– Не спеши, – серьёзно произнёс Калем. Подошёл к кровати и погладил Диану по лицу. – Отбор никуда не денется. А у меня… есть ещё дела.

– Какие? – неожиданно для себя поинтересовалась Диана, сознавая, что ей не всё равно.

А Калем… сел на табуретку, хотя был настроен уйти.

– Надо отправить врача изучать пробирки. И не спрашивай… Противоядие в одной из них… И… кажется, Макс заболел…

– А ты?.. – голос и без того тихий, сделался вовсе едва слышимым.

– А я нет. Отец отказался в лазарет ложиться, но думаю, и он тоже. Подруги твои вроде держаться… Хотя, по уму, стоит всех изолировать, – Калем поморщился и растёр бледное лицо руками. – Не волнуйся, со всем разберёмся.

Диана кивнула, пытаясь не поддаваться волнению. Сейчас от неё всё равно мало толку…

… после пришёл врач.

Строго отчитал, будто Диана виновата в собственной смерти, удостоверился, что больная вовсе не больная, а всего лишь истощённая, поудивлялся и ушёл. Девочек, правда, не пустили. Стражник был суров и непреклонен. Сказал, все посещения только с прямого приказа принца. А он такого не давал…

Проснулась Диана с рассветом и чувствовала… дикий голод. И энергию. Энергия кипела в теле, в мышцах… Требовала выхода и расхода. Она вела себя… буйно, побуждая Диану к действиям.

Казалось, если она пролежит хотя бы ещё минуту в кровати, то погибнет.

Диана откинула одеяло, убедилась, что камеристки рядом нет и опустила ноги на пол.

Нога как нога, ничего в ней не изменилось. И не сказать, что Диана чувствует её. Трость стояла рядом. Диана потянулась к ней, но передумала. Стоило попробовать. Вдруг чудо всё же произошло…

Диана начала вставать, но сразу завалилась на бок, потеряв равновесие. Ногу прострелила боль, заставив Диану тихо вскрикнуть и спешно прикусить губу. На глазах выступили слёзы.

… раньше нога не болела.

Диану бросило в жар. Она вытерла лоб и всё же дотянулась до трости. Ступать на ногу, даже с ней, было мучительно, почти невыносимо. Нога горела, её, словно распирало изнутри, кололи играли и резали ножом.

С трудом получилось доползти до ванной.

«Здесь-то меня и найдут…», – усмехнулась про себя Диана, стараясь залезть в купель.

В тёплой воде боль немного утихла. Диана смогла вымыть волосы и тело, а вот вылезти обратно… Стоило огромных усилий. Каждый раз, когда боль дёргала за нервы, нога подгибалась.

Диана не смогла даже надеть халат. Закуталась в полотенце: оно прикрывало все стратегически-важные места, оставалось лишь надеяться, что не свалится.

Превозмогая боль, Диана потянулась к ручке, чтобы наконец выйти из ванной и постараться найти хоть какую-то одежду.

… дверь распахнулась.

Первыми Диана увидела глаза. Безумные и горящие. А потом, когда уже вынырнула из синего омута, разглядела Калема.

Ни сказав ни слова, он подхватил Диану на руки,… трость выпала, с грохотом приземлившись на мраморный пол, и отнёс в кровать.

– Я тебя свяжу, – пригрозил он, заматывая Диану в одеяло, будто в кокон.

Диана пыталась выпутаться.

– Но я… подождите!.. я хочу ходить, – выпалила она, пытаясь отплеваться от собственных мокрых волос, что прилипли к лицу и лезли в рот.

Калем замер. Кажется, ничего подобного ему в голову не приходило. Зачем вообще Диане ходить, если можно вечно лежать…

– И… мне нужно в туалет, – многозначительно прошептала Диана, вылезая из пухового плена. – А ещё… – она поманила принца пальцем.

Калем насторожился, но всё же наклонился.

– Мне нужно есть, – шёпотом поведала Диана и покивала для убедительности,

Калем коротко улыбнулся и отстранился.

– Я просто… Ладно, – вздохнул он и развернулся, стараясь не смотреть на Диану.

Полотенце предательски сползало…

– Мадина обо всём позаботится, – выдохнул он и направился к двери.

– Я хочу спуститься в трапезный зал, – вымолвила Диана, заставив принца замереть.

– Вижу тебе лучше, – натянуто улыбнулся он. – И ты решила, что после смерти может так просто начать скакать, да?

Диана упрямо поджала губы, придерживая полотенце.

– Я хочу узнать итоги конкурса. Вы уставший… – добавила, покраснев.

Калем вздохнул.

– Макс заболел.

Диана вскинула взгляд.

– А противоядие?

– Ищем. Это не так быстро, оказывается… – печально отозвался Калем. – Пробирок одиннадцать штук, но, чтобы определить какое вещество находится хотя бы в одной…

– А Диамар? – нахмурилась Диана, и боль отступила…

– Молчит… – безэмоционально отозвался Калем.

– Я хочу навестить Маскимилиана, – уверенно произнесла Диана. – Сегодня.

– Ты еле на ногах стоишь! – возмутился принц.

– Вы мне приказываете? – невозмутимо отозвалась Диана.

– Нет! Констатирую факт, – язвительно отозвался он и угрожающе двинулся на Диану. – Я не разрешаю тебе покидать эту комнату…

Диана прищурилась.

– Если мы хотим… если мы чего-то хотим. Ну… в будущем. Чтобы между нами что-то получилось, нужно учиться искать компромиссы, – как Диана не задымилась от стыда, сама не поняла.

Калем сначала разозлился, так что желваки заиграли на его лице, а потом, синие глаза стали хитрыми.

– Хочешь выйти? Хочешь компромисс?

Диана кивнула, но уже не так уверенно.

Калем приблизился, не дав возможности толком испугаться, и невесомо поцеловал. Очень легко, нежно и быстро, так что Диана и сообразить толком ничего не успела.

– Я провожу тебя сам. И ты наденешь защиту, – хрипло вымолвил он, глядя в глаза.

Диана облизала губы и кивнула. Сама же предложила компромисс…

Глава 25. Подстава...

В лазарете пахло лекарствами. Серые голые стены, отсутствие окон, атмосфера не самая приятная, словно специально созданная, чтобы повергать людей в унынье.

Диана надела защитную повязку на лицо и повернулась к Калему.

– Надень, – он протянул халат и помог застегнуть пуговицы. – Мы ненадолго. Ясно?

– Ясно, – кивнула Диана и выдохнула.

Максимилиан лежал на узкой койке под стеганным одеялом: глаза его были закрыты, но веки нервно подрагивали, пересохшие губы потрескались, а грудная клетка прерывисто вздымалась.

Диана закусила губу, села на табуретку и, не сдержав порыв, взяла принца за руку.

– Простите меня, пожалуйста, – прошептала она. Калем встал сбоку, положил руку на плечо и легонько его сдавил.

– Ты не виновата, – успокаивая, произнёс он.

Максимилиан приоткрыл глаза, облизал губы и слабо улыбнулся.

– Ещё как… виновата, – вымолвил он беззлобно. – Отправила Селию Кляжеч в лазарет. Кто теперь станет портить участницам нервы одним своим присутствием?

– Я постараюсь за вас, – грустно улыбнулась Диана. – Мне… мне так жаль.

Максимилиан притворно вздохнул и потянулся к тумбе за водой. Диана поспешила ему на помощь. Помогла принцу напиться и поправила подушку под его головой.

– Вы очень любезны, леди Бернар, – усмехнулся он, прикрывая глаза.

– Если бы я только могла вас вылечить… – прошептала Диана, сжимая руку принца. – Но я даже не знаю с чего начинать.

– Пойдём, – тихо позвал Калем. – Ему надо поспать. Завтра попробуешь, когда сама наберёшься сил.

– Выздоравливайте, – искренне пожелала Диана и вышла.

– Я уже начинаю жалеть, что не заболел сам, – проворчал Калем, снимая защиту.

– Не говорите глупостей, Ваше Высочество, – пожурила Диана. Глаза Калема угрожающе сузились. Диана примирительно вскинула руки. – Поняла. Исправлюсь. А теперь я могу поесть?

Калем усмехнулся, взял Диану за руку и повел обратно во дворец. Нога продолжала подавать непонятные признаки жизни, но Диана старалась их не замечать.

– Я бы очень хотела помочь Максимилиану, – тихо вздохнула она, ощущая себя бесполезной.

Калем остановился посреди двора и развернул Диану к себе лицом.

– Понимаю, ты чувствуешь свою вину за случившееся, но это не так, – серьёзно произнёс он, глядя в глаза. – Мы обязательно вылечит Макса и других, если кто заболеет. Поняла?