– Да ну? Гонишь? – расплылся я в улыбке.

– Не гоню. – заверила она меня. – Работает на дизеле, средний расход двадцать пять литров на сотку, бак на двести шестьдесят. Разумеется, расход будет варьироваться от того, как жать на гашетку. В целом, если мы ее заведем, то считай, что вытянули золотой билет.

– А как заводить разобралась?

– Ага, просто нужен ключ и аккумуляторы, если они не сдохли, в чем я не уверена.

– Тогда пошли на поиски ключа. – предложил я, ударив ее по руке, а то она уже к оптическому прицелу потянулась.

– Деспот. – заявила она, одернув руку, и показала мне язык.

Следующие два часа мы потратили на поиски ключа, но это почти как искать иголку в стоге сена. Взламывать машину не было смысла, так как в ней полно электроники, и даже если мы провернем замок, толку от этого не будет. Осмотрев все и вся, мы принялись взламывать сейф в кабине директора базы, и это было не зря. Ключ был в нем, даже целых два, а еще там было много денег и дорогих часов, я даже захватил себе шикарный золотой Ролекс. Правда, через пару минут он мне надоел, и я выкинул его в сугроб, решив, что туристические джишоки куда более полезны.

С ключами мы вернулись к машине, и Герда, усевшись за руль, провела все необходимые манипуляции, а после повернула ключ. Я, конечно, был скептически настроен, не может быть все так хорошо, и одежда тебе, и снаряга, и провизии полный холодильник, и даже навороченный вездеход. Но, несмотря на это, он взял и завелся с полпинка.

– Дела! – расплылся я в самодовольной улыбке.

– Чего встал? Давай технику расталкивай, путь перекрыт! – крикнула мне напарница, вылезая из кабины.

– Так ты прям по ней езжай!

– Ага, конечно!

– Что, тебе жалко что ли?

– А если колесо порежу, ты запасных колес много видишь? – возмущенно спросила она.

– Аргумент. – согласился с ней я, и мы принялись расчищать путь.

Шаман оказался просто великолепным аппаратом, он уверенно передвигался по снегу и был прост в управлении. Мы с Гердой покружили вокруг базы, набивая руку, а после вернулись к дому.

После небольшого совещания мы пришли к компромиссу, что задержимся здесь на пару дней, чтобы дать организму прийти в себя, а после пойдем вперед согласно нашему плану.

Николай (Круг)

– Сейчас подойду! Что‑то прижало не по‑детски. – делая вид, что мне нужно в туалет, крикнул я парням, сидящим на броне, которые дымили папиросами и грелись на весеннем солнышке.

– Смотри, чтобы оттаявший зомби за задницу не укусил! Не самая приятная смерть. – хохотнул мне вдогонку Скайнет.

– Не дождетесь!

Пробираясь по талому, рыхлому снегу, я забежал в лесок и присел на корточки в зарослях малинника. Убедившись в том, что за мной никто не наблюдает, я начал быстро вытаскивать из‑за пазухи картонные пачки с патронами и укладывать их в полиэтиленовый пакет. Вынув все, что было, я прочно завязал пакет, чтобы в него не попала влага, и, уложив его на землю, припорошил снегом.

За зиму мной была сделана масса тайников, где‑то лежат патроны, где‑то сухие пайки и даже оружие. Все это были заготовки на день побега. Чтобы мы могли выскочить почти пустыми с базы и по мере необходимости собрать все нужное. Правда, разброс тайников очень широкий, но это все равно лучше, если бы их не было.

– Командир, второе и третье отделение закончило осмотр, видим лагерь с людьми. Примерно двадцать пять человек, ведут себя спокойно, прошу разрешение на захват. – вдруг ожила моя рация, и в ней послышался голос Маркиза, такого же комвзвода, как я, вот только обращался он сейчас ко мне.

– Гребаный Хобот! Вот нужно же было тебе заболеть! Старая ты перечница! – злобно прошипел я, негодуя от того, что меня назначили исполняющим обязанности командира взвода.

– Добро, только осторожно, попробуйте сначала поговорить, давайте хоть сегодня обойдемся без пальбы. Мы выдвигаемся к вам. – тяжело вздохнув, ответил я.

– Принял, работаем, конец связи. – тут же ответил Маркиз.

Встав на ноги, я, делая вид, что застегиваю ремень, на ходу двинулся по своим следам в обратном направлении. Перед лесом был расположен небольшой бугорок, на котором снег уже полностью растаял, и даже виднелась молодая зеленая травка. Я остановился на нем и, вынув из разгрузки сигарету, начал ее прикуривать. Мои руки были влажными, поскольку пришлось закапывать пакет в снегу, и из‑за этого зажигалка выпала из руки прямо в небольшую лужицу.

Присев на корточки, я потянулся за источником огня и увидел в воде, покрытой рябью, собственное отражение, от чего тут же скуксился. Да уж, что‑что, а смотреть на себя было максимально противно. Я никогда не считал себя эталоном для подражания, правильным человеком и даже добряком. Но при этом не был злодеем, убийцей и старался во всем искать компромиссы. А кто я теперь? В кого превратился? Стал охотником, мясником, кто отлавливает людей и отдает их на растерзание в лаборатории. Даже людоеды на нашем фоне выглядят не так ужасно. Сколько же крови на наших руках? А все ради чего? Руководство бросается громкими словами и лозунгами, что все ради светлого будущего, вот только забывает добавить, что это будущее они готовят для себя, шинкуя людей словно капусту.

Я размышлял на эту тему очень много, даже думал, а не поднять ли нам восстание и прикончить все руководство к чертовой матери. Но увы, слишком много факторов, которые не дадут этого сделать. Первое – это, конечно же, Стервятник, процентов сорок бойцов докладывают ему о каждом нашем шаге и действии. Стоит только заикнуться о мятеже, как нас сразу же всех спеленают и отправят на нижние этажи. Также у многих нормальных ребят, что негодуют от наших действий, есть семьи, которые живут в бункере, и они делают то, что делают, исключительно для того, чтобы сохранить им жизни. Соответственно, против местной власти они не пойдут. А некоторых всё устраивает, они приняли новые реалии жизни и просто стараются выполнять все приказы, боясь вызвать на себя гнев руководства.

Да и со слов Лизы, ученые достигли очень большого прогресса и сейчас готовят свою маленькую армию из разумных зомби. Там, конечно, еще далеко до идеала, но успехи есть, и через год‑два, возможно, они, вероятно, и сами станут пожирающими людей разумными тварями, и тогда точно всему придет конец. Людей превратят в скот, а новая, как они называют, «высшая раса» будет господствовать на планете.

Как бы неприятно было это осознавать, но я всего лишь маленький человечек, неспособный хоть как‑то повлиять на ситуацию. Я не герой, скорее наоборот, мне не хочется стать жертвой, которая к тому же будет напрасна. Так что самый лучший вариант для меня – бегство, заберу Лизу и сбегу отсюда как можно дальше, туда, где нас никто и никогда не найдет. Ударив рукой по воде, я поднял зажигалку со дна и вернулся к своим парням.

– Погнали к нашим! Они людей нашли, уже захват начали. – дал я команду мехводу, запрыгивая на броню.

К вечеру колонна вернулась на базу. В машинах помимо бойцов сидела группа людей, которую мы «спасли» от неминуемой голодной смерти. Люди при виде добрых дядек в форме решили, что мы их спасители и реально заботимся о выжившем населении. Захват обошелся без единого выстрела, народ, что обитал в крохотной, грязной землянке, добровольно поехал к нам, не подозревая о том, что это билет в один конец.

У ворот нас, как обычно, встретил медперсонал, что сразу же принялся осматривать новый материал и разбивать их на группы. Некоторым людям удавалось избежать лабораторий, это, как правило, какие‑нибудь редкие специалисты, а еще военные или силовики. Люди Стервятника обрабатывали новобранцев, объясняя политику партии, и после они пополняли наши ряды, ведь порой потери у нас были немаленькими. Из первого состава моего взвода в живых осталось только трое: я, Хобот и Скайнет. Хотя Хобота я не видел уже пять дней, и мне это совсем не нравилось, а информации о нем не было от слова совсем.