88 Хоть речь моя едва ль была мудра, Но я слова привел к такому строю: «Скажи: каких сокровищ от Петра 91 Ждал наш господь, прельщен ли был казною, Когда ключи во власть ему вверял? Он молвил лишь одно: «Иди за мною». 94 Петру и прочим платы не вручал Матвей, когда то место опустело, Которое отпавший потерял. [253] 97 Торчи же здесь; ты пострадал за дело; И крепче деньги грешные храни, С которыми на Карла шел так смело. [254] 100 И если бы я сердцем искони, И даже здесь, не чтил ключей верховных, Тебе врученных в радостные дни, 103 Я бы в речах излился громословных; Вы алчностью растлили христиан, Топча благих и вознося греховных. 106 Вас, пастырей, провидел Иоанн [255]В той, что воссела на водах со славой И деет блуд с царями многих стран; 109 В той, что на свет родилась семиглавой, Десятирогой и хранила нас, Пока ее супруг был жизни правой. [256] 112 Сребро и злато — ныне бог для вас; И даже те, кто молится кумиру, Чтят одного, вы чтите сто зараз. 115 О Константин, каким злосчастьем миру Не к истине приход твой был чреват, А этот дар твой пастырю и клиру!» [257] 118 Пока я пел ему на этот лад, Он, совестью иль гневом уязвленный, Не унимал лягающихся пят. 121 А вождь глядел с улыбкой благосклонной, Как бы довольный тем, что так правдив Звук этой речи, мной произнесенной. 124 Обеими руками подхватив, Меня к груди прижал он и початым Уже путем вернулся на обрыв; 127 Не утомленный бременем подъятым, На самую дугу меня он взнес, Четвертый вал смыкающую с пятым, 130 И бережно поставил на утес, Тем бережней, что дикая стремнина Была бы трудной тропкой и для коз; 133 Здесь новая открылась мне ложбина. Песнь двадцатая
Круг восьмой — Четвертый ров — Прорицатели 1 О новой муке повествую ныне В двадцатой песни первой из канцон, [258]Которая о гибнущих в пучине. [259] 4 Уже смотреть я был расположен В провал, раскрытый предо мной впервые, Который скорбным плачем орошен; 7 И видел в круглом рву толпы немые, [260]Свершавшие в слезах неспешный путь, Как в этом мире водят литании [261]. 10 Когда я взору дал по ним скользнуть, То каждый оказался странно скручен В том месте, где к лицу подходит грудь; 13 Челом к спине повернут и беззвучен, Он, пятясь задом, направлял свой шаг И видеть прямо был навек отучен. 16 Возможно, что кому-нибудь столбняк, Как этим, и сводил все тело разом, — Не знаю, но навряд ли это так. 19 Читатель, — и господь моим рассказом Тебе урок да преподаст благой, — Помысли, мог ли я невлажным глазом 22 Взирать вблизи на образ наш земной, Так свернутый, что плач очей печальный Меж ягодиц струился бороздой. 25 Я плакал, опершись на выступ скальный. «Ужель твое безумье таково? — Промолвил мне мой спутник достохвальный. 28 Здесь жив к добру тот, в ком оно мертво. [262]Не те ли всех тяжеле виноваты, Кто ропщет, если судит божество? вернуться Петру и прочим… — Смысл: «Ни Петр, ни другие апостолы ничего не получили от Матвея, избранного ими жребием на место отпавшегоИуды». вернуться На Карла шел так смело — Карл I Анжуйский (см. прим. Ч., VII, 112–114) отказался породниться с Николаем III, и тот стал его врагом. вернуться Вас, пастырей, провидел Иоанн— автор Апокалипсиса, изобразивший языческий Рим в виде «великой блудницы», сидящей на водах, на семиглавом и десятирогом звере. Данте, сливая воедино образы блудницы и зверя, превращает их в символ папского Рима. вернуться Пока ее супруг был жизни правой — То есть пока римский папа не понуждал церковь к разврату. вернуться О Константин, каким, злосчастьем, миру… — В середине VIII в. появился изготовленный папской канцелярией знаменитый подложный акт, так называемый «дар Константина», которым римский император Константин (с 306 по 337 г.), перенося свою столицу в Византию (Р., VI, 1), якобы передавал папе Сильвестру I (А., XXVII, 94–95) и его преемникам державные права на Рим и западные страны. Данте, убежденный, как и его современники, в подлинности «Константинова дара», подложность которого была доказана только в XV в., считал его величайшим бедствием и для империи и для церкви (Ч., XXXII, 124–129; Р., XX, 55–60). вернуться Первой из канцон— то есть первой из трех частей, или кантик (Ч., XXXIII, 140) «Божественной Комедии». вернуться О гибнущих в пучине— то есть об осужденных грешниках. вернуться Толпы немые— прорицатели. Они поражены немотой. вернуться Литания— здесь в смысле: церковная процессия. вернуться Здесь жив к добру тот, в ком оно мертво— Смысл: «В Аду добро состоит в том, чтобы не быть добрым, не чувствовать сострадания к наказуемым грешникам». |
