– Почему ты на их стороне? Что тобой движет? Я не верю, что ты готов погубить столько жизней из‑за обычного любопытства. – прямо спросил я.

– Да ты прав, про любопытство я немного приврал, хотя мне реально интересно. Но куда более весомая причина так же имеется и, увы, рассказать о ней я не могу.

– Кстати, а где наш ротный? Что‑то я давно его не видел. – сменил я тему, понимая, что внятных ответов от него мне не получить.

– Не поверишь, сбежал! – хохотнул Стервятник.

– В смысле? – опешил я от его ответа.

– В прямом, он и два отделения вчера с утра сорвались в бега, мол поехали на осмотр территории и рванули в сторону Урала. – рассмеялся он указав рукой направления.

– И что? Ушли? – приподняв одну бровь спросил я.

– Конечно же нет, ночью мои парни их вернули, всех до единого, уже сидят в камерах и ждут своего часа. Об этом завтра официально доведут до всех. Если честно, я похлопотал за них, чтобы простили, все мы люди, все мы ошибаемся. Но генерал сказал, что это прецедент и прощение повлечет за собой новые попытки побега, так что все это дело получит огласку и послужит примером в назидание другим. Ты же не думал, что единственный, кто думает о побеге и готовился рвануть летом?

– Обложили, сволочи, со всех сторон! – опустив взгляд в пол прошептал я, негодуя от того, что все мои планы и усилия пошли коту под хвост.

– То‑то же! – хлопнул он меня по плечу и встал из‑за стола. – Николай, я надеюсь, ты запомнил мои советы, служи, старайся и поднимайся выше, это единственный шанс для тебя и твоей женщины. Все остальное – жалкие потуги, которые приведут вас к гибели, причем не самой приятной. Как говорится «Я сказал, ты услышал». Так, давай, дерзай, будь здоров! – добавил он и вышел из канцелярии оставляя меня наедине со своими мыслями.

– Сука! Уроды! Ненавижу! – закричал я во всю глотку, а после, вскочив на ноги, схватил стул, на котором до этого сидел и швырнул его в стену, затем в нее отправилась стеклянная пепельница со стола, что вдребезги разбилась разлетаясь в стороны острыми осколками, окурками и серым пеплом.

Выпустив пар, я поправил на себе форму и отправился теперь уже к своему взводу, но в голове начал уже прочитывать новые варианты. Если он думает, что я не могу сбежать отсюда из‑за его людей, может стоит сделать так, чтобы этих людей больше не было? В конце концов все мы смертны, а их кровь будет лишь малой долей из той, что пролилась по моей вине.

Ил

– Герда! Герда, мать твою, просыпайся! – пытался я перекричать собачий лай, убегая от стаи бешеных псов по застывшему насту.

Не оборачиваясь и не сбавляя скорости, я направлял Сайгу за свою спину, стрелял наугад и порой попадал, так как вслед за выстрелом раздавался собачий визг. Бешеные псы спешно нагоняли меня, и шансов на отрыв становилось все меньше и меньше. Герда же, как назло, спит себе в машине и из‑за хорошей шумоизоляции ничего не слышит. Чтобы не дать одичавшим животинкам схватить себя за филейную часть, мне все же пришлось оборачиваться и отстреливать самых шустрых. Благо хоть в разгрузке была масса снаряженных магазинов. Печальный опыт самый полезный, и я теперь даже по нужде без снаряжения не хожу, так как никогда не знаешь, когда и в кого придется стрелять. Когда до машины оставалось около ста метров, а стая почти настигла меня, люк в крыше распахнулся, и из него показалась моя напарница в одной растянутой футболке и с автоматом наперерез.

– В сторону! – выкрикнула она и указала направление, а затем открыла прицельный огонь.

Полностью доверяя этой барышне, я щучкой прыгнул на снег и, крутанувшись в воздухе, приземлился на спину. Грохот автоматического оружия и бас Сайги наполнили лес громовыми раскатами, словно во время грозы. Собаки одна за одной падали на твердый наст, окрашивая его своей кровью.

– Ничего себе за хворостом сходил! – тяжело дыша, произнес я, поднимаясь на ноги.

– За каким еще, нахрен, хворостом? Ты что, с дуба рухнул? У нас же дизельный отопитель в машине стоит! – злобно фыркнула Герда и, забравшись в салон, громко хлопнула крышкой люка.

– За таким! Чтоб метлу сделать! – отмахнулся я от нее. – На разведку летать будешь. – хохотнул я от собственной шутки.

– Что ты там вякнул? Я сейчас тебе полетаю! – раздался ее злобный голос из приоткрывшегося окна, и я даже вздрогнул от неожиданности, поскольку был уверен, что она меня не слышит.

– Да метлу я хотел сделать! А то мы с тобой разного хлама набрали, а о такой банальности не подумали. В салоне жуткий беспорядок, все в крошках, шерсти и прочем мусоре, мы словно в хлеву живем! – пояснил ей я. – Вон в далеке березки растут, думал прутиков нарезать, пока ты дрыхнешь. Нарезал, блин.

– Это получается, собаки там жили что ли? – высунувшись в окно, спросила она.

– Нет, если бы они там жили, их бы Тузик сразу учуял, да и я бы заметил, как минимум все бы было в их следах. А тут почти подошел, а они на горизонте сплошной тучей появились и на меня рванули. Я было решил, что это волчья стая, но когда все они начали громким лаем заливаться, стало ясно, что это песики. И это, спасибо, что прикрыла, если бы не ты, то я даже и не знаю, сожрали бы, скорее всего.

– Не благодари, и вообще, чего ты без Тузика поперся? И меня не разбудил? Да и в остальном, чудо, что твою пробежку наст выдержал. Провалился бы где‑нибудь, увяз в снегу, и все, тебе бы уже было не помочь, только добить, чтобы от боли не мучился. – начала причитать Герда.

– Да вы так сладко спали, не стал вас беспокоить. – пожал я плечами в ответ.

– И чуть не проспали, если бы не беспокойство Тузика с его острым слухом, хрен бы я чего услышала. Давай ты больше не будешь один уходить. А то этих пережравших мертвечины псов развелось как кроликов!

– За это можешь не беспокоиться, урок усвоен. Но, скажу честно, было весело.

– Что в этом веселого? – возмутилась она.

– Бежать на перегонки со смертью.

– Придурок! – фыркнула девушка и закрыла окно в знак протеста.

– Поехали посмотрим, откуда собаки явились? Может, там еще есть? Не в поле же они живут? – приоткрыв дверь в салон, предложил я.

– Да, пожалуй, имеет смысл прокатиться. – согласилась она. – Главное, Тузика не выпускать, а то подхватит заразу и пиши пропало. А я к нему уже привязалась.

– Раз пошло такое дело, давай поедим и поедем.

– Поддерживаю. – согласилась напарница.

После плотного завтрака мы двинулись по собачьим следам в поисках их логова. Шаман уверенно преодолевал сугробы и плавно плыл по пересеченной местности. Вообще я был в восторге от машины, ему все было нипочем: вода, снег, грязь, тонкие деревья, он всюду шел напролом. В салоне было уютно, тепло и просторно. Вот что значит люди заморочились над его созданием.

Эх, жаль Великана с нами больше нет, он бы из него такой танк смог бы состряпать. Усилить бы броню, поставить парочку пулеметов, и с такой проходимостью можно ехать куда угодно, разве что плавать бы он не смог, но это не главная проблема, мосты пока еще присутствуют.

Начало зимы у нас, конечно, не задалось, первый снег едва не стал для нас последним, но мы смогли вырваться из передряги и обзавестись всем необходимым. Как бы больно это сейчас ни звучало, но я не уверен, что сменил бы Шамана на свой старый пикап. В остальном особых проблем во время зимовки мы не испытывали, разве что дефицит горючки. Это мы без еды можем двигаться еще какое‑то время, а техника без солярки никуда. В моменте нам даже пришлось замешивать авиационный керосин с моторным маслом и заливать его в бак, так как топливо у нас было почти на нуле. Я, конечно, сильно переживал из‑за этого, как бы мотор не сдох, но он выдержал. Этот лайфхак нам в свое время Летун рассказывал, когда из технарей продавали горючку, а потом намечалась срочная работенка, вот они так и выкручивались. Кто же знал, что и нам это может пригодиться.