вы едете с востока на запад? – с надеждой в голосе спросил он у нас.

– Допустим. – ответил я.

– Ребята, тут такое дело, у меня жена пропала, а с ней было два пятилетних мальчишки. Ориентировочно она могла отправиться на восток, вот мы их и ищем. Не встречалась случайно?

– О как. – удивилась Герда. – Как‑то подозрительно звучит, не находите?

– Да, понимаю, звучит так себе. Но я все объясню, женщину зовут Алена, а мальчишек‑близнецов Коля и Миша, они моя семья. – всхлипнув носом ответил он и, опустив одну руку, осторожно залез ей во внутренний карман и, вынув из него небольшое фото, продемонстрировал нам. Правда, нам с такого расстояния не было видно.

– И как это можно потерять жену и двух детей? Зимой! – настороженно спросила Герда.

– Мы не потеряли ее, она сбежала.

– Даже так? Был повод? – уточнил я, хотя уже понимал, что речь идет о той самой барышне из подпола, но карты раскрывать не спешил. Все же мне стало интересно, как так вышло, хотя бы со слов этого мужика.

– Да как сказать. – пожал он плечами. – Алена тяжело перенесла все изменения в мире. Сильнейший стресс, несколько раз нас чуть не сожрали, плюс у нее было легкое ранение. В общем, она вздрагивала даже от малейшего шума. Зомби ей всюду мерещились, везде видела злодеев и прочее. Но держалась и заботилась о наших сыновьях. Когда у нас появилась нормальная, безопасная база и выяснилось, что зомби перемерзли, ее состояние улучшилось. Все стало налаживаться, но месяц назад кое‑что произошло. Вам, наверное, будет интересно это услышать. Мы были в одной деревне, собирали припасы, и на нас напала стая собак. Разумеется, началась перестрелка, и во время боя загорелся один из домов. С одной стороны, ну пожар и пожар, дело житейское. Но не все так просто, огонь начал топить снег, и из‑под него показались замороженные зомби. Так вот вам важная информация, холод их не убил. Через какое‑то время зомби оттаяли и начали шевелиться. Понимаете, что это значит? С приходом весны все начнется по новой!

– Согласен, неприятное открытие, но мы уже в курсе. – ответил я ему.

– Неприятное – это мягко сказано. Собственно, к чему я это сказал. Вернувшись на базу, мы сообщили эту ужасную новость всем жителям, и, разумеется, все пришли в негодование. А у Алены начались жесткие приступы паники. Она поняла, что еще ничего не закончилось, и начала требовать переезда куда‑нибудь очень далеко, где всегда холодно. В целом идея была здравой, но куда именно ехать? Что мы там будем есть? Где мы будем жить? Все это ее не интересовало, она просто хотела уехать. Разумеется, на фоне этого у нас была масса ссор. А неделю назад, во время сильной метели, я вернулся в нашу комнату после дежурства, а ее с детьми не было дома. Поиски ничего не дали, Алена и дети найдены не были, как и один снегоход на стоянке. Воспользовавшись непогодой, она забрала детей и сбежала. С тех пор мы ее ищем, и с каждым днем шансы найти ее живой все меньше и меньше.