Теплый ветер скользнул по коже и разметал мои светлые волосы. Зеленый цвет я давно из них вывела. Я поправила на голове венок из пышных алых цветов. Это вместо фаты.

Я огляделась. Вдоль дороги стояли кареты. Немного, но достаточно, чтобы сердце радостно сжалось. Наши гости уже собрались.

Ивир повернулся ко мне и открыто, по‑мальчишески счастливо улыбнулся. Его бордовый камзол подчеркивал светлые волосы, аккуратно зачесанные назад. Темные он уже остриг.

— Пойдем, — сказал он и подставил локоть.

Я взялась за руку любимого. Сегодня наша свадебная ночь. И мы встретим ее вместе.

Мы направились к воротам, освещенным двумя фонарями. В груди разливалось радостное предвкушение, словно ожидание долгожданного праздника.

Я подняла взгляд. Надпись над воротами изменилась. Теперь там значилось: Музей «Дом счастливых союзов». Меня больше ничего здесь не пугало. Призраки прошлого растворились в счастье настоящего.

Охранник у ворот, заметив нас, распахнул створки и отдал честь Ивиру. Взявшись за руки, мы вошли во двор.

Камни под ногами были ровными и теплыми, уложенными аккуратными плитами. Ограда все так же оставалась выкрашенной в глухой черный цвет, и в фиолетовом свете Тазира двор выглядел мрачновато, почти театрально.

Открылась дверь, ведущая в общий двор, и оттуда вышел импозантный седой мужчина в блестящей серой мантии.

Я непроизвольно замедлила шаг и всмотрелась в его лицо, наполовину скрытое тенью фонарей. Сердце дернулось.

Наставник?

Я удивленно захлопала ресницами. Вот так сюрприз. Откуда он тут взялся? Почему его не осудили наряду с Дезумами? В груди что‑то неприятно сжалось, радость мгновенно дала трещину.

Увидев моего жениха, наставник широко улыбнулся и шагнул вперед.

— Ваше Величество, какое счастье, что вы прибыли!

— Наставник… — строго сказала я, даже не пытаясь скрыть напряжение. — Почему вы тут?

— Работаю, — просто ответил он, словно и не участвовал в грязной афере Дезумов.

— Вы не в тюрьме? — удивленно вырвалось у меня. Я тут же поморщилась. — Тьфу… не на рудниках?

— Как видишь, нет. На свободе, — довольно откликнулся тот, чуть приподняв подбородок.

Я резко повернулась к Ивиру.

— Чего его не посадили‑то?

— Он действовал по букве закона, — спокойно объяснил Ивир.

— Вы ему сыворотку истины давали?

— Конечно.

— И ничего не нашлось? — я не верила своим ушам.

— Ничего заслуживающего наказания, — уточнил Ивир.

— А взятки от Дезумов спортивными костюмами? — не унималась я, вспоминая все до мелочей.

— Он за них заплатил.

— Это же контрабанда! — возмущение прорвалось наружу.

— Он ее не осуществлял. И к тому же не знал. Хотя… догадывался.

— А наказание хлыстами? — я уже почти задыхалась от злости.

— Он действовал строго по указам. Хотя, — Ивир помедлил, — все‑таки несколько раз их нарушил.

— Ну вот видишь! — почти торжествующе воскликнула я.

— Наставник сознался, что пожалел тебя дважды, — продолжил Ивир. — Первый раз когда вместо трех хлыстов выдал один. Второй, когда сделал вид, что забыл о твоей… разговорчивости. В тот день, когда меня наказали.

Я ошарашенно переводила взгляд с Ивира на наставника. Пожалел? Меня?

— Мы решили его за это не наказывать, — ровно добавил Ивир. — Все‑таки проявил сочувствие. И он даже нашел тебе настоящего жениха, Декрика.

Я замерла. Воздух словно стал вязким. Ах, вот оно что. Значит, это было сочувствие: попытаться пристроить меня замуж за извращенца.

В груди вспыхнуло сразу все: гнев, ошеломление, холодное возмущение.

— И он теперь будет вести нашу церемонию? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение.

Ивир тяжело вздохнул.

— Даша… я же тебя много раз спрашивал: ты точно хочешь заключить союз здесь? И ты каждый раз отвечала: да.

— Но я же не знала, что это будет тот же самый наставник! — вспыхнула я. — Я думала, он уже давно на рудниках.

— Ты не была на его суде? — догадался Ивир.

Я опустила глаза.

— Подумала, что дело уже решено… и не захотела тратить свое время.

В голове все равно не укладывалось, как наставник смог избежать наказания.

— И больше ничего на него не нашлось? — все еще не верила я.

Какая нелепость! Если ты королевский служащий и действуешь по указам, какими бы безумными они не были, то по итогу ты чист. Куда смотрит справедливость? Где‑то она явно промахнулась.

— Ну… — сказал Ивир, — вино после церемоний он допивал, но оно было оплачено гостями. Это не преступление.

Я медленно выдохнула.

После всего произошедшего именно этот человек будет вести мою четвертую, последнюю церемонию. Да что же это такое творится?!

— Но ты же король, — настаивала я. — Придумай что‑нибудь.

— Даже король подчиняется своим собственным указам, — пожал плечами Ивир. — Я не могу наказать человека без оснований.

— Вижу, аэсса Даша ни капельки не изменилась… — вмешался в разговор наставник.

Он еще и издевается! Щеки обожгло, пальцы сами сжались в кулаки.

— Что вы имеете в виду?! Говорливая? Полоумная? — я почти выплюнула слова, вспомнив все прозвища, которыми он когда‑то так охотно разбрасывался.

Наставник на миг смутился, затем растянул губы в примирительной улыбке и мягко протянул:

— Ну что вы, аэсса Даша… Всего лишь прямолинейная, — уточнил он так, будто делал мне комплимент.

Мы замерли в неловком молчании: я, Ивир, наставник и охранник у дверей. Я лихорадочно соображала.

Отменить церемонию? Сейчас? Да ни за что! Пусть хоть сам Сатон Дезум отпросился бы на денек из шахты, чтобы сочетать нас союзом. Главное, чтобы брак был настоящий. Вот!

— А наставник вообще имеет право регистрировать наш союз? — быстро спросила я.

— Да, — спокойно ответил Ивир. — Все его полномочия сохранены в полном объеме.

Вот же китайские тапочки!

Я глубоко вдохнула и выдохнула.

— Хорошо, пусть выполняет свои обязанности — сказала я наконец.

Наставник тут же расплылся в счастливой улыбке.

— Для меня великая честь сочетать вас союзом во второй раз, — заверил он и, чуть выпрямившись, спросил официальным тоном: — Аэсар Визар, аэсса Даша, будете ли вы затем подтверждать свой союз?

Перед глазами вспыхнуло прошлое: как Рамир бросал меня, как я рвалась за ним, а охранники держали за руки, как внутри все горело от боли, унижения и злости.

Я моргнула, прогоняя воспоминание, и снова посмотрела на Ивира.

— Отменить процедуру подтверждения союза очень трудно, — потупив взгляд, объяснил Ивир. — Она завязана на многие указы. Но… мы ввели добровольный отказ от данной процедуры.

— Ну хоть что‑то смогли, — выдохнула я. — И на том спасибо.

Ивир виновато улыбнулся и прошептал:

— До чего же я люблю твою… прямолинейность.

Я растаяла. Напряжение отступило, сменившись радостным предвкушением. Впереди наша свадебная ночь. И я не позволю ничему ее испортить.

— Ладно, аэсар наставник, — сказала я примирительно. — Мир на сегодня.

— Я и не сомневался в вашем великодушии, — отозвался он с лукавым прищуром.

Я неодобрительно покачала головой. До чего же хитрый старикан. Ну его!

Охранник распахнул перед нами двери в общий двор.

— Приглашаю вас на скрепление вашего счастливого союза, — сладким, почти певучим голосом проворковал наставник.

Ивир взял меня за руку. Его теплая, мягкая ладонь обещала защиту и уверенность в завтрашнем дне. Наконец‑то я стану его женой. Я зажмурилась и шагнула вперед.

Общий двор остался прежним, но в то же время был неузнаваемо другим. Он изменился из‑за множества украшений, развешанных тут и там: ленты, светильники, венки, тонкие нити с кристаллами, ловившими свет.

Фиолетовое сияние Тазира придавало происходящему мистическую, почти сказочную торжественность. Нарушали ее лишь два прожектора, выхватывающие из сумрака светлые круги на земле прямо перед нашим деревом, в двух метрах от него.