79 Я видел — солнцем загорелись дали [1096]Так мощно, что ни ливень, ни поток Таких озер вовек не расстилали. 82 Звук был так нов, и свет был так широк, Что я горел постигнуть их начало; Столь острый пыл вовек меня не жег. 85 Та, что во мне, как я в себе, читала, — Чтоб мне в моем смятении — помочь, Скорей, чем я спросил, уста разъяла 88 И начала: «Ты должен превозмочь Неверный домысл; то, что непонятно, Ты понял бы, его отбросив прочь. 91 Не на земле ты, как считал превратно, Но молния, покинув свой предел, Не мчится так, как ты к нему обратно». [1097] 94 Покров сомненья с дум моих слетел, Снят сквозь улыбку речью небольшою, Но тут другой на них отяготел, 97 И я сказал: «Я вновь пришел к покою От удивленья; но дивлюсь опять, Как я всхожу столь легкою средою». 100 Она, умея вздохом сострадать, Ко мне склонила взор неизреченный, Как на дитя в бреду — взирает мать, 103 И начала: «Все в мире неизменный Связует строй; своим обличьем он Подобье бога придает вселенной. 106 Для высших тварей в нем отображен След вечной Силы, крайней той вершины, Которой служит сказанный закон. 109 И этот строй объемлет, всеединый, Все естества, что по своим судьбам! — Вблизи или вдали от их причины. 112 Они плывут к различным берегам Великим морем бытия, стремимы Своим позывом, что ведет их сам. 115 Он пламя мчит к луне, неудержимый; Он в смертном сердце [1098]возбуждает кровь; Он землю вяжет в ком неразделимый. 118 Лук этот [1099]вечно мечет, вновь и вновь, Не только неразумные творенья, Но те, в ком есть и разум и любовь. 121 Свет устроительного провиденья Покоит твердь, объемлющую ту, Что всех поспешней быстротой вращенья. 124 Туда, в завещанную высоту, Нас эта сила тетивы помчала, Лишь радостную ведая мету. 127 И все ж, как образ отвечает мало Подчас тому, что мастер ждал найти, Затем что вещество на отклик вяло, — 130 Так точно тварь от этого пути Порой отходит, властью обладая, Хоть дан толчок, стремленье отвести; 133 И как огонь, из тучи упадая, Стремится вниз, [1100]так может первый взлет Пригнуть обратно суета земная. 136 Дивись не больше, — это взяв в расчет, — Тому, что всходишь, чем стремнине водной, Когда она с вершины вниз течет. 139 То было б диво, если бы, свободный От всех помех, ты оставался там, Как сникший к почве пламень благородный». 142 И вновь лицо подъяла к небесам. Песнь вторая
Первое небо — Луна 1 О вы, которые в челне зыбучем, Желая слушать, плыли по волнам Вослед за кораблем моим певучим, 4 Поворотите к вашим берегам! Не доверяйтесь водному простору! Как бы, отстав, не потеряться вам! 7 Здесь не бывал никто по эту пору: Минерва веет, правит Аполлон, Медведиц — Музы указуют взору, 10 А вы, немногие, что испокон Мысль к ангельскому хлебу обращали, Хоть кто им здесь живет — не утолен, 13 Вам можно смело сквозь морские дали Свой струг вести там, где мой след вскипел, Доколе воды ровными не стали. вернуться Солнцем загорелись дали… — То, что Данте принял за солнечное сияние, было, очевидно, сферой огня (Ч., IX, 30 и прим.). вернуться Смысл: «Молния, покинув свой предел, то есть сферу огня (см. прим. 133–134), мчится вниз с меньшей быстротой, чем мчишься ты обратно к нему, то есть к твоему пределу, к небу». вернуться Лук этот— то есть этот позыв (ст. 114), этот инстинкт. вернуться И как огонь, из тучи упадая… — В средние века полагали, что молния, то есть огненный пар, зажатый в водяных парах тучи, расширяясь, прорывает их в наиболее слабой их стороне, а именно в той, которая обращена к земле, и потому устремляется вниз, хотя огню свойственно стремиться ввысь, к сфере огня (ср. ст. 115). |
