«О вы, чей пламень раздвояет жало! Когда почтил вас я в мой краткий час, Когда почтил вас много или мало, 82 Слагая в мире мой высокий сказ, [363]Постойте; вы поведать мне повинны, Где, заблудясь, погиб один из вас». [364] 85 С протяжным ропотом огонь старинный Качнул свой больший рог; так иногда Томится на ветру костер пустынный, 88 Туда клоня вершину и сюда, Как если б это был язык вещавший, Он издал голос и сказал: «Когда 91 Расстался я с Цирцеей [365], год скрывавшей Меня вблизи Гаэты, [366]где потом Пристал Эней, так этот край назвавший, — 94 Ни нежность к сыну, ни перед отцом Священный страх, ни долг любви спокойный Близ Пенелопы с радостным челом 97 Не возмогли смирить мой голод знойный Изведать мира дальний кругозор И все, чем дурны люди и достойны. 100 И я в морской отважился простор, На малом судне выйдя одиноко С моей дружиной, верной с давних пор. 103 Я видел оба берега, Моррокко, [367]Испанию, край сардов, [368]рубежи Всех островов, раскиданных широко. 106 Уже мы были древние мужи, Войдя в пролив, в том дальнем месте света, Где Геркулес воздвиг свои межи, 109 Чтобы пловец не преступал запрета; [369]Севилья справа отошла назад, Осталась слева, перед этим, Сетта [370]. 112 «О братья, — так сказал я, — на закат Пришедшие дорогой многотрудной! Тот малый срок, пока еще не спят 115 Земные чувства, их остаток скудный Отдайте постиженью новизны, Чтоб, солнцу вслед, увидеть мир безлюдный! [371] 118 Подумайте о том, чьи вы сыны: Вы созданы не для животной доли, Но к доблести и к знанью рождены». 121 Товарищей так живо укололи Мои слова и ринули вперед, Что я и сам бы не сдержал их воли. 124 Кормой к рассвету, свой шальной полет На крыльях весел судно устремило, Все время влево уклоняя ход. [372] 127 Уже в ночи я видел все светила Другого остья, и морская грудь Склонившееся наше заслонила. [373] 130 Пять раз успел внизу луны блеснуть И столько ж раз погаснуть свет заемный, [374]С тех пор как мы пустились в дерзкий путь, 133 Когда гора [375], далекой грудой темной, Открылась нам; от века своего Я не видал еще такой огромной. 136 Сменилось плачем наше торжество: От новых стран поднялся вихрь, с налета Ударил в судно, повернул его 139 Три раза в быстрине водоворота; Корма взметнулась на четвертый раз, Нос канул книзу, как назначил Кто-то, [376] 142 И море, хлынув, поглотило нас». Песнь двадцать седьмая
Круг восьмой — Восьмой ров (окончание) 1 Уже горел прямым и ровным светом Умолкший пламень, уходя во тьму, Отпущенный приветливым поэтом, — 4 Когда другой, возникший вслед ему, [377]Невнятным гулом, рвущимся из жала, Привлек наш взор к верховью своему. 7 Как сицилийский бык, взревев сначала От возгласов того, — и поделом, — Чье мастерство его образовало, вернуться Где, заблудясь, погиб один из вас— то есть Улисс. Дантовский рассказ о гибели Улисса восходит, по-видимому, к послегомеровской легенде, передаваемой Плинием Старшим (I в.) и Солином (III в.), согласно которой Улисс, по возвращении на Итаку, выплыл в Атлантический океан, основал Лиссабон (Улиссип) и погиб в бурю у западного берега Африки. Данте по-своему перерабатывает это предание. вернуться Цирцея (греч. — Кирка) — прекрасная волшебница, обращавшая людей в животных (Ч., XIV, 42). Когда Улисс, плывя домой из-под Трои, после долгих скитаний пристал к ее берегу, она превратила его спутников в свиней, но затем вернула им человеческий образ и, полюбив Улисса, целый год удерживала его у себя (Метам., XIV, 242–440). вернуться Вблизи Гаэты… — Гора Цирцеи (ныне Монте-Чирчелло) недалека от того места, где Эней похоронил свою кормилицу Кайету, назвав этот край ее именем (Эн., VII, 1-24). Таково легендарное начало города Гаэты(лат. — Кайета) на Тирренском море. вернуться Оба берега— Средиземного моря. Моррокко— Марокко. вернуться Где Геркулес воздвиг свои межи… — Античный миф рассказывает, что по сторонам Гадитанского (Гибралтарского) пролива Геркулес поставил два столба, как предел для мореходов: это — мыс Кальпе (Гибралтар) на европейском берегу и мыс Абила на африканском. вернуться Сетта (лат. — Септа, ныне Сеута) — гавань у мыса Абила. вернуться Мир безлюдный— области земного шара, покрытые Океаном. вернуться Все время влево уклоняя ход— то есть держа путь на юго-запад от Геркулесовых столбов. вернуться Я видел все светила другого остья— то есть южного небесного полюса, а нашеостье заслонила морская грудь, то есть северный небесный полюс скрылся за горизонтом. Следовательно, мореходы пересекли экватор. вернуться Смысл: «Пять раз осветилась обращенная к земле сторона луны, то есть прошло пять месяцев». вернуться Гора— Дантова гора Чистилища (см. прим. Ч., I, 4). вернуться Как назначил Кто-то— то есть бог, возбранивший живым людям доступ к горе Чистилища. вернуться Когда другой, возникший вслед ему… — Это другой лукавый советчик, граф Гвидо да Монтефельтро, вождь романских гибеллинов, искусный полководец, то враждовавший с папским Римом, то мирившийся с ним. За два года до смерти он постригся в монахи францисканского ордена. Умер в 1298 г. |
